Среди публикаций республиканских СМИ, посвященных грядущему Дню строителя, мы выбрали эту, поскольку неоднократно размещали обзоры газетных публикаций с критикой в адрес Якутского ДСК, а интервью, опубликованное в сегодняшнем номере газеты «Якутск вечерний», пожалуй, первое, в котором высказывается позиция стороны, которую неоднократно обвиняли в монополизме. Что думает по этому поводу сам Александр Берш?
Корреспондент «ЯВ» пишет: «Имя Александра Берша оказалось неожиданно на слуху в мае этого года. «Благодарить» за это он должен организаторов митинга, который прошел в Якутске на площади Орджоникидзе. Его участники выступили против «разгула цен» на рынке жилья и бездействия местного антимонопольного комитета, потребовали разработать программу снижения стоимости жилья и строить не только элитное в центре города. Тогда впервые на улицах города зазвучало имя Берша, которого митингующие называли «главным монополистом», посвятили ему несколько плакатов и транспарантов, на некоторых из них «Берш» рифмовалось со словом «СМЕРШ». Так неожиданно человек, который, казалось бы, всю жизнь был далек от политики, оказался в центре ее. Правда, эта «политическая слава», оказалась недолгой, и теперь имя Берша, если и называется всуе, то лишь в публикациях, авторы которых действуют на том же, что и он, рынке жилья и являются фактически его прямыми конкурентами.
ДСК нельзя не признать доминирующим на рынке жилья республики: по данным госстатистики, по объемам строительства в республике он идет вторым после строительных подразделений АК АЛРОСА. Поэтому накануне Дня строителя наш выбор очередного гостя газеты выпал на Александра Берша – генерального директора ОАО «ДСК».
- Александр Адольфович, как вы сами-то отнеслись к тому, что вас назвали монополистом?
- Да чушь это полнейшая, основанная на подмене понятий. Вот, например, «Якутцемент» можно отнести к монополистам, потому что только он в республике производит цемент, то есть в этом секторе рынка республики других участников нет. Можно было бы к монополистам отнести и ДСК, если бы наше предприятие, скажем, производило строительные детали и занималось только их реализацией, но у нас главный товар не стройдетали, а квадратные метры жилья. Согласитесь, на рынке жилья республики и без нас хватает участников. Тогда какие же мы монополисты? Кстати, этот вопрос – относительно того, монополист ДСК или нет, – рассматривал УФАС и дал подтверждение, что монополистами мы не являемся.
Другое дело, что наше жилье пользуется у горожан спросом, но разве это можно ставить в вину предприятию?! Вот только что ко мне в кабинет заходила Светлана Ивановна Усольцева, она у нас возглавляет Агентство «ДСК», которое занимается реализацией жилья. Вроде мне надо уже привыкнуть к спросу на наш товар, но даже я удивился: только-только начали забивать сваи под очередной жилой дом в Якутске, а на большую часть квартир уже поступили заявки от горожан.
- Так что, получается, жилье в Якутске становится реально доступным?
- Нет, об этом еще рано говорить. Вы что думаете, достаточно организовать митинг, провести какой-то там совет, и жилье станет доступным для большинства населения?!
- Вы же вот недавно принимали участие в совещании, которое проводил вице-премьер Дмитрий Медведев в Хабаровске по вопросам реализации национального проекта «Доступное жилье». Значит, государство пытается воздействовать на вас, строителей, повлиять на снижение цен.
- То, что государство взялось за реализацию такого проекта, точнее, приняло на себя ответственность за то, чтобы жилье стало реально доступным для людей, – это большое дело, есть надежда, что программа заработает, и дело с мертвой точки сдвинется. Но для того, чтобы жилье стало таковым, надо, во-первых, добиться, чтобы предложение превышало спрос, что и приведет к снижению цены, во-вторых, обеспечить устойчивое развитие экономики и стабильное повышение уровня доходов населения.
- В сравнении с другими дальневосточными регионами у нас рынок жилья развивается, согласитесь, неплохо.
- Согласен, но мог бы еще интенсивнее. Например, на том же совещании в Хабаровске некоторые представители дальневосточных регионов сетовали на нехватку мощностей домостроительных комбинатов. А у нас нет этой проблемы. В этом году мы построим 54 тысячи квадратных метров жилья. Можем намного больше. ДСК по силам ежегодно сдавать в эксплуатацию более тысячи квартир! У нас для этого есть не только технические условия. Я могу прямо и открыто сказать, что именно на нашем предприятии сегодня работают лучшие профессиональные кадры на рынке жилья.
- Тогда что же мешает вам сегодня строить больше и дешевле?
- Сегодня, к сожалению, нет ясной перспективы в отношении развития квартальных застроек. Так называемые «точечные» стройки не являются эффективными, если иметь в виду их себестоимость, это влияет отрицательно на цены на жилье. Город же сегодня объективно не может обеспечить строителям условия для квартальных застроек, потому что пока на уровне государства не решена проблема финансирования сноса ветхого и аварийного жилья. Другая, не менее острая проблема, связана с дорогостоящими в условиях севера инженерными коммуникациями: расходы на их возведение входят в цены на жилье, поэтому и по этой причине оно еще недоступно для большинства населения республики.
И еще на один момент я бы хотел обратить внимание. У нас законодательство подчас опережает время. Вот сейчас требуют проводить аукционы на земельные участки, вроде, так и должно быть, но ведь все же видят, что эти аукционы на самом деле искусственно взвинчивают цены на землю, что также ведет к удорожанию строительства жилья.
- А разве крупнопанельное домостроение - это уже не вчерашний день?
- На улице Дзержинского стоит построенный в 1969 году первый крупнопанельный дом. По нормам гарантия составляет 50 лет, но, я думаю, он еще долго простоит. Время покажет, насколько надежны жилые здания, которые строятся сейчас другими методами. Вы вот скажите, Москва для нас может служить примером?! Так вот там, три четверти строящегося современного жилья крупнопанельное, а такой крупный микрорайон, как Марьино, застроен подобными домами на 90 процентов. Мы, кстати, дружим с Московским домостроительным комбинатом №1, учимся у него, перенимаем лучший опыт.
Конечно, проекты квартир в крупнопанельных домах значительно изменились, сейчас площадь трехкомнатной составляет уже сто квадратных метров, значительно повысились уровень комфортности, качество отделки.
- А что вы думаете насчет строительства в Якутске элитного жилья?
- Какого жилья? Элитного? Снова подмена понятия! Нет у нас как такового элитного жилья в Якутске. Оно есть в Москве, например, на Кутузовском проспекте.
- А я вот читала, к примеру, что продается такой-то коттедж…
- Приезжаете по объявлению и видите… «курятник», окруженный обыкновенным забором. И коттеджей как таковых тоже нет, поскольку в это понятие входит целый комплекс условий для комфортного проживания человека. С подобранным ландшафтом, асфальтированной дорогой, различными современными коммуникациями. А как можно назвать коттеджем "курятник" с уличным туалетом и дощатым забором? Это могут быть просто индивидуальные дома повышенной комфортности. То же самое можно сказать и о тех новых многоэтажных жилых домах, которые у нас называют «элитными». Кстати, я совершенно против политики выдавливания людей в индивидуальные неблагоустроенные дома: современное жилье должно быть комфортным для проживания.
- Александр Адольфович, вы ведь немец по национальности, расскажите, как вы оказались в Якутии и поддерживаете ли отношения со своей малой родиной?
- – А что такое малая родина? Это, где родился. А я появился на свет в деревне Кабаново Алтайского края. Вырос там, знаю, что такое ухаживать за коровой, убирать навоз, мыть посуду холодной водой, купаться в речке, что такое земляной пол и русская печка. Моих родителей сослали на Алтай в 1942 году. Отец был кузнецом, мать уборщицей. Нас росло в семье шестеро – четыре брата и две сестры. Кстати, одна из них, Ирина, сейчас живет в Германии, в прошлом году мы с женой ездили по приглашению на юбилей – ей исполнилось 70 лет.
- А самим не хотелось бы жить в Германии?
- Я бывал в этой стране неоднократно. Но чтобы душой туда тянуло, нет, такого не чувствую. С 1969 года, как приехал в Якутск молодым специалистом после окончания Кемеровского строительного техникума, живу здесь и только здесь могу реализовать свой творческий потенциал. Куда же ехать?! А потом, знаете, чтобы жить в другой стране, надо думать на ее языке, мечтать на нем. Я владею немецким разговорным, могу вести на нем и деловые переговоры, но ведь думаю-то при этом на русском.
- Прожив столько лет в Якутии, наверное, стали заядлым охотником и рыбаком.
- Выезжаю с приятелями в тайгу, но сам за всю свою жизнь ни разу не выстрелил в живое существо, хотя и ружье у меня хорошее есть. Не могу, и все. А вот рыбачить, да. Приходилось бывать на хороших рыбалках. Особенно интересной была на Охотском море.
- Немецкий народ отличается педантизмом, а как вы в этом отношении, от вас домашние не страдают из-за этого?
- (Смеется). А я не знаю, что это такое. Ну, вообще порядок люблю во всем. Всегда говорю: пусть бедно, но чисто и аккуратно. Мне не нужен шик, но чтобы все как положено, ничего лишнего – это обязательно».
Справка
Берш Александр Адольфович - генеральный директор ОАО "ДСК". Родился в 1948 году в селе Кабаново Усть-Калманского района Алтайского края. В 1969 году окончил Кемеровский строительный техникум. По распределению был направлен на Якутский завод ЖБИ. Прошел трудовой путь от инженера по технике безопасности до главного инженера. В 1981 году был назначен директором Бестяхского завода ЖБИ. В 1985 году окончил инженерно-строительный факультет ЯГУ по специальности "промышленное и гражданское строительство". В 1990 году стал директором Якутского завода крупнопанельного домостроения. В 1992 году Якутский завод КПД был реорганизован в открытое акционерное общество "ДСК". Собранием акционеров Александр Берш был избран гендиректором предприятия и остается им и по сей день.
