В первой части нашей публикации мы рассказали о карьерах «Нюрбинский» и «Ботуобинский», а также одноименных россыпных месторождениях, расположенных на Накынском рудном поле. Далее, в соответствии с технологией добычи алмазов, наш путь лежит на обогатительную фабрику номер 16.
ТРИ ФАБРИКИ
Обогатительных фабрик здесь в общей сложности три - 15-я, 16-я и 17-я. Введенная в эксплуатацию последней (в 2006 году) геологическая 17-я фабрика – небольшая и больше экспериментальная, её используют, в основном, для отработки технологий обогащения руды. Основная масса руды и песков Нюрбинского ГОКа, добытых на карьерах «Нюрбинский» и «Ботуобинский», перерабатываются на обогатительных фабриках 15-й и 16-ой.
Первая на Нюрбинском ГОКе экспериментально-модульная обогатительная фабрика под номером 15 начала работу даже раньше основания самого ГОКа - 12 августа 1999-го года. Обрабатывая в первую очередь пески россыпи «Нюрбинская», за 20 лет она успела дать продукции более, чем на 14 млн долларов, тем самым давно уже окупив стоимость геологических изысканий.
Строительство основной фабрики комбината — номер 16 - началось в 2002 году и продолжалось всего 530 дней, и она была введена в эксплуатацию 23 августа 2003 года.
В ходе ее проектирования учитывался весь мировой опыт. В схему фабрики включено использование мельниц мокрого самоизмельчения и классификации — стандартная для АК «АЛРОСА» схема рудоподготовки, а также валкового пресса высокого давления. Обогащение ведется в тяжёлых средах, отдельно по классам крупности, с последующей доводкой концентрата рентгенолюминесцентной и жировой сепарацией. Применение процессов тяжелосредной сепарации позволяет значительно снизить нагрузку на участок доводки, что обеспечивает стабильную работу и высокое извлечение алмазов.
Таким образом, с момента начала работы шестнадцатая фабрика является одной из самых современных в мировой алмазодобывающей промышленности по уровню примененных технологий и глубине автоматизации процессов. В этом мы абсолютно убедились, осмотрев все процессы собственными глазами.
На фабрике практически нет людей, работают автоматы и компьютеры, но внутри она огромна! Пробежать фабрику по большому кругу - занятие сколь продолжительное, столь и физически непростое.
Прежде, чем попасть внутрь фабрики, мы переодеваемся в специальную форму и проходим обязательный инструктаж по технике безопасности. Затем в бюро пропусков, где заполняем специальные анкеты. Сотрудники службы безопасности переписывают имеющееся у нас репортерское оборудование (фотоаппарат, блокнот и даже ручку), после чего, проходя через специальную рамку, мы оказываемся внутри обогатительной фабрики.
Здесь нашим сопровождающим становится заместитель начальника фабрики по производству Роман Корниенко.
ПО ЛЕСТНИЦАМ ВВЕРХ-ВНИЗ
Знакомство с фабрикой номер 16 начинается с элементарных теоретических знаний о технологии обогащения руды. Познав всё сначала в теории, затем мы совершаем полуторачасовую интенсивную «пробежку» по всем цехам и участкам фабрики, увидев все уже воочию.
По словам Романа Корниенко, обогащение включает в себя подготовительные процессы – дробление и измельчение доставленной с карьеров алмазосодержащей руды. В процессе обогащения происходит «сокращение» материала. Концентрат поступает в участок доводки и сортировки, где из концентрата с помощью различных технологических ухищрений извлекают уже алмазы.
В штатном расписании обогатительной фабрики – 230 человек, которые работают в несколько смен. Основные профессии - механики, энергетики, вентиляционщики и другие. Раньше в штат фабрики входили также ремонтники, но теперь их сделали подрядчиками. Все работники фабрики – жители Якутии. Почти половина – жители Нюрбы, столько же жителей Мирного, есть те, кто приезжает на работу из Удачного и Айхала. Дорога сюда обычная – в Мирный, затем самолетом в Накын, на вахту, об этом мы подробно рассказывали в предыдущей публикации.
В тот момент, когда мы были на фабрике, её обслуживало всего 19 человек. Десять из них работали на участках обогащения, семеро - на доводке и еще двое - на участке хвостового хозяйства.
В течение полутора часов, по гремящим, но прочным металлическим лестницам, ведущим то вверх, то вниз, мы облазили практически каждый уголок обогатительной фабрики.
Первое же, и самое сильное впечатление: автоматизация технологических процессов на фабрике просто потрясает! За все время пребывания на фабрике мы увидели сотни единиц самого разного, очень мощного и максимально функционального оборудования, но так и не увидели ни одного рабочего, что называется, с лопатой или с гаечным ключом.
В зонах работы оборудования, вообще нет людей. Фабрику обслуживают несколько десятков человек – диспетчеров и программистов, сидящих за компьютерными мониторами. На всех переделах обогащения используется конвейерный транспорт. За его стабильной работой тоже следят специалисты.
Кстати, на этой фабрике установлены новые рентгено-люминесцентные сепараторы последнего поколения, учитывающие, в том числе все особенности руды, добываемой на Нюрбинском и Ботуобинском карьерах (об обоих карьерах рассказывали в первой публикации).
АЛМАЗ ПОЧТИ ВИДЕН
Итак, о производственном цикле, который на фабрике мы видели воочию.
Кимберлитовая руда, подвезенная БелАЗом и выгруженная в приемные бункеры, проходит через решетку, попадает в дробилку и далее измельчается на мельнице.
Любой из главных специалистов на своем компьютере может наблюдать ход процесса, какое оборудование и как работает, какова степень наполненности бункеров и другие параметры.
Измельченный продукт, который представляет собой смесь руды с водой, попадает в спиральный классификатор - шнек, в котором происходит разделение руды по крупности и по весу.
Легкие и мелкие частицы размером менее одного миллиметра уходят в слив, перекачиваются насосом и попадают в отвальный продукт. Все, что крупнее одного миллиметра, обогащается, то есть служит материалом, из которого извлекаются алмазы. Далее руда рассеивается на классы крупности, в зависимости от размеров проходя дополнительные операции. На валковый пресс поступает около 150 тонн в час.
После этого «материал» отправляется на узел тяжелосредной сепарации, где проходит дальнейший процесс обогащения. Каждый класс сушится, и еще раз обогащается на люминесцентных сепараторах, которые сами автоматически настраиваются на необходимую производительность.
Любопытен принцип работы сепаратора. «Материал» попадает в него, где подвергается воздействию рентгеновских лучей. В этот момент производства используется волшебное свойство алмазов светиться под этими лучами. Свет алмаза передает сигнал на специальные приборы типа реле, срабатывает пневматическая отсечка, и воздушной струей необходимая часть руды с алмазом отсекается.
Таким образом, получаются крупные концентраты. В среднем одно зерно алмаза добывается после переработки 27 млн зерен руды.
ВАХТОВЫЙ ПОСЕЛОК
Следующая наша поездка в Накыне – в жилой вахтовый поселок, где на период смен живут работники Нюрбинского ГОКа. Поселок находится недалеко от Накынского аэропорта, в четырех километрах от фабрики, и примерно на таком же расстоянии от Нюрбинского и Боутобинского карьеров.
В плане организации вахтового метода Нюрбинский ГОК стал своего рода первооткрывателем. По крайне мере, за всю историю треста «Якуталмаз» и акционерной компании АЛРОСА такого еще не было. В отличие от прежних алмазных месторождений, никаких постоянных городов типа Мирного или Удачного здесь возводить не стали. Приехали, добыли, уехали, а для постоянной жизни есть места более теплые и удобные.
Поселок рассчитан на 860 человек, на фабрике работают 230 из них. Поселок представляет собой около трех десятков аккуратных двухэтажных деревянных домиков. В каждом по несколько комнат, рассчитанных на несколько человек, а также кухни, санузлы с душевыми, кладовые, холлы с телевизорами. Хотя, как признаются сами вахтовики, смотреть их особо некогда. Режим труда на вахте достаточно жесткий, развлекаться после смены нет ни физических сил, ни желания. Поспать, поесть - и снова на работу.
В вахтовом поселке, как и вообще везде на Накыне, царит строжайший «сухой закон». Дело не только в требованиях производства, но и в особенностях законодательства. Любая травма, полученная работником даже на «домашней» территории, то есть в вахтовом поселке, считается производственной. Поэтому каждое утро все работники проходят тщательный медицинский осмотр - как если бы все они были водителями. Впрочем, случаев пьянства Накыне не бывает. Люди ценят свою профессиональную репутацию, держатся за свои рабочие места. Да и пить при таком режиме работы, прямо скажем, некогда.
В «ПЕНТАГОНЕ» – НЕ ДО ЛЮБВИ
Состав работников не только мужской, определенные профессии на производстве считаются женскими, так что примерно десятая часть работников Нюрбинского ГОКа – представительницы прекрасного пола.
Кормят рабочих завтраками, обедами и ужинами в прекрасной столовой. Здесь, как и на самой фабрике, современная мебель, оборудование, туалеты - чисто, светло и уютно. Но для тех, кто хочет чего-то особенного, в вахтовом поселке работает магазин, в котором продаются все продукты первой необходимости.
Жилищно-коммунального хозяйства в нашем привычном понимании здесь нет. Обслуживанием жилфонда занимается цех обеспечения. Есть здесь сантехники, плотники, кладовщики, но в очень небольшом количестве.
Некоторые дома в вахтовом поселке строители соорудили из материалов бывшего американского посольства в Москве. Временные сооружения находились в столице, затем были разобраны и волею судьбы попали на далекий Накын. Поэтому нет необходимости объяснять, почему дома в вахтовом поселке называют «Пентагоном», «Титаником» и пр.
ЭКОЛОГИЯ
Законная гордость работников Нюрбинского ГОКа – использование не просто современных, но и экологически безопасных технологий. По оценке ученых Института прикладной экологии воздействия на окружающую среду, на комбинате нет сверхлимитных выбросов и сбросов загрязняющих веществ в окружающую среду, отсутствует сверхлимитное размещение отходов.
Это позволяет комбинату иметь статус экологически безопасного производства. Подтверждаю: воздух здесь действительно чистый. Вода тоже.
Из вахтового поселка мы возвращаемся обратно в аэропорт, чтобы вторым за этот день рейсом вернуться в Мирный. Проходим обычный досмотр, после чего начальник аэропорта лично пешком провожает нас к маленькому 27-местному самолету Ан-38-100.
Алмазы с обогатительной фабрики повезут отдельно. Им еще предстоит большой и сложный путь, чтобы стать бриллиантами - «лучшими друзьями девушек».
В одной из следующих публикаций мы расскажем о Центре сортировки алмазов, который работает в Мирном.
Олег СОЛОДУХИН.
Накын – Мирный.
Фото автора.
