«Уважаемые коллеги. Вопреки существующим слухам я не предлагаю обсуждать структуру правительства, а также персональные назначения, а предлагаю сконцентрироваться на очень важном, но основном рутинном вопросе – вопросе бюджетной политики», – заявил Медведев.
Надо признать, переговоры по составу правительства идут трудно. Сначала президент и кандидат в премьеры два месяца совещался с премьером и кандидатом в президенты, потом – до последнего дня отведенного Конституцией срока – проводил переговоры с кандидатами в вице-премьеры и министры.
«Дмитрию Анатольевичу труднее, чем Владимиру Владимировичу, – говорит сотрудник Кремля, - когда Путин стал премьером, у него уже была своя крепкая команда, а у Медведева нет, ему приходится долго подбирать людей».
Кроме того, согласно неофициальным данным, целый ряд видных деятелей попросту не имеет желания работать с Медведевым. К примеру, вице-премьерами не захотели стать гендиректор «Росатома» Сергей Кириенко и экс-кандидат в президенты Михаил Прохоров. Первый отказался работать вице-премьером по ТЭКу, второй – по отраслям промышленности.
Кириенко объяснил свой отказ тем, что болеет за атомную отрасль и хочет ее сохранить. Причина отказа Прохорова осталась для журналистов тайной, а для премьера стала неприятностью. Чиновник в Кремле рассказал, что Прохорова ценят «как приличного человека и эффективного менеджера».
Тем не менее, позже представительница премьер-министра Наталья Тимакова опровергла это сообщение: «Дмитрий Медведев никогда не предлагал войти в свое правительство ни Сергею Кириенко, ни Михаилу Прохорову».
Эльвира Набиуллина объяснила свой отказ быть министром экономического развития тем, что устала от работы в правительстве.
На начальной стадии отверг предложение стать министром энергетики гендиректор СУЭК Владимир Рашевский и, по словам его знакомого, «даже резюме не прислал».
Ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов, активно работающий в «Открытом правительстве», отказался стать министром образования.
По имеющейся информации, отказников было больше, и некоторые из них перейдут в Администрацию Президента. Как отмечают эксперты, сейчас все стремятся работать в Кремле, так как именно там, под эгидой президента, и будет сформировано «настоящее правительство».
Партнер ФБК Игорь Николаев прогнозирует то, что бюрократическая машина будет работать в два раза медленнее, чем сейчас: «Разумеется, никто не хочет идти в правительство к Медведеву, ведь все понимают риски в экономике».
Между тем, желающие сохранить посты в правительстве Медведева тоже имеются. Некоторые настолько переживают за свою судьбу, что не выдерживают и начинают откровенничать с прессой.
К примеру, и.о. главы ФАС Игорь Артемьев признался, что был приглашен на консультации к Владимиру Путину: «Мы обсуждали какие-то вопросы, но я бы не сказал, что это тот вопрос. Мы встречались, я докладывал много вопросов о нашей работе, и из общего контекста я понимал, что вполне возможно, с большой долей вероятности мне будет оказана честь продолжать работу. Вы же помните, что председатель правительства еще перед выборами президента сказал, что ФАС работает нормально, поэтому мне кажется, что еще тогда все было решено». При этом, отвечая на вопрос, проводил ли с ним Медведев консультации о работе в новом правительстве, Артемьев ответил отрицательно.
О своей участи фактически проговорился и и.о. главы Минюста Александр Коновалов. На брифинге в рамках Петербургского международного юридического форума, отвечая на вопрос о том, проводил ли с ним президент консультации об участии в новом составе правительства, он также ответил отрицательно и, по словам наблюдателей, выглядел «мрачным».
Слова Артемьева, как и высказывания Коновалова, являются нарушением аппаратной дисциплины. Обычно министры не комментируют перспективы своей карьеры до того, как объявления не сделают первые лица. Возможно, нарушение субординации отражает нервозность в высших эшелонах власти, поскольку, в отличие от назначений в 2004 и 2008 годах, президент и премьер держат беспрецедентную паузу с объявлением структуры и состава правительства.
«Спустя почти две недели после инаугурации Владимира Путина в стране по-прежнему нет правительства. Если бы вы знали, какая нервозная обстановка сейчас царит в чиновничьих кругах. Сначала все думали, что назначения начнутся после 9 мая, затем, что после 13 мая, теперь все сходятся во мнении, что не раньше 21 мая, когда Медведев вернется с саммита «большой восьмерки» в США. Такая ситуация далеко не способствует нормальной работе, впрочем, кто-то может сделать вывод о том, что, дескать, вот видите, Россия прекрасно может обходиться и без кабинета министров, – пишет в своем блоге чиновник под псевдонимом Дмитрий Гребенников. – Нам, чиновникам, от всего этого крайне неуютно. Затягивая объявление нового состава правительства, власть теряет инициативу и превращает «Баррикадную» в главного поставщика новостей. Поговорив с коллегой, вхожим на Старую площадь, я пришел к выводу, что там, похоже, не понимают, что такая заминка с правительством создает информационно-политический вакуум. Да, есть Путин и Медведев, но все остальные – исполняющие обязанности, больше половины которых сейчас заняты подготовкой к сдаче дел».
«Такого в новейшей российской истории еще не было, - говорит чиновник, поработавший в свое время в Белом доме, - чтобы при стабильной политической обстановке так долго формировался состав кабинета министров. Да, при Ельцине почти месяц жили без правительства, когда продавливали через Думу Кириенко, но это же совсем другая история. Премьер назначен 8 мая, а к 18 мая не произведено ни одного назначения в новом правительстве. Это же бред».
Кстати, некоторые эксперты считают, что пауза – эхо прошлогодней рокировки.
«Тогда премьера назначили заранее, но при этом его полномочия были оставлены в полной неопределенности. Теперь ему как бы говорят: премьером ты будешь, но чем займешься? - замечает глава фонда «Эффективная политика» Глеб Павловский. – Медведев пытался это сделать в виде концепции «Открытого правительства», что, судя по всему, не очень устроило Путина».
И все же, по мнению Павловского, конфликт сегодня возникает не между Медведевым и Путиным, а между разными кланами, которые выходят на Путина и блокируют те или иные кандидатуры, проталкивая собственные. То есть фактически правительство формируется третьей силой, состоящей из разных кланов в окружении прежде всего Путина и отчасти – Медведева.
«У нас правительства всегда были коалиционными. Естественно, это были коалиции не партий, а элитных кланов, - говорит директор по общественно-политическим проблемам Института современного развития Борис Макаренко. – Сегодня, похоже, мы настолько погрязли в строительстве этих коалиций, что никак не получается дело сделать. Что соответствует степени эффективности нашей государственной машины. Даже эту задачу – рассадить чиновников по креслам – быстро и легко власти выполнять не способны».
Глава Левада-Центра Лев Гудков считает, что отсутствие публичности в обсуждении состава правительства говорит о слабости власти и ее внутренних противоречиях: «Закрытость российской политики доказывает, что власть не собирается делать какие-то шаги навстречу обществу. Мы возвращаемся к практике советского времени, когда власть дает обществу сигнал: это не ваше дело, и вы никакого влияния на процесс не оказываете».
По мнению социолога, наиболее активная часть россиян, недовольная прошедшими выборами и требующая реформ, обнаруживает в опросах явно негативную реакцию на происходящее. Однако общество неоднородно. Население, представляющее социальную базу Путина (жители средних и малых городов, село, консервативная и инертная часть России) – «это резервация социализма, она чувствует себя отчужденной от управления страной и воспринимает происходящее равнодушно, считая, что политика – сфера барская, царская».
Между тем, некоторые источники в Кремле полагают, что процесс формирования правительства затянули намеренно, чтобы оправдать отказ Путина ехать на саммит «восьмерки» в Кэмп-Дэвид. Невозможность посетить США президент, как известно, объяснил как раз необходимостью проведения консультаций по составу нового правительства.
«Легенда должна стать правдой, поэтому правительство сформируют только после Кэмп-Дэвида», - в шутку заметил сотрудник Кремля.
Сформируют или нет – там видно будет. Чиновники, конечно, ожидают оглашения списка 21 мая.
«Кто-то может увидеть во всем этом признаки якобы существующего конфликта между Путиным и Медведевым, хотя мне верится в него с трудом, учитывая то, что происходило в стране после 24 сентября прошлого года, когда было объявлено о рокировке. Возможно, они просто хотят соблюсти формальные приличия и выдержать все сроки, отведенные законом на процедуру формирования правительства. Однако в ситуации, сложившейся после 7 мая, эта стратегия может оказаться опасной, - предостерегает Дмитрий Гребенников. – Правительство, которое появится 21 мая, будет иметь дело уже совсем с другой страной, чем две недели назад».
Подготовила по материалам СМИ Мария ШУБИНА.
