ДРУГАЯ ЖИЗНЬ МИКРОВОЛНОВКИ
- Леонид Дмитриевич, известно, что Ваша деятельность началась с Института горного дела Севера.
- Да, это было в 1980 году. Как раз директором института назначили академика Николая Васильевича Черского. В то время в Якутии было два академика: Черский и директор Института мерзлотоведения Мельников. Это академики всесоюзного масштаба. Именно Черский «пробил» в Академии наук СССР создание Института горного дела Севера, который эффективно работает поныне.
В Якутии вся горнодобывающая промышленность имеет свою специфику, так как у нас деятельный слой почвы в центральной части республики составляет всего 1, 5 метра, а на севере она оттаивает только на 15 сантиметров. Глубже начинается вечная мерзлота, которая ведет себя по-разному. Наблюдаете: как асфальт проложат, уже на следующий год в нем холмики и трещины появляются? Это вечная мерзлота выталкивает фундаменты старых домов. На аласах есть наросты – булгунняхи, которые образуются из-за вечной мерзлоты.
Между прочим, Черский ввел слово «булгуннях» в научный лексикон. Этим термином теперь обозначают бугорки, образующиеся в результате морозного пучения в вечной мерзлоте. Это единственное якутское слово, которое стало международным научным термином. Такие сюрпризы мерзлого грунта необходимо учитывать и при промышленном строительстве, например, создании шахт, а расчетами и разработками занимаются в Институте горного дела Севера. Вообще же, лед – это большая научная проблема. До нуля градусов все прекрасно вычисляется. Но когда приближается к нулю, физические свойства начинают изменяться, и закономерность этих изменений пока не установлена.
- Над чем Вы работали в Институте горного дела Севера?
- Изучал влияние сверхвысокочастотного электромагнитного поля на мерзлый грунт. Мы создали оборудование для вскрытия грунта в аварийных ситуациях. Мы сделали экспериментальный вариант, получили авторское свидетельство на изобретение. Вскоре произошел распад Советского Союза, финансирование прекратилось, и наше изобретение не было пущено в серийное производство. Как видите, землю до сих пор прогревают кострами. Когда наука получит финансирование, возможно, к нашему изобретению вернутся.
- Но ведь оно у Вас не одно?
- Да, есть еще по битуму, опять же с применением СВЧ-технологии. Мы брали мерзлый грунт и смотрели, насколько быстро он нагревается. В ходе нашего эксперимента обнаружили, что можно дать вторую жизнь асфальту. Если собрать отколотый асфальт и нагреть его СВЧ-излучением, то его снова можно укладывать. Ценные мысли, в основном, приходят в ходе работы. Например, нужно измерить температуру различных веществ в динамике, мешает электромагнитное излучение. Поэтому был разработан специальный прибор для измерения температуры в тонких структурах.
- Почему Вы не защитились?
- Я к этому шел. В те годы в науке существовала очередность: сначала должен защититься заведующий лабораторией, потом твоя очередь подходит. Я сдал кандидатский минимум, изобретения сделал, осталось только защититься. Но потом изменил область деятельности, и как-то неудобно было получать степень кандидата технических наук, работая в финансовой сфере. В 90-е годы научные степени девальвировались. Сейчас все, кому не лень, становятся докторами наук. Мне предлагали формальную защиту: «Приезжай в Новосибирск, там ученый совет, просто покажись им, и у тебя будет ученая степень». Но это не для меня.
ОПЕРЕЖАЯ ВРЕМЯ
- Леонид Дмитриевич, почему Вы ушли из науки?
- В институте я работал до 1991 года. А увела меня очередная идея. На Вилюйском тракте есть гора, там деятельный слой – полтора метра, а дальше идет мерзлота. И мы придумали прорубить ее у подножья, сделать шахту, в которой можно было бы организовать склады. Внутри этой горы и весной, и летом отрицательные температуры. С этой идеей мы обратились к председателю Комитета по инвестициям Верховного совета РС(Я) С.К. Процко и в Горкомитет имущества, приватизации и антимонопольной политики при поддержке малого предпринимательства к Р.А. Бурнашеву. Они нас поддержали.
Мы выписали старенький «горноходческий» комбайн, который предназначен для вскрытия скальных пород. Быстро сделали это сооружение. Но не учли одного. Вход в шахту находился с солнечной стороны, и сначала надо было сделать козырек. В общем, когда наше сооружение приехал смотреть министр торговли Родион Федоров, козырек стал отваливаться. Он отказался войти в шахту и идею нашу не одобрил. Но потом козырек мы поправили. Предприниматели выкупили склады и сейчас успешно их эксплуатируют.
Роберт Андреевич Бурнашев предложил мне возглавить государственное акционерное общество «Фонд поддержки предпринимательства». Многие вопросы финансовой деятельности не были урегулированы законодательно. В банках устанавливались огромные проценты, кредиты брались и не возвращались, люди богатели на торговле. И в такой обстановке мы приняли ошибочное решение – кредитовать производителей. Тогда состоялся совет с участием членов правительства республики, логика их рассуждений была такова, что раз деньги государственные, нужно кредитовать товаропроизводителей.
Сейчас я понимаю, что в то время, когда банки давали 250% по вкладам, нужно было эти деньги сдать на депозит и сделать прибыль на процентах, а потом кредитовать товаропроизводителей. Но ошибались не только мы. На уровне Российской Федерации был создан аналогичный фонд, который тоже кредитовал производителей. Время было такое, когда люди легко зарабатывали деньги и также легко с ними расставались. Потом наступил дефолт, ударивший по «челнокам». Между прочим, дефолт спас нашу республику и АК «АЛРОСА». Алмазники продавали свою продукцию за валюту. Без нее алмазная компания стала бы банкротом.
В 1995 году меня, как финансиста (я тогда учился в Академии народного хозяйства при Правительстве РФ), пригласили работать в Фонд государственной финансовой поддержки завоза продукции в РС(Я) при Правительстве республики. Он был создан для компенсации расходов на северный завоз.
- Считается: где завоз, там и финансовые нарушения. А Вы с этим сталкивались?
- Да. Мы кредитовали улусы, которым доставляются грузы по северным рекам. Гарантом при получении кредитов выступали бюджеты улусов, которых тогда еще в природе не существовало. Были лишь дотации республиканского правительства. Но мы не могли поступить иначе, без этих кредитов в северных улусах завоз срывался.
При Советском Союзе был «Колымторг»: ледоколом из Ленинграда до Тикси возили качественные товары. На Севере можно было купить хорошие пуховики, вкусные шоколадки. Все это финансировалось из бюджета Советского Союза. После распада Союза нам пришлось финансировать северный завоз самим. Бюджет, конечно, вырос, но появились другие проблемы. Нужно было находить механизмы финансирования. И мы стали заключать договора с главами улусов. Сейчас это законно, а тогда было нелегитимно. Мы опередили время на 10 лет.
- В смутные годы Вам пришлось возвращать вклады клиентам обанкротившегося «Аэрофлотбанка». Расскажите, как это было.
- Мы с заместителем председателя Госкомитета имущества, приватизации и антимонопольной политики при поддержке малого предпринимательства Владимиром Даниловым были назначены конкурсными управляющими в «Аэрофлотбанках». Главой банка была Ольга Криничная. Поначалу дела у них шли хорошо, немецкая фирма построила им красивое здание по улице Орджоникидзе. Проблемы у них начались после того, как головной структуре в Москве не вернулся крупный кредит. Среди пострадавших вкладчиков было много пенсионеров, так как банк предлагал специальные вклады для них.
Нам удалось поставить на баланс республики здание офиса «Аэрофлотбанка» в городе Якутске, оценивавшееся в 150 миллионов рублей, и реализовать активы. В первую очередь, мы вернули деньги пенсионерам. За два года работы мы полностью погасили задолженности физическим лицам, и нашли мир с немцами, которых банк тоже «кинул».
Потом Роберт Бурнашев пригласил меня и Владимира Данилова работать в Департамент пенсионной службы РС(Я).
- Вспомните, что для Вас было наиболее трудоемким в работе в Пенсионном фонде?
- Я столкнулся с серьезными проблемами: при реформе мы потеряли оплату проезда, северный коэффициент и льготный северный стаж. Эти три вопроса составили основу моей предвыборной программы. Теперь, когда прошло пять лет депутатской работы, уже можно говорить об успехах.
Нам удалось вернуть оплату проезда раз в два года для неработающих пенсионеров, за счет Пенсионного фонда. Раньше, когда у нас был Департамент пенсионной службы, все пенсионеры, включая работающих, обладали такой льготой. Потому что мы имели солидные средства за счет того, что сумма страховых взносов значительно превышала расходы по выплате пенсий. И этот «хвостик» мы инвестировали, проводили на них различные праздничные мероприятия, делали единовременные выплаты пенсионерам. С передачей Департамента в состав Пенсионного фонда РФ всего этого не стало.
Сейчас в республике собирается 11 млрд. рублей, а в виде пенсий мы выплачиваем только 6,7 млрд. рублей. Остаток от выплаты пенсий уходит в бюджет Пенсионного фонда РФ. Мы обеспечиваем поступления в бюджет Пенсионного фонда, и в то же время его руководство не учитывает суровых условий жизни на Севере. Например, многие субъекты Северного Кавказа (Чечня, Дагестан) практически не делают отчисления в Пенсионный фонд, но пенсии там исправно выплачиваются.
Президент республики Штыров издал указ о создании рабочей комиссии для решения вопроса о пенсиях. В прошлом созыве Государственной Думы предложенный нами законопроект, касающийся применения коэффициента 1,7 в субъектах, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, прошел первое чтение. Для нас это стало значительной победой. Президент Штыров после этого направил благодарственные письма членам рабочей группы.
Тогда нас поддержали в полном составе фракции СПС, «Яблоко», 95% фракции КПРФ и независимые депутаты. Данный законопроект касается не только Якутии, но и части Красноярского края, Камчатки, Коми, Ханты-Мансийского автономного округа, и так далее, всего 14 субъектов РФ.
Тогда нам здорово помог член президиума СПС Андрей Селиванов. Позже, когда абсолютное большинство мандатов получила «Единая Россия», работать стало очень тяжело, потому что «единороссы» принимают только те законопроекты, которые инициируются правительством. От регионов проходит только 2% законодательных инициатив.
Мы продолжаем биться за наш законопроект. Согласно регламенту Госдумы, если законопроект прошёл первое чтение, он должен рассматриваться дальше. Делалось несколько попыток снять наш законопроект с повестки заседаний Госдумы.
Но работа группы все же сыграла положительную роль. Был принят компромиссный вариант – в январе 2007 года вышел Федеральный закон «О трудовых пенсиях», согласно которому районный коэффициент применяется к базовой части пенсии. Если ранее в Якутске и в центральных улусах применялся коэффициент 1,4, то сейчас начисление пойдет по 1,5. Это стало возможным, потому что базовая часть финансируется из бюджета Российской Федерации, в котором сейчас наблюдается профицит.
Далее я намерен добиться применения районного коэффициента и к страховой части пенсии, выплачиваемой из бюджета Пенсионного фонда РФ. В связи со снижением НДС в бюджете Пенсионного фонда образовался дефицит. Блок Кудрина-Грефа предложил снизить НДС для того, чтобы стимулировать развитие предпринимательства. Но эта концепция не сработала, из-за неё буксует пенсионная реформа. Ведутся разговоры о том, что мы вновь можем вернуться к распределительному принципу пенсионного обеспечения. Это очень плохо. Во всем мире Пенсионный фонд – это святая святых, никто, кроме парламента, не может корректировать его бюджет.
- Как часто Вы встречаетесь со своими избирателями?
- Дважды в год обязательно отчитываюсь перед населением округа. На последней встрече избиратели оценили мою депутатскую деятельность на «хорошо». Сейчас я снова баллотируюсь по своему родному Поярковскому избирательному округу №5.
Почему родному? Потому здесь прошло мое детство, здесь я рос, лично знаю многих жителей округа, их проблемы. Интереснее всего приходить в дом номер 9 на улице Дзержинского, где мы когда-то жили. Поэтому в этом доме многие знают меня. Правда, знакомые мальчишки, с которыми раньше играли во дворе, уже давно вылетели из родительского гнезда.
«ОТЕЦ БОЯЛСЯ, ЧТО Я СТАНУ ХУЛИГАНОМ»
- А как живут Ваши родители? Им хватает пенсии?
-Конечно, не хватает. Без нашей помощи им не обойтись.
- Вы, видимо, подразумеваете родных братьев и сестер?
- Да, у нас большая дружная семья – три брата и сестра. Мы часто собираемся, значительные события и праздники стараемся отмечать вместе.
- Вам часто удается пообщаться с детьми?
- Мы много общаемся с младшим сыном Алёшей, он учится в 8 классе Гуманитарного лицея. Старший, Ефим, пять лет учился в Академии налоговой службы в Москве. Сейчас он успешно работает в Управлении федеральной налоговой службы по РС(Я).
- А с младшим о чём разговариваете?
- Обо всём на свете – о компьютерах, школьных делах, друзьях, о том, что и как происходит в стране и республике.
- Старший сын пошёл по стопам отца. А младший уже выбрал профессию?
- Нет, ещё не выбрал. Но говорит, что банкиром не будет точно: опасная профессия. Он у нас человек осторожный, увлекается компьютерами.
- Леонид Дмитриевич, а каким Вы были в детстве?
-В детстве был шалопаем. Не пропускал мальчишеские разборки, ссоры, соперничество, за маленьких заступался. Я родился в Якутске, когда родители были ещё студентами, потом мы уехали к ним на родину, в Сунтар. Мама работала в школе, а отец очно учился в Хабаровске, приезжал домой только раз в год.
- Какие подарки он привозил?
-Однажды привёз мне джинсы. Они были вьетнамского производства, сделанные из синей плащёвки – в деревне ни у кого таких брюк не было. Обычно ходили в брезентовых штанах, прочных и практичных. Сначала я стеснялся джинсы надевать, но потом стал их носить, и на меня смотрели, как на модника.
- Как отец реагировал на Ваши шалости?
- Он боялся, что я стану хулиганом.
- Но Вы стали инженером и финансистом. Куда девался боевой задор, Вы его умело скрываете?
- Он был направлен в мирное русло: учитель математики Николай Иванович Сафонов отправил меня в зал борьбы. Я стал заниматься спортом – борьбой, боксом, участвовать в соревнованиях.
- Вы выросли в такой семье, которая предполагает строгое воспитание. Мама - учитель биологии, папа партийный хозяйственный работник. Положение родителей на Вас не давило?
- Не давило, но его пытались использовать в воспитательных целях. Как-то меня вызвал директор школы и сказал, что сообщит в Хабаровск в Высшую партийную школу, где учился отец, о моём поведении, и его отзовут с учёбы, снимут с работы, если я не прекращу баловаться. Я тогда поверил. Потом у мамы спросил, может ли такое случиться. Она ответила, что может. Вот такие воспитательные меры были.
- Вы тогда сильно переживали? Как Вы переносите неприятности?
- Ко всяким изменениям подхожу философски. В эмоциях стараюсь не бросаться в крайности – не радоваться сильно, не грустить. В природе существует закон сохранения. Всё, что ни делается, к лучшему.
Справка:
Еремеев Леонид Дмитриевич родился 10 июня 1957 года в г. Якутске.
Окончил Якутский государственный университет по специальности «теплофизика», Российскую Академию народного хозяйства при Правительстве Российской Федерации по специальности «финансы и право».
С 1980 по 1991 годы - инженер, младший научный сотрудник Института Горного дела Севера ЯФ АН СССР;
С 1990 по 1991 годы – ведущий научный сотрудник научного производственного объединения «Саас»;
В 1991 по 1995 годы – генеральный директор государственного акционерного общества по поддержке предпринимательства и малого бизнеса «Байылыат»;
С 1995 по 1997 годы - начальник отдела Фонда государственной финансовой поддержки завоза грузов при Правительстве Республики Саха (Якутия);
С 1997 по 1998 годы – первый заместитель управляющего отделением по сбору страховых взносов по г. Якутску Департамента пенсионной службы Республики Саха (Якутия);
С 1998 по 2000 годы – первый заместитель начальника управления пенсионной службы г. Якутска;
С декабря 2000 года – начальник управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Якутске,
В 2002 году избран народным депутатом Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия) третьего созыва от Поярковского избирательного округа № 8 г. Якутска на непостоянной основе и назначен заместителем председателя постоянного комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов;
С апреля 2003 года – председатель подкомитета по пенсионным вопросам постоянного комитета Государственного Собрания (Ил Тумэн);
С июня 2005 года – заместитель председателя постоянного комитета Государственного Собрания (Ил Тумэн) по бюджету, финансам, налоговой и ценовой политике.
Выдвинут избирательным объединением Регионального отделенияё политической партии «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь».
Награжден Почетной Грамотой Правительства Республики Саха (Якутия), Благодарностью Пенсионного Фонда Российской Федерации.
Женат, имеет двоих детей.
