А завтра, в среду по каналу РТР телезрители смогут увидеть церемонию чествования Маэстро в лондонском театре Ковент Гарден.
В один из визитов в Якутию, в период работы над постановкой «Лебединого озера» несмотря на цейтнот, балетмейстер, нашел время для беседы с журналистом Инной Феоктистовой.
Юрий Григорович: «Я делаю, что хочу и могу»
Очень немолодой человек, однако же определения «пожилой» и, уж тем более, «старый» ему совсем как-то не подходят, вошел в зрительный зал, сел за столик с микрофоном и начал репетицию...
Увлекшись происходящим на сцене, я не смотрела на балетмейстера, а только слышала его ровный доброжелательный голос и улавливала лишь отдельные фразы: — Свет, пожалуйста.., нет, чуть светлее, мне нужен чистый голубой.., а где дыхание светом? Я его не вижу...
— Игорь, Оксана — молодцы! Что хорошо, то хорошо, сегодня у меня нет к вам никаких претензий...
Я продолжала смотреть на сцену и слушать переговоры хореографа-постановщика с артистами и рабочими сцены:
— С гербом припоздали, он должен стать на положенное место одновременно с завершением их па.
И тут я подумала: как это ему удается видеть все сразу — пальцы каждой руки, каждого танцующего, движения ног, декорации, тональность света?
Размышляя, как бы получить ответ, я переместила свое внимание со сцены на Григоровича и поразилась его перевоплощению. Это был совсем не тот человек, что входил в зал перед репетицией. Лицо разгладилось и помолодело, в глазах блеск, походка легкая и пружинистая, он словно бы и ростом стал выше…
А на мой вопрос, как ему удается видеть все разом? Маэстро, пожав плечами, ответил: "Профессия такая".
В последующем общение с знаменитым балетмейстером происходило урывками: в интернате хореографического училища, в машине, театре... А вот на улице Юрий Николаевич не разговаривает, бережет голос. Кутается и вообще откровенно говорит, что наши морозы его пугают, зато белизна снега удивляет и восхищает. Поговорить с очень занятым Григоровичем удавалось, как правило, не более двух минут.
В его первый визит к нам мне удалось лишь увидеть его, что называется, «глаза в глаза» и понять: общаться с журналистами он не настроен. Но это не был каприз: во-первых, тогда он еще не решил, будет ли заниматься постановкой «Лебединого», потому что еще только знакомился с театром, труппой, условиями и возможностями. А, во-вторых, я думаю, что у хореографа современности были основания не жаловать журналистов. Ведь в тот период, после ухода из «Большого», в СМИ маэстро доставались негативные оценки. Оттого вголовах у многих возникал образ «злого гения… Но и я, и, думаю, мои коллеги тоже, увидели другого Григоровича. С нами общался интеллигентный человек. Мастер, на работу которого приятно смотреть со стороны. Кстати, уж чего нам, журналистам, не запрещали, так это быть в театре, на репетициях и наблюдать, сколько хочется. А после генеральной репетиции и Юрий Григорович, и дирижер Евгений Борисович Хилькевич уделили журналистам достаточно времени, чтобы ответить на вопросы. И отвечали. надо сказать, искренне и откровенно. К примеру, на не деликатный вопрос (кстати, заданный не журналистами):
— Как вы относитесь к Майе Михайловне?
Григорович ответил:
— Так же, как она ко мне…
Вопрос, прямо скажем, был в той обстановке непринужденного общения просто не уместным. И так ли уж нам важно, что там и как сложилось между выдающимся хореографом и не менее выдающимися танцовщиками ранга Плисецкой и Лиепы, хотя для них самих это, конечно, очень важно.
Разве сегодня кого-нибудь интересует с кем удружил, а с кем ссорился Петр Ильич Чайковский? Мы и не думаем об этом, наслаждаясь его прекрасной музыкой.
Нам же, якутянам, важно понять, что наш балет состоялся. Это-то и доказала премьера «Лебединого озера». Образно говоря, маэстро расставил акценты, не единожды подчеркнув: "Я с не профессионалами не работаю. Если делаю, то делаю хорошо. У труппы достаточно высокий профессиональный уровень, есть хорошая школа, а это продолжение жизни балета и есть отличный театр с прекрасными условиями. Я правильно сделал, что принял приглашение".
Но вернемся к личности Ю.Н.Григоровича - человека и Мастера. Я далека от намерения создать его литературный портрет. Я всего лишь делюсь с читателями своими впечатлениями и размышлениями после встреч с ним.
Когда его просили: «назовите лучшего, на ваш взгляд танцовщика», он отвечал: "Вы что, хотите, чтобы я их пронумеровал? Я ведь работал со многими прекрасными мастерами балетной сцены, и каждый хорош по своему, каждый имеет индивидуальные особенности. Разве можно сравнивать Нуриева, Лиепу, Васильева..."
Юрий Николаевич, независимо от сложившихся личных взаимоотношений, подчеркивает только профессиональные достоинства известных танцовщиков, тем самым оставляя их в глазах почитателей выдающимися артистами без человеческих слабостей и изъянов. На мой взгляд, это свидетельствует о мудрости и великодушии большого художника. В каждом человеке сочетается плохое и хорошее, и в сущности своей он в течение жизни не меняется. Зато меняются обстоятельства, в зависимости от которых ярче проявляется лучшее или худшее в нас. Похоже, именно это и произошло с Григоровичем — изменился не он, изменились обстоятельства его жизни. Его ответ на вопрос: "Почему вы ушли из Большого театра?" — многое объясняет и дает возможность более объективно увидеть и понять его самого.
— Почему я ушел, это уже не важно. Прошли годы, как я расстался с «Большим», и должен сказать, что теперь намного комфортнее себя чувствую. Ведь я никогда не хотел быть художественным руководителем и в свое время отказывался он этой должности. Мне хотелось быть только постановщиком и заниматься творческим процессом, не административным. Ведь бывало, поговоришь с двумя-тремя балеринами с «золотым» характером, и работать нормально уже не можешь... А теперь я делаю, что хочу и могу...
Интонация этого «хочу» определенно наталкивает на мысль о свободе личности и творческой независимости. Он принимает приглашения, с удовольствием летает по всему миру и занимается любимым делом.
В тот период его маршрут выглядел так: Париж-Якутск-Копенгаген. Вероятно, Григорович мог бы поменять место жительства и образ жизни, но он остается гражданином России, и это тоже характеризует его личность.
Быть может, мы еще увидим его в Якутске, сам он такой возможности не исключает, правда, с оговоркой: "Я уже не в том возрасте, чтобы планировать на длительное будущее. Впрочем, если пригласят, возможно еще приеду..."
На фото Ю.Н. Григорович на репетиции в ГТО и Б РС(Я).
