Она взяла книги и на родном якутском языке, и еще переводы произведений. Села и открыла первую попавшуюся повесть, увлеченно начала читать, а потом сказала: «Написала истинная женщина, а перевел на русский язык мужчина. И, видимо, этот переводчик знаком и, возможно, даже влюблен в эту писательницу». Я удивилась, как девушка сразу узнала по одному произведению все это. Действительно, произведения Гаврильевой переводил на русский язык ее муж Иван Ласков – белорусский поэт и прозаик. Личность весьма интересная и неоднозначная…
Все это я сказала и моей читательнице, она просто улыбнулась: «Читать книги душой, тонким наитием научила моя учительница русского языка и литературы…». Вот такие очень интересные у нас бывают читатели, молодежь у нас особенная, умная и чувствующая мир чуть иначе, чем мы, - наше поколение.
6 декабря исполнилось 75 лет Валентине Гаврильевой – якутскому прозаику, члену Союза писателей СССР с 1973 года.
Валентина Гаврильева – одна из самых малоизученных и необычных писателей из якутской плеяды талантливых прозаиков.
«Родилась в селе Майя Мегино-Кангаласского района ЯАССР. Родители: отец, Гаврильев Николай Петрович — заслуженный механизатор, много лет работал трактористом и водителем в респотребсоюзе «Холбос»; мать, Гаврильева (Попова) Екатерина Петровна — домохозяйка. По окончании средней школы В.Гаврильева работала в редакции детской газеты «Бэлэм буол» («Будь готов»).
В 1971 году окончила Литературный институт имени А.М.Горького в Москве, где познакомилась с белорусским писателем Иваном Ласковым и вышла за него замуж», - таковы скупые сведения о Валентине Николаевне.
Как вспоминают современники, Валентина Гаврильева довольно рано проявила склонности и способности к литературному творчеству. Юная девушка стала печататься, начиная со старших классов школы, регулярно публиковала в газетах свои заметки и небольшие рассказы. В 1968 году увидел свет её первый сборник «Хатыҥчааным барахсан».
Валентина Гаврильева – особенный писатель, раскрывающий образы разных женщин, начиная с мифической героини Болугур Айыыта – Девы Божества из местности Болугур из рассказа «Болугур Айыыта» до современницы Даи из «Маленькой повести о глупой женщине».
«Повести В.Гаврильевой также сплошь монологичны. Внутренняя речь ее героев отличается тем, что в них ощущается глубокий внутренний подтекст, они сложны по своей структуре. Автор монологи выстраивает таким образом, что, на первый взгляд, они кажутся хаотическими, беспорядочными. Мысли героев часто повторяются и еще чаще обрываются на полуслове: «Сон, опять удивительный этот сон, сладкое наваждение. Пригрезится, растревожит, озадачит, а потом сиди, думай над ним, вместо того, чтоб проверять формуляры, а все-таки... ну и холод сегодня. И когда только выйдет на работу старуха Федосья? Сон, сон, чего он к ней привязался? Фу-ты, опять о сне. Полки давно пора протереть, вот что». Хаотичный монолог выступает средством раскрытия женского характера и особенностей ее психики. Повествование в таких произведениях В.Гаврильевой, как «Любовь осенью», «Маленькая повесть о глупой женщине», ведется как «поток сознания» главной героини» - написала о творчестве Гаврильевой Варвара Окорокова в своей диссертации «Пути и проблемы развития прозы в литературах народов Якутии: жанрово-стилевые процессы».
В этих двух небольших повестях Валентины Гаврильевой СОН занимает особенное место и в этом СНЕ и раскрывается образ героинь.
Повесть «Любовь осенью» начинается с упоминания опять же СНА: «Что остается в памяти моей через двадцать лет от этого бесконечного дня, похожего на ночной кошмар?». И заканчивается произведение: «Я вспоминаю давнюю-давнюю пору, второй или первый класс. Я сижу за партой, сложив на коленях руки, а старая добрая учительница вялым усталым голосом говорит о счастье. И я засыпаю». И снова СОН. Странный СОН, навеянный воспоминанием, где о счастье говорят вялым усталым голосом…
А повесть «Маленькая повесть о глупой женщине» - вроде бы сплошной сумбурный СОН – жизнь. Но в этом и есть весь смысл повести. Жизнь – сон, потому что прожитый день уходит в прошлое, словно превращаясь в СОН. А настоящее так быстротечно, что осмыслить его можно лишь тогда, когда оно превратится в прошлое, то есть в своеобразный СОН. Будущее неясно, как и сон, который может присниться, может, и нет…
Вот этот отрывок из главы «Сны любви» повести о «глупой» женщине, на мой взгляд, раскрывает суть всего этого произведения: «Ну вот, опять этот сон, дождалась. Что он все-таки значит? Ничего не поймешь. Может, и поняла бы что-нибудь, да вот беда: уходит из памяти, как вода из ладоней, ничего не остается. Пока спишь, все как в кино, и четко, и ярко, но стоит проснуться, как образы сна тут же туманом ночным испаряются; ловить не пробуй: разве удержишь туман? Остается музыка, вроде знакомая, вроде чужая, то ли победная, то ли печальная, что же это за музыка? Может, полонез?
… Ну, а что же еще в этом сне, что? Снег… Снег. Он падал откуда-то сверху вместе с музыкой. Звуки падали, и снежинки падали. На плечи падали. Кому? Ему. А кто он? Не понять, не вспомнить.
Она и во сне спрашивала:
- Кто ты? Кто? Почему молчишь?
Потом догадалась: когда идет снег, звучит полонез. Поэтому нужно молчать. Нельзя говорить, когда звучит полонез.
А снежинки все быстрей, и музыка все громче. Наверное, всему миру слышна. Вот какая музыка.
… Снег, снег… Почему он снится летом? Мало, что ли, было его зимой? Или это другой снег – летний, солнечный, добрый? Летний снег. Глупость. А полонез? Полонез не глупость. Откуда лился он? Кто его играл?».
Тонкая нежная женская душа, живущая в любви, ищущая любовь и свет, грезящая о музыке и о девственно чистом снегопаде – солнечном, добром – вот такова Дая, на первый взгляд, наивная и доверчивая библиотекарь. А на самом деле эта «глупая» женщина необыкновенно мудра, чиста и светла, она сама строит в себе, в своем мире свое счастье, несмотря ни на что она счастлива. Через все эти повести Валентины Гаврильевой идет Любовь – хрупкая, необычная, и земная, и небесная-возвышенная. Ради такой Любви отреклась от земной жизни и та далекая, мифическая Дева Божество – Болугур Айыыта, о которой с трепетом писала Валентина Гаврильева.
Никто не пишет о Валентине Гаврильевой, о ней почти не говорят…
Но живут ее произведения своей жизнью, их читают, о них рассуждают, их пытаются понять и постичь… Ее повести-монологи, овеянные легким лиризмом, душевным юмором, невысказанной грустью, всегда находят отклик в душе читателя.
Валентина Гаврильева - одна из самых загадочных якутских писателей, сумевшая оставить свой особенный след в якутской литературе.
Варвара КОРЯКИНА,
ведущий библиотекарь
отдела краеведческой литературы
Нерюнгринской городской библиотеки.
