В то время власть в Якутии находилась фактически в руках трех партийных работников: А.Агеева – председателя Губчека, А.Козлова – председателя Ревтрибунала и начальника штаба вооруженных сил, Г.Лебедева – секретаря Якутского Губбюро РКП(б). Эта тройка вошла в историю Якутии под разными формулировками: «триумвират», «левацкая группировка», «ультракоммунистическая политика», «красный террор против местного населения».
Б.З.Шумяцкий, член Реввоенсовета 5-ой армии, писал народному комиссару иностранных дел Г.В.Чичерину, что якутские работники, увлекшись «ультракоммунизмом, политикой комбедов, расслоения населения», не считаясь со своеобразной обстановкой в регионе, противопоставили против советской власти большинство населения. Об этом, в частности, пишет Олег Сидоров в своей книге «Платон Ойунский».
События тех времен подробно описаны в книге советского и российского историка, общественного деятеля, доктора исторических наук, профессора, заслуженного деятеля науки РСФСР и ЯАССР Г.П.Башарина «Общественно-политическое положение в Якутии в 1921-1923 гг.».
«Триумвират» телеграфировал в Центросибирь, что без поголовного уничтожения якутского населения Советская власть в области невозможна.
Из книги Георгия Башарина: «В начале января 1922 года командующий вооруженными силами Якутии П.Ф.Савлук заболел. В течение недели заменял его член Президиума губбюро РКП(б), председатель Ревтрибунала, начальник штаба вооруженных сил губернии А.Г.Козлов. В 9 часов утра 2 января, по «прямому проводу» он дал боевым частям жесткий приказ:
«Приказываю отбросить всякие сентиментальности, как с бандитами, так и мирными гражданами и также нашими частями. Бандитов, захваченных где бы то ни было, расстреливать без пощады; граждан населяющих наш тыл, содействующих бандитам в чем бы это содействие не выражалось: указанием ли бандитам нашего расположения или численности, предоставлением им подвод для передвижения или фуража и продуктов, или просто в том, что то или иное селение, при посещении его бандитами, предоставляло им квартиру и об этом не сообщило нашему командованию, или просто оставались пассивными, расстреливать каждого пятого в селении, без всякой пощады».
А секретарь Губбюро Г.Лебедев в первой декаде марта 1922 года телеграфировал в Сиббюро ЦК: «Движение белобандитское приняло определенно национальную народную окраску, охватив широчайшие массы якутов. Это понятно: во-первых, темная неграмотная масса разобраться в соввласти не может, всякую власть расценивает с точки зрения материальных благ, возможностей хотя бы недоступных бедняку. Второе, соввласть ничего не принесла с собой, пока, кроме политических свобод, таежному жителю мало понятных. Положение создается острое. Подавление белобандитизма возможно только при почти поголовном истреблении местного населения».
ЦК РКП(б) и его Сиббюро категорически запрещали все формы репрессий и жесткого обращения по отношению к местному населению. Но это не остановило Лебедева от такого решения, желания получить разрешения на геноцид народа саха. И это была самая печальная страница в становлении советской власти в Якутии.
К 8-9 марта 1922 года основная масса членов РКП(б), члены Губревкома, советские работники и вооруженные силы во главе с командующим П.Ф.Савлуком распознали суть политики «триумвирата», опасность его действий против местного населения. Были и иные странные действия при борьбе с белогвардейцами, также прошлое некоторых членов этой тройки было тоже весьма сомнительным.
10 марта 1922 года по инициативе Губревкома и Губвоенкомата было проведено военно-политическое совещание, там присутствовали: председатель Губревкома П.А.Ойунский, командующий Первым Северным отрядом П.Ф.Савлук, С.Ю.Широких-Полянский, З.Х.Эренбург, Г.И.Лебедев, А.Г.Козлов, А.В.Агеев – всего семь человек.
Состоялся серьезный разговор, обсуждали вопрос «О постановке общей работы по ликвидации бандитизма». Подвергли критике действия Губбюро РКП(б), Губчека и Ревтрибунала. В центре внимания данного совещания был Г.Лебедев – секретарь Губбюро, у которого каждое слово расходилось с его делами и действиями.
На совещании было взято во внимание то, что во время своего властвования «триумвират» не говорил ничего положительного об Октябрьской революции и советской власти, старался показать, что в Якутии после 1917 года не было советской власти, что весь народ ничего не понимает и живет в слепом неведении о новой жизни.
Эта тройка руководителей фактически не организовала сопротивления наступлению белогвардейцев с востока на Советскую Якутию, дала приказ красноармейцам без боя сдать белым Амгу, отказывалась от помощи из центра в борьбе с бандитизмом, оказала отчаянное сопротивление в организации отряда Нестора Каландаришвили, оклеветала отряд, дала приказ арестовать семь бойцов Якутского гарнизона – всех пулеметчиков, когда столице края угрожало вторжение белобандитов, совершила провокационный арест девяти мирных жителей Якутска и еще другие, не поддающиеся объяснению действия.
Г.Лебедев крайне негативно относился к национальной интеллигенции. Свою работу в должности секретаря Якутского Губбюро РКП(б) начал с обвинения П.А.Ойунского и других интеллигентов Якутии в «буржуазном национализме», его нападок не избежали ни Максим Аммосов, ни Исидор Барахов. И эти действия Лебедева не остались без следа и последствий потом, по истечению времени…
У двоих из «триумвирата» было сомнительное прошлое в отношении советской власти.
Г.Лебедев до 1920 года был редактором ультраправой газеты «Вольная Сибирь», выступал против Октябрьской революции, против советской власти.
Своеобразным было и прошлое А.Козлова. В царской армии служил в качестве канцелярского чиновника разных штабов. Потом стал правым эсером, состоял в каких-то боевых эсеровских организациях Омска. После разгрома армии Колчака оказался в Олекминске, стал председателем уездного ревкома, тогда же вступил в РКП(б), летом 1921 года прибыл в Якутск, вошел в состав Губбюро, так стал председателем Ревтрибунала, начальником штаба вооруженных сил губернии.
Смена идеологии и принадлежности к той или иной партии в те года было явлением привычным, поэтому прошлое ни Лебедева, ни Козлова особо не удивляло руководство партии большевиков.
А.Агеев был революционером, казалось бы, старой закалки, член РСДРП с марта 1905 года, много раз был подвергнут арестам, совершал побеги, активно участвовал в революционном движении, командовал отрядом красногвардейцев. Весной 1921 года прибыл в Якутск. Но был человеком с весьма сложным характером и жестокого нрава. Про Агеева говорили, что он – издерганный нервный человек, к тому же высокомерный и строптивый. За ним наблюдались и «левацкие замашки», которые сочетались с неким авантюризмом. Все это нашло отражение в его работе: суровое, порой бесчеловечное, отношение к подчиненным, сотрудникам, бюрократически-административное отношение ко всему, жесткое «комиссарство», не знающее границ.
В ночь с 10 на 11 марта Лебедев и Агеев были арестованы. Операцию эту выполнили воинская часть и каландаришвилевцы. В ту ночь по какой-то причине Козлов не был взят под арест, он так и остался на свободе.
11 марта в Сиббюро и ЦК РКП(б) из Якутска была отправлена телеграмма о решении военно-политического совещания и об аресте Г.Лебедева и А.Агеева.
Также 11 марта состоялось расширенное заседание Пленума Якутского Губбюро РКП(б). Расширенное заседание Пленума единогласно подтвердило решение военно-политического совещания от 10 марта.
Вскоре ЦК РКП(б) и Сиббюро также одобрили решения военно-политического совещания от 10 марта и расширенного заседания Пленума Якутского Губбюро РКП(б), утвердили снятие Лебедева, Агеева и Козлова с должностей, обновление составов Якутского Губбюро РКП(б), его Президиума и Пленума. На должность секретаря Якутского Губбюро РКП(б) был утвержден и назначен Исидор Барахов.
Жизнь молодой советской Якутии начала входить в новое русло под новым руководством. До получения автономии оставалось чуть больше месяца…
Что же случилось с «триумвиратом»? Никто из них не понес наказания, только были сняты с должностей. Г.Лебедев уехал в Москву первым пароходом 25 июня 1922 года, А.Агеев 4 июля покинул Якутию. Козлов остался в Якутске на военной работе, как опытный, кадровый с царских времен, военный. Как утверждают историки, никто из «триумвирата» больше не занимал в республике руководящих постов…
Варвара КОРЯКИНА,
г.Нерюнгри.
