Задачи по переводу на газ Нерюнгринской ГРЭС и обеспечению внутренних рынков должны быть первоочередными, экспорт пока можно насытить углем. Такова позиция руководителя Госкомитета по ценовой политике Якутии Николая Бочкова. Но, считает он, надо прежде финансовую модель перевода НГРЭС на газ тщательно просчитать.
Президент страны Владимир Путин дал поручение компаниям «Газпром» и «Русгидро» к 1 июля 2028 года разработать и утвердить план-график по переводу энергоблоков Нерюнгринской ГРЭС на природный газ, а также обеспечить до 2028 года выполнение этого плана-графика. В «Дальневосточной генерирующей компании» («Русгидро»), к которой относится ГРЭС, приветствуют это решение. Генеральный директор Константин Ильковский ранее в интервью на SakhaNews отмечал, что компания будет иметь прямой договор с «Газпромом» на поставки газа для Нерюнргринской ГРЭС.
Однако на днях директор департамента развития газовой отрасли Минэнерго РФ Артем Верхов, выступая на заседании совета по вопросам газификации регионов при Совете Федерации, заявил, что перевод Нерюнгринской ГРЭС и Благовещенской ТЭЦ на газ является «проблемным вопросом». По предварительным оценкам, Нерюнгринская ГРЭС будет потреблять по 2 млрд кубометров газа в год, Благовещенская ТЭЦ — 0,99 млрд кубометров.
По словам Верхова, для этого потребуется расширение магистрального газопровода «Сила Сибири», и стоить это мероприятие будет 400 млрд рублей. Некоторые аналитики прогнозируют, что это примерно вдвое дороже строительства таких электростанций с нуля. Кроме того, отмечает Верхов, помимо оценки перехода с угля на газ, необходимо оценить тарифные последствия по электричеству и теплу.
В этой связи мы обратились к Председателю Государственного комитета по ценовой политике Республики Саха (Якутия) Николаю Бочкову.
Напомним, что Госкомцен республики устанавливает помимо всего прочего тарифы на электроэнергию для населения, сбытовые надбавки для поставщиков электроэнергии, цену на услуги по передаче электроэнергии; тарифы на тепловую энергию, тарифы на услуги по передаче тепловой энергии.
- Николай Владимирович, с вашей точки зрения, насколько целесообразен перевод Нерюнгринской ГРЭС с угля на газ?
- Прежде чем ответить на этот вопрос, хочу рассказать следующее. В 2022 году произошла авария на ГОКе «Денисовский» компании «Колмар» и основным поставщиком угля для Нерюнгринской ГРЭС в тот момент стал «Якутуголь». Компания в основном работает на экспорт, но им пришлось больше выдавать энергетического угля на нерюнгринскую станцию. В результате высокого спроса и недостаточного предложения цена на рынке на уголь пошла в рост. Помимо этого, конечно, было и влияние внешних факторов, связанных с ростом спроса на рынках Азиатско-Тихоокеанского региона.
Конечно, с одной стороны, «Якутуглю» надо сказать спасибо за то, что компания своевременно поставила на станцию достаточное количество угля, что обеспечило надежность поставки электричества и тепла, но если смотреть с тарифной точки зрения, то это обошлось весьма недешево.
Не могу сказать, какие выпавшие расходы на топливо были заявлены «Дальневосточной генерирующей компанией» в Федеральную антимонопольную службу, так как именно это ведомство утверждает тарифы на генерацию электрической энергии. Нам же принесли образовавшиеся дополнительные расходы на выработку теплоэнергии, что регулирует Госкомцен республики.
Они только за 2022 год составили около 1,4 млрд рублей. То есть это та сумма, которая образовалась в результате роста цены на уголь сверх тарифа. И ее же нужно потом вернуть организации – а значит, положить в тариф тепла в виде выпадающих расходов за прошлые периоды согласно действующей методике.
Мы этого не сделали, так как было поручение Совета Федерации об оказании содействия в решении данного вопроса за счет других источников. И сейчас мы отрабатываем его с Минстроем и ФАС России совместно с МинЖКХ. Ищем возможность возмещения этих затрат не за счет тарифного источника, а за счет выделения целевых средств на рост расходов на топливо. Целимся, конечно, на федеральный бюджет. Например, в конце прошлого года Мурманской области и Камчатскому краю выделили на это средства из Резервного фонда. Мы хотим идти по этой же схеме.
Конечно, мы планируем таким же образом решать вопросы не только по Нерюнгринской ГРЭС, но и по ГУП «ЖКХ» и другим предприятиям, так как все, кто работает на угле, в тот период оказались в такой же ситуации как и «Дальневосточная генерирующая компания». То есть были вынуждены закупать уголь по большей цене, чем та, что была заложена в тарифе.
К чему я так подробно рассказываю? Да, сейчас ситуация со стоимостью угля стабилизировалась. Но если смотреть по сути, то надо понимать - цена на уголь не регулируется государством, в отличие от газа, и любые колебания на рынке приводят к существенным расходам предприятий, не заложенным в тарифе. То есть никто не застрахован от таких резких колебаний. А когда у тебя первичный энергетический ресурс (газ) регулируется, то существует реальная возможность выстраивать плановую системную экономику предприятия. Как развиваться, как модернизировать производство и так далее.
И другой вариант – когда рынок угля скачет, невозможно что-то регулировать. Либо организации не станет, если не возместить все в тарифе, потому что иных источников для обеспечения надежности работы у нее нет. Либо людей можно заморозить.
- Иными словами, перевод Нерюнгринской ГРЭС на газ – верное решение.
- Да, но есть один не проясненный момент. В мастер-плане города Нерюнгри помимо самого перевода станции с угольной генерации на газовую значится пункт о том, что средства, полученные от экономии в результате перевода энергоблоков Нерюнгринской ГРЭС на природный газ, должны быть направлены на выполнение мероприятий по модернизации систем тепло- и электроснабжения города Нерюнгри.
Здесь я сомневаюсь – так как средства, затраченные на перевод станции с одного вида топлива на другое, сначала должны быть направлены на возврат инвестиций, согласно действующей методике регулирования тарифов. В мастер-плане города Нерюнгри на газификацию Нерюнгринской ГРЭС заложено 42 млрд 700 млн рублей. И это только энергетическая часть. Но (в том числе как мы видим из заявлений представителей Минэнерго РФ) есть еще подводная часть, есть еще вопрос, сколько «Газпром» в цену газа заложит, и дельта между ценой угля и газа уменьшится. Это означает, что период окупаемости увеличится.
Вот эти вещи почему-то не проговариваются, возможно, просто пока что нет финансовой модели проекта. Потому что никто не знает, насколько вырастет цена газа. Особенно учитывая расширение «Силы Сибири», так как пропускная способность газопровода сейчас тоже ограничена. И поскольку основная перекачка газа законтрактована Китаем, нужно строить дополнительные мощности.
Все это в совокупности – инвестиционные мероприятия, которые каждый участник проекта так или иначе вложит в свою окупаемость. Допустим, если газ для Нерюнгринской ГРЭС пойдет с Отраднинского месторождения, то «Сахатранснефтегаз» вложит свои затраты в цену для «Газпрома», «Газпром» в свою очередь включит их в общую цену (плюс дополнительное строительство газовых ниток), плюс подключение станции к газовым мощностям – это все ляжет в цену газа. В этом случае цена газа может догнать цену угля. А уголь, мы видим по биржевым котировкам, начинает падать в цене.
- То есть остается вопрос в цене газа.
- Это очень серьезный вопрос. Кто-то должен всю эту цепочку просчитать. Возможно, «Газпром» распределит свои затраты на это мероприятие на 10 лет – если мы вообще говорим про стратегическое развитие страны и Дальнего Востока. То есть если все будет равномерно распределено, и колебания цены на газ будет не допущено, то в принципе – почему нет? Только должен быть обеспечен постепенный рост цены на газ, который устраивает всех участников проекта. Думаю, и «Дальневосточная генерирующая компания» будет считать в таком же русле.
Я к тому, что все говорят об очевидности возврата инвестиций, которые за счет снижения цены на топливо пойдут на модернизацию системы теплоснабжения города Нерюнрги. Однако это вопрос дальней перспективы.
Но все-таки главным плюсом перевода Нерюнгринской ГРЭС на газ я считаю: а) переход на экологически чистый вид топлива; и б) газ – это регулируемый сектор, более прогнозируемый, который позволит в будущем не допустить резких ценовых колебаний внутри энергетики и теплоснабжения.
А по вопросу приоритетности поставок газа хочу отметить следующее. С моей точки зрения, сначала нужно обеспечить топливом внутренние потребности, как, к примеру, на газификацию Нерюнгринской ГРЭС. А потом поставлять газ за рубеж. Тем более что Китайская Народная Республика будет потреблять все ресурсы еще 30 лет как минимум, так как там идет очень большой рост энергетического рынка. И страна имеет большой дефицит в угле, газе, особенно в северной части.
Поэтому перевод на газ нашей станции и обеспечение внутренних рынков лучше сделать первоочередным, экспорт можно пока насытить углем. Наверное, это будет правильное решение.
Маргарита НИФОНТОВА.
Фото ЯСИА
