При этом словосочетании в голове возникают аналогии с кинофильмом «Парк Юрского периода». Но «Плейстоценовый парк» — не фантастический фильм, а плод упорной и многолетней работы учёного Северо-Восточной научной станции Сергея Зимова. Он и сейчас в числе прочего занимается работой связанной с парком, но руководителем проекта теперь является его сын Никита, который и сидел за рулём иномарки.
Прошло чуть более получаса, и дорогу преградила деревянная изгородь: вот мы и приехали в «Плейстоценовый парк». На берегу стоит большой дом, основанием которого являются два 20-тонных контейнера. Около него мирно пасутся якутские лошадки. Неподалёку стоят несколько военных кунгов. В одном из них электростанция. А рядом со всем этим хозяйством огороженная территория, и где-то там, в глубине, пасутся овцебыки.
Мы заходим на загороженную территорию. Бросаются в глаза хорошо натоптанные тропинки: овцебыки хотя и находятся на подножном корму, но за дополнительным питанием (комбикормом) тоже наведываются, причём, весьма регулярно. А глядя на обломанные кустарники, понимаешь, что скоро их тут не будет и вместо кустов будет трава.
Превращение заполярной тундры в мамонтовую степь, что широко раскинулась в этих местах в конце плейстоценового периода, как раз и является одной из целей создаваемого парка. Воссоздать в будущем то, что было в прошлом, — задача трудная, но вполне посильная.
«Почему создаваемого?» – могут поинтересоваться особо любознательные граждане. А потому, что хотя работа над проектом продолжается более 20 лет, но и ныне до её завершения ещё далеко. На территории площадью 160 кв. км живут олени и лоси, волки и медведи, зайцы и другая живность.
А молодых овцебыков отец и сын Зимовы привезли осенью 2010 года с острова Врангеля. Но это лишь часть животного мира, часть экосистемы, существовавшей здесь давным-давно. В ближайшее время в парке ожидают новых постояльцев – зубров. В перспективе здесь могут появиться благородные олени и… амурские тигры. Два человека постоянно находятся в парке, время от времени объезжая его обширную территорию на снегоходах и контролируя передвижения животных.
Наконец овцебыки вышли из-за кустов и попали в прицел объектива. Животные успешно акклиматизировались на Колыме, но к людям относятся недоверчиво, прижимаются друг к другу, как будто предупреждая всем своим видом: попробуй, напади! Впрочем, так это и должно быть, всё-таки здесь не зоопарк, а парк дикой природы.
– Подкормку им даём в небольших количествах. Животным вполне хватает той пищи, которую они находят в тундре. Пока овцебыки не отходят далеко от домика, но когда повзрослеют, то разбредутся в разные уголки парка, – поясняет Никита Зимов. – А вот там, вдали, на холме стоит 30-метровая мачта с научным оборудованием. Но датчики есть и в других местах парка. Они регистрируют многие параметры, но, в основном, позволяют контролировать состояние мерзлоты, температурный режим, баланс энергии, продуктивность растительного покрова, эмиссию парниковых газов в атмосферу.
Мы возвращаемся в Черский. Никита Зимов завершает свой рассказ, перейдя от частностей к главному: «Наш «Плейстоценовый парк» предлагает новую концепцию создания экосистемы дикой природы, позволяет наращивать потенциал плодородия. Можно сказать, что парк – это макет того, что можно сделать в плане воссоздания экосистем и наглядно посмотреть, как это работает».
...Идею воссоздания степей в тундре одним из первых высказал Сергей Зимов. Благодаря его упорству и энергии проект становится реальностью. Сейчас он вместе с сыном продолжает работу, начатую в 1988 году. Заново конструируя прошлое и учитывая реалии сегодняшнего дня, легче предположить, что ждёт нашу северную землю в будущем. И, может, именно эти знания позволят человечеству избежать ошибок...
Более полную информацию можно будет посмотреть на сайте «Плейстоценового парка». Он пока ещё находится в стадии разработки, но заработает уже в ближайшее время. Там можно найти немало информации, фотографий, ссылок на научные публикации.
Алексей КУРИЛО.
Фото автора.
