Вчера, 5 марта, в Саха академическом драматическом театре им. П. Ойунского состоялась пресс-конференция главного режиссера Тувинского музыкального драматического театра им. Кок-оола Сюзанны Ооржак и заместителя директора театра по зрителям Алгырак Ховалыг. К сожалению, ИА SakhaNews не было извещено об этой пресс-конференции. А у нас было много вопросов к выпускнице Арктического государственного института искусств и культуры, ученице Андрея Борисова Сюзане Ооржак. Их подсказали нам наши тувинский коллеги, которые были очень удивлены, познакомившись с содержанием статьи, опубликованной в газете «Саха Сирэ».
Вот, что сообщили нам в редакцию из Тувы: «Г-жа Ооржак привела в шок читающее население Тувы, после того, как стало известно ее интервью газете "Саха Сирэ" (12 апреля 2007 г.), в котором она отреклась от родной матери (простой тувинки, работающей на почте телеграфистом) и сочинила гламурную биографию о некой "родной матери парижанке".
Ее отчим (если уж на то пошло и речь о генеалогии), воспитавший ее как родную дочь режиссер Алексей Ооржак, в данной истории оказывается тоже в неприглядном виде. Ради продвижения падчерицы, он уходит с работы, назначает ее, в нарушение трудового законодательства, сразу главным режиссером вместо себя, вынуждает театр купить квартиру падчерице, уволив стоящую в очереди на жилье работницу с тремя детьми.
Ряд актеров подали заявление об уходе, в том числе ведущие актеры, как Сайдаш Монгуш, уговорами вернувшийся обратно и на предстоящих гастролях играющих главные роли почти во всех постановках. Из театра по тем же разногасиям с режиссером, ушел писатель, автор многих пьес (в том числе "Кто ты, Субедей?" который представят в Якутии) Эдуард Мижит».
На сайте [http://informplus.ru] опубликовано интервью с Эдуардом Ондаром, которое мы представляем в сокращенном варианте.
«36 лет для актера это возраст, когда он должен пахать, как лошадь. «Лошадиный возраст» – говорит актер Эдуард Ондар и смеется. Мы разговариваем с «Чингис-Ханом» совсем не о смешном. Почему один из востребованных актеров тувинского театра, успешно снявшийся в кино и занятый почти во всех постановках последних лет в родном театре, написал заявление об уходе? Сказать, что остался без работы – нельзя. Приказа об увольнении еще нет, но и в спектаклях он не занят. Жена – Светлана Ондар, актриса расформированной русской труппы, вынуждена была покинуть театр еще раньше. Хотя по второму диплому может работать и режиссером. Но слово «режиссер» в муздрамтеатре в последнее время стало почти нарицательным. С приходом на смену главрежа Алексея Ооржака его дочери Сюзанны - режиссура стала почти наследственной должностью. «Когда ее посадили режиссером» - говорят актеры, разделяя свою творческую жизнь на «до» и «при» новом режиссере. Не случайный глагол «посадили». Так действительно все и выглядело. Посадили, как на трон. И что же теперь происходит в театральном королевстве?
-Эдуард, что у вас сейчас в творческой жизни?
- Она разделилась на две части. Киношная – это ожидание. Это долгий процесс, а театральная? Я пока «типа» хожу в театр, «типа» существую.
- Что же произошло?
-В театре какой-то развал. Не знаю, как назвать то, что случилось между актерами и начальством. Если актеры бунтуют, значит – это всё. Это уже не театр
- Они точно бунтуют?
- Конечно, они говорят между собой, беспокоятся, переживают, хотя в присутствии начальства молчат. Это вызвано тем, что для актера главное – роль, а если «выступаешь» ролей тебе не дадут. Этим и пугают. «Незаменимых нет!» - говорят.
- Вы пришли в театр целым выпуском тогда Ленинградской Академии. Сколько вас было?
- В 1994-ом мы были первым выпуском курса педагога Шведерского. 14 человек, от которых осталось работать на сегодняшний день 7 актеров.
-И принимал вас режиссер Алексей Ооржак.
-Да, приехали и начинали работать с ним, очень приятно было работать. А сейчас посадил дочку, она работает по другой системе. Мы не понимаем, что это за система. Кого она копирует. Мы тувинские актеры – у нас другой менталитет. Ну, не принято у нас со старшим поколением так обращаться, так вести себя с актерами. Мы же не подчиненные. Не куклы.
-Я слышала, что режиссер может подозвать на репетиции актрису и сказать напрямую, чтобы та посмотрела на себя в зеркало. Мол, и возраст у вас не тот, и вид, и вес... Но ведь это не модельное агентство и не балет. Какие изменения происходят в вашем «Голливуде»?
- Изменения начались с 2000 года. Здоровье ухудшилось у главного режиссера. И интерес у актеров угас, и зарплата у нас маленькая, примерно три тысячи рублей была, но, чтобы переломить ситуацию, стали урезать зарплату. А она и так маленькая. Опоздал немного или выпил накануне, мало ли что у людей происходит дома, проблемы какие, похороны или что-то. Или что-то ты высказал. Если кто-то выступил на собрании, то потом ему все припомнят. Творческого отношения нет. Есть выяснение личных отношений. Зачем мне Алексей Кара-оолович говорит: «Ты не работаешь для моей дочери!» Я работаю для зрителя. Для народа, а не для Сюзанны Ооржак. «Так ты против Сюзанны!» Я не против Сюзанны, я хочу, чтобы в театре были нормальные отношения. Чтобы уважали старших артистов. Мы уважали старших – нас так учили. Сейчас этого нет, старшие замолкли, как рыбы. Молодежь живет по-своему, и мы отстраняемся. Раскол идет в театре. Новый режиссер делит коллектив на « прошедших срок», на «молодых» - пусть одни работают, а другие – нет. Все дело в ее отношении к актерам. Я, например, сказал, что у вас, Сюзанна, родная речь неважная в спектакле. Она и сама плохо говорит по-тувински, и я сказал, что в предлагаемой роли очень плохой язык. Разве можно за одну неделю ставить спектакли?
Я воспротивился – давайте поправим язык и сделаем хорошо, не спеша.
Первый конфликт отсюда. Не был сделан хороший перевод. Хороший спектакль ставится дней двадцать, даже месяц. За семь дней только халтуру можно сделать. А мне говорят: «Настоящий актер должен и за три дня войти в спектакль и играть!» Это - халтура. Вот что я ненавижу. Так нельзя работать!
-Раньше были комиссии приемные…
-Сейчас нет никакой сдачи спектакля. Сразу выпускают. Без читки объявляют, что спектакль будет и уже вывешивают рекламу. (прим. Читка – это первое знакомство актеров с ролью). Это же халтура! Комиссии пропали с 2000 года. Раньше на сдачу спектакля приходили люди - заслуженные, артисты народные сидели, Валентина Владимировна Оскал-оол всегда была. Из министерства приходили – принимали. А сейчас не до этого. «Делаем план!» И спектакль - страшная халтура. Мы начинаем терять тувинский язык. Я бы хотел, чтобы писатели сидели постоянно на сдаче спектаклей. Интересно же их мнение. Эдуард Мижит ушел из театра, тоже, говорят, конфликт был. Кадры не берегут у нас в театре.
-Догадываюсь, что идеальный актер в нашем театре теперь должен думать только о славе своего режиссера, быть молодым и с параметрами 90-60-90. А идеальный режиссер - каким он должен быть, на ваш взгляд?
- Настоящий главный режиссер должен быть очень опытным человеком, как минимум пять лет проработавшим главным режиссером. Алексей Кара-оолович умеет работать. А молодой человек может перевернуть театр, но не в лучшую сторону. В Сюзанне Ооржак нет корректности, она не умеет разговаривать с людьми. Задавший вопрос становится сразу плохим. Иногда задерживает нас до часу ночи. Так же нельзя. Платить такую зарплату и так задерживать. У каждого дети, семья. В студенческие времена другое дело – работали и до утра. Если бы зарплата была хорошая, можно было бы задержать. Мы же не подчиненные. Она не понимает этих нюансов.
- Мне коллеги из Якутии прислали газету «Саха Сире» за апрель прошлого года, с интервью, в котором Сюзанна Ооржак на вопрос о родителях и своем имени рассказывает, что ее воспитала приемная мать – простая тувинка. А на самом деле ее родная мать – парижанка, поэтому у нее такое имя, а отец якобы, был вынужден оставить ее в детстве во Франции, и потом только вывез в Туву. Вам не приходилось отрекаться от своих родителей, чтобы пускать пыль в глаза? Не стеснялись своего тувинского происхождения и не сочиняли, что ваш настоящий папа арабский шейх?
-Нет, конечно! Мой отец уже умер. Он тоже ветеран сцены, самодеятельный артист Ондар Борис Дамдынович, родом из Алдан-Маадыра. Он много выступал с собственными юморесками, обучил многих. Мать на пенсии - Ондар Галина Седеновна. Нас три мальчика в семье. Братья не артисты. Безработные (смеется). Я, наоборот, всегда утверждал, что я тувинец. Даже возмущался, когда спрашивали: «Извините, но я тувинец!» Зачем врать?
-Кто ваш любимый актер?
-Александр Абдулов. У нас любят повторять «незаменимых нет». А кто заменит Абдулова? Никто! Я против этого любимого режиссерами выражения. Каждый актер - это индивидуальность. Неповторимая личность.
Беседовала Саяна Монгуш
