ИA SakhaNews. История Алексея Мамаева, бывшего исполняющего обязанности заведующего городской больницей в п.Чернышевский Мирнинского района Якутии, уволенного и публично обвинённого в связи с высокой смертностью, стала показательным срезом системных проблем здравоохранения в не в одном районе Якутии.
10 июня Верховный Суд РС(Я) подтвердил решение суда нижестоящей инстанции о том, что работодатель имеет право давать негативные оценки своему сотруднику, даже если речь идёт о жизни и смерти пациентов.
Суть конфликта проста, как и драматична. Алексей Мамаев проработал в Чернышевском, где живут ветераны-гидростроители, их дети и внуки, а также работники энергетических предприятий, восемь лет, был участковым терапевтом и по совместительству исполняющим обязанности заведующего. Весной 2025 года руководство Мирнинской ЦРБ приняло решение назначить на его место другого врача, фактически в период его отпуска. Жители посёлка гидростроителей, привыкшие к своему доктору, начали писать открытые обращения во все инстанции с просьбой вернуть Мамаева.
В ответ главный врач Мирнинской ЦРБ Вера Тарасова направила им развёрнутое письмо, в котором, по сути, объяснила, почему прежний заведующий не справился.
В списке претензий, который всплыл в суде, фигурировали: медико-экономические экспертизы, протокол комиссии по летальным исходам за 2024 год, жалобы работников и самое жёсткое — ссылки на случаи смерти, якобы произошедшие по бездействию Мамаева, а также на многолетнюю систематическую незаконную выдачу больничных листов лично им.
Мамаев подал в суд с требованием опровергнуть эти сведения как порочащие его репутацию, но проиграл. Суд встал на сторону руководства, указав, что письмо — это оценочное суждение работодателя, а не констатация конкретных фактов, которые можно было бы опровергнуть в рамках статьи о защите чести и достоинства.
Примечательно, что сам текст письма в судебных материалах был почти полностью закрыт грифом «изъято», но его содержание все равно стало известно из доводов апелляции.
Однако если отойти от юридических тонкостей и посмотреть на цифры, то становится очевидно: проблема не в одном враче. В Чернышевском, где проживает 3344 человека, в 2024 году родились 10 детей и умерли 44 человека. Поселок стареет: 812 человек старше трудоспособного возраста, 324 — старше 70 лет. Укомплектованность врачами составляет 57,5 процента, средним медперсоналом — 53,8 процента. Скорая помощь работает только с 16 часов из-за нехватки фельдшеров, а хирурга и гинеколога в штатном расписании просто нет. Смертность от сердечно-сосудистых заболеваний — 23 случая из 44 — это зеркальное отражение общереспубликанской проблемы.
Ранее замминистра здравоохранения Якутии Любовь Бурнашёва отмечала, что в арктических районах смертность составляет 11,5 на 1 000 человек, что значительно выше среднего по республике (8,3), а среди трудоспособного населения лидирующей причиной смерти являются внешние причины.
Мирнинский район, напомним, претендует на статус арктического.
История Чернышевского — лишь верхушка айсберга. Ситуация с доступностью медицинской помощи в других районах Якутии не менее драматична. В арктических зонах укомплектованность врачами варьируется от 40 до 50 процентов. Самая низкая укомплектованность кадрами наблюдается в Абыйском, Кобяйском, Среднеколымском и Усть-Майском районах. Узких специалистов не хватает катастрофически.
Одна из самых острых проблем — маршрутизация беременных. Беременные женщины из 13 арктических районов вынуждены летать за сотни и тысячи километров в Якутск для скрининговых обследований и родов. Система работает: младенческая смертность в 2025 году упала до 2,3 при общероссийском показателе 3,6, и в северных районах не было ни одного случая гибели матери. Но отметим, что, к примеру, в Верхоянском районе в 2024 году из 111 родившихся детей в местной больнице появился на свет только один. Остальные — в Якутске.
Семьи тратят на перелёты, аренду жилья и питание колоссальные суммы. По словам депутатов, одна семейная пара из арктического района потратила на рождение пятого ребенка миллион рублей. Женщины, оставленные с детьми на месяцы, рискуют потерять мужей, а отцы вынуждены брать отпуска за свой счет или бросать работу. Материнского капитала на все эти расходы не хватает.
Власти, безусловно, пытаются решать проблему. С 2022 года в Верхоянском районе ввели в работу четыре новых объекта здравоохранения, включая ФАПы в отдалённых сёлах. С начала 2026 года мобильные бригады врачей осмотрели уже более 20 тысяч человек в отдалённых районах, планируются выезды в Олёкминский, Сунтарский, Кобяйский и Оймяконский районы. Строятся новые амбулатории, как, например, в селе Эльгяй Сунтарского района, где теперь более 1,5 тысячи человек могут получать помощь на месте.
Однако, как отмечается в научных исследованиях, интеграция новых технологий, улучшение инфраструктуры и создание программ для привлечения кадров — лишь первые шаги. Пока же суровый климат, таяние вечной мерзлоты и ограниченный доступ к свежим продуктам усугубляют риски хронических заболеваний.
Возвращаясь к делу Мамаева, можно сделать неутешительный вывод. В Чернышевском, где Скорая работает только с 16 часов и нет хирурга, обвинять конкретного врача в высокой смертности — на наш взгляд, удобная, но слишком простая и циничная версия.
Суд признал, что начальство имеет право на такое мнение. Но для самих жителей Якутии этот судебный прецедент — ещё одно подтверждение того, что в арктических сёлах и отдалённых районах человек зачастую оказывается один на один не только с болезнью, но и с системой, где спрос за результаты, достижимые только при полной укомплектованности кадрами и оборудованием, почему-то предъявляют к врачу, который восемь лет был единственной надеждой для своих пациентов.
