ИА SakhaNews. Людмила Максимовна Носкова – «живой нерюнгринский классик», автор строк «Нерюнгри – чудо таежное», автор слов гимна первой городской гимназии Нерюнгри, где она много лет работала учителем, и сотен других хорошо известных жителям Нерюнгри стихотворений.
Стихи Носковой стали песнями, прочно вошли в обиход простых нерюнгринцев – так, что часто люди даже не знают, кто является их автором. А автор, чьи инициалы ЛМН иногда расшифровываются как «любимая мелодия Нерюнгри», - оказывается, живет рядом.
У маленькой Люды была трудная судьба. Родилась она в городе Чусовой Пермской области в апреле 1942 года. Не было в нашей стране более сурового времени, чем начало 40-х, начало войны, а тут еще и непоправимые личные несчастья. Отец с войны не вернулся - погиб на фронте. Мама работала инструктором горкома партии по сельскому хозяйству. В трудном послевоенном 1946 году мама заболела и умерла, а ведь девочке едва исполнилось 4 года! Людмилу воспитывала бабушка. Когда бабушка надолго уходила стоять в очереди за хлебом, она часами слушала радио - классическую музыку, рассказы, истории - передачи в то время были очень интересными и познавательными.
Учиться Людмиле пришлось в трудные послевоенные годы. Почти все учителя были фронтовиками, вернувшимися с войны. Особенно запомнился Люде слепой учитель истории, который каждого своего ученика из нас знал не только по голосу, но и по шагам... Спустя много лет она посвятит ему стихотворение, которое так и назовет – «Учитель истории».
С ранних школьных лет Людмилу увлекал мир книг. Она много читала, рано начала писать стихи. Поэтому можно сказать, что стихи сопровождают её всю жизнь. «Стихи пишу с детства — это мой поплавок в омуте жизни. Стало привычным для сохранения душевной гармонии выплёскивать избыток эмоций на бумагу», - говорит сама Людмила Носкова.
В 1958 году, в 16 лет, Людмила Максимовна начала работать. Но и про образование не забывала, параллельно окончив школу рабочей молодежи, а потом филологический факультет Пермского педагогического института.
В юный город Нерюнгри Людмила Максимовна Носкова приехала в 1985 году и влюбилась в этот город с первого взгляда – раз и навсегда. При всех сложностях и проблемах, Нерюнгри (как, наверное, и все северные города) обладает невероятной притягательностью. Его «волшебный магнит» испытала на себе и Людмила Носкова. Когда-то уезжала жить на юг, в теплое и благодатное Приморье. «Там не смогла, выдержала только полгода. Приехала в Нерюнгри поздравить девчонок с Днем учителя, да и снова здесь осталась». И сегодня живет в Нерюнгри, уезжать никуда не собирается.
Предлагаем читателям ИА SakhaNews рассказ Людмилы Носковой.
Людмила Носкова ПОЧТИ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ РАССКАЗ
- По русскому - 4, по физкультуре - 5, по пению тоже 5, - бодрым голосом рапортовал пятиклассник Артёмка своему отцу по телефону.
- Ты мне зубы не заговаривай! - строго прервал отец.- Ты по математике трояк исправил?
Минутное молчание, сопение.
- Всё ясно с тобой! Что ж, уговор дороже денег: нет четвёрки - нет айфона. И никаких гулек в каникулы! Будешь со мной каждый день математику учить! Сиди дома и жди нас, мы с мамой задержимся, надо ещё кое-что прикупить к празднику.
Волна горячей обиды накрыла бедного Артёмку: "И он ещё говорит, что любит меня! Из-за какого-то паршивого трояка лишить любимого сына обещанного айфона!" Ему захотелось сделать что-нибудь назло родителям. "Не буду я тут торчать! Раз поедут по магазинам, значит, времени у меня хватит, чтоб на снегокате покататься!"
Он позвонил своему однокласснику Сашке, и через полчаса они со своими аргамаками были уже на горке. Это была классная горка, вернее, это была дорога, которая спускалась в овраг. Машины здесь ездили редко, но две широкие колеи были укатаны шинами так, что по ним можно было ехать наперегонки до самого низа оврага. Погода была - самое то! Солнце, отражаясь в сугробах, слепило глаза. Кусты, засыпанные снегом, были похожи на диковинных зверей. Эхо радостных криков металось по оврагу.
- Давай не будем до конца, потом подниматься целый час. Доедем до того поворота - и снова наверх!
Они катались, не замечая, что уже начало темнеть. Вдруг в Сашкином кармане зазвонил телефон. Он снял заледеневшую варежку и достал из кармана новенький айфон.
- Мам, ну я... Ла-а-дно... А можно я ещё разок съеду и пойду? Ну, только разок...
- Немедленно домой! - категоричный приказ был слышен даже Артёмке. Но его занимало не это.
- Тебе новый купили? Мне такой же обещали, да теперь из-за трояка не купят...
И волна обиды захлестнула Артёмку с удвоенной силой.
- Ничего, я им ещё покажу!- он стал яростно расстёгивать куртку, размотал шарф и бросил его на землю.
- Ты чего, одурел? Простудишься, пошли домой, скоро совсем стемнеет!- Сашка подобрал шарф, схватил Артёмку за руку и попытался потащить его за собой.
- Да отцепись ты от меня! - Артёмка резко толкнул Сашку, и тот шлёпнулся в сугроб. - Может, я и хочу простудиться и заболеть назло этому бате! - он вскочил на снегокат, сильно оттолкнулся и заскользил вниз по склону.
Сашка поднялся, отряхнул снег со штанов, немного потоптался на месте, и обиженно зашагал к дома, волоча за собой своего "коня".
Артёмка прокатился ещё пару раз. Стало заметно темнее. Вдали, там, где фабрика, загорелись огоньки. И в высотке, что стояла за лесом над оврагом, в окнах тоже стали зажигаться разноцветные огни. Но эта красота не радовала мальчика. Его била дрожь, несмотря на то, что он снова застегнул куртку и замотал шею шарфом.
"Последний раз прокачусь и домой!" Если честно, катиться и не очень-то хотелось. "Странно, почему они не звонят? Может, всё ещё не пришли? Ой, а вдруг..." - он сунул руку в карман, достал свой старенький телефон. - Так и есть, опять разрядился!" От злости он сильно пнул снегокат, и тот шустро заскользил вниз.
- Эй, ты куда без меня! - он бросился догонять своё аргамак, но тот катился всё быстрее. На повороте Артёмка поскользнулся и упал, подвернув ногу. Резкая боль заставила его громко крикнуть. Он попытался подняться - ничего не получилось, боль в ноге усилилась.
Артёмка лежал на снегу и плакал. Всё! Теперь никто не поможет! Ведь родители не знают, где его искать.
- Помогите! - собственный дрожащий слабый крик ещё больше напугал его. А сумерки угрожающе сгущались, лишая его последней надежды. Он лежал, уткнувшись носом в снег, и горячие слезы текли по замёрзшим щекам.
- Что, очень больно? - услышал он чей-то тоненький голосок.
Подняв голову, он увидел странную девчонку: без куртки, без шапки, в одном тоненьком свитере, спортивных штанах и в домашних тапочках на босу ногу.
- Ты кто такая?
- Я - Юля, из крайней "деревяшки"...
- И тебе не холодно так?
- Нет, я уже привыкла.
- Как ты тут очутилась? - он всё ещё не верил своим глазам: "Наверное, я замерзаю, и это мне мерещится..."
- Ну, тебе ведь нужна помощь...
- А ты откуда знаешь?
- Вот, знаю, - покачала она головой.
- Ну, и чего тогда стоишь? Дай руку, помоги подняться!
Девчонка снова покачала головой, вдруг повернулась и пошла от него.
- Эй, ты куда? Вернись!
Юля обернулась и сказала:
- Я не смогу тебя сама поднять. Выйду на дорогу, остановлю машину и позову взрослых. - и девочка странной бесшумной походкой заскользила меж кустов к дороге.
Выйдя к обочине, она остановилась у заснеженной елочки. Мимо спешили по шоссе навстречу друг другу машины, но она их не останавливала, как будто чего-то ждала. И вот показалась медленно едущая машина. Сидящие в ней мужчина и женщина пристально вглядывались в плохо освещённые переулки и дворы.
- Ну, где его ещё искать? Всех обзвонили, все улицы объехали по два раза...
И тут из-за елочки выскочила с обочины дороги тоненькая фигурка.
Встав на пути машины, она быстро замахала руками. Шофер резко затормозил: - Тебе что, жить надоело?- закричал он, выскочив из машины.
- Там, в овраге, мальчик… В желтой курточке… Ему срочно помощь нужна!
- Артёмка! - женщина выскочила из машины, и они втроём побежали к оврагу.
- Что с тобой, Артёмка? - мать опустилась перед сыном на колени, стала целовать солёное от слёз его лицо, - нашёлся, милый ты мой! Вставай, пойдём домой…
- Больно! Нога! - закричал сын.
Отец подхватил его на руки и понёс к машине.
- Может, сначала в травмпункт заедем? Тут рядом... - спросил он жену.
- Нет-нет, поедем домой! Видишь, он совсем замёрз! Обратимся к твоему другу-хирургу, который под нами живет.
- Правильная мысль!
Дома Артёмку уложили в кровать, растёрли спиртом, напоили чаем с его любимым малиновым вареньем. Доктор дядя Серёжа осмотрел ногу и сказал, что перелома, к счастью, нет, а вывих он сейчас вправит. Что и сделал немедленно, Артёмка только крикнуть успел и всё было в порядке.
- А теперь спать! - сурово приказал отец. - Разборка полётов будет утром! - он выключил свет и вышел из комнаты.
Мама сидела за столом в кухне и пила мятный чай, пытаясь успокоиться.
- У меня из головы не идёт эта девочка... Если б не она... Артёмка бы... - она не смогла произнести это страшное слово.
- Кто она? Откуда появилась и куда пропала? Когда мы шли к машине, её уже не было.
- Я спросила Артёмку, он тоже не знает. Сказал, что зовут Юлей, живёт в крайней от дороги "деревяшке"...
- Завтра утром надо её разыскать и поблагодарить.
- Конечно, конечно! Допивай чай, пошли спать.
Утром они заехали в магазин, купили большого пушистого мишку, торт, коробку конфет и отправились на поиски девочки.
Зашли в полутёмный подъезд крайнего дома. Постучали в железную дверь первой квартиры. Открыл улыбающийся молодой парень, явно навеселе. Из-за плеча выглядывала миловидная девушка.
- Здравствуйте! Здесь живёт девочка Юля?
- Нет, - здесь живёт девочка Яна! - Он обернулся к девушке и поцеловал её.
- Ну, может, в соседней квартире?
- Не думаю. Не видел.
- Мы тут недавно живём, никого ещё толком не знаем, - улыбнулась Яна. А вы спросите бабушку со второго этажа, та всех знает.
- Спасибо! Счастливых праздников!
Они поднялись на второй этаж, позвонили. Открывшая дверь старушка спросила:
- Вы кого ищете? Вы из профкома? - похоже, она слышала их разговор.
- Девочку Юлю.
- Такой здесь нет. Мою внучку зовут Маринкой, ей пять лет и живёт она теперь не здесь, недавно они квартиру купили.
- Мы Юлю ищем. Ей лет одиннадцать-двенадцать, худенькая, светловолосая... В Вашем доме живёт такая?
Лицо старушки вдруг приняло скорбное выражение, на глазах появились слезы.
- О-О! Так вот какую Юлю вы ищете… Умерла наша Юленька…
- Как? Когда?
- Мы же её вчера вечером видели… - разом вскричали Артёмкины родители.
- Обознались вы, видно. Юленьки уже год как нет… Да вы заходите в квартиру-то, я вам всё расскажу.
В уютной кухне она усадила их за стол, налила душистого чаю и начала свой грустный рассказ.
- Юленька с мамой прямо под нами жили, мама у неё медсестра, на больничном комплексе работала. Юленька часто ко мне в гости приходила, вот тут же у окошка сидела - любимое её место. Чайку с ней попьём, она мне все свои школьные новости расскажет. Матери-то некогда было её слушать: то на смене, то по домам ходила, уколы, массаж делала больным – зарплата-то у медсестры маленькая, вот она и подрабатывала. И тут это быдло в доме появилось, отчим Юленьки. Нигде не работал, пил часто, гонял их по пьянке, соседям скандалы устраивал, если их у себя укрывали. Ну, вызовут соседи милицию, увезут его вечером, а утром он снова заявится и по-прежнему лютует.
В тот вечер Надя-то в ночную смену дежурила. Он явился пьяный, начал к девочке приставать, ударил её. Ну, она в чем была, в том и выскочила из квартиры. Он - за ней, в коридоре запнулся о что-то, грохнулся, мат на весь дом! Выбежал, пошёл искать её по другим подъездам, они иногда там на лестнице пережидали, пока он угомонится. Но не нашёл. Она так его испугалась, что прямо в тапочках на босу ногу, без куртки, в одном тоненьком свитерке к матери в больницу побежала. Прибежала – а там все входы-выходы на ночь закрыты, стала бегать вокруг больницы. В двери стучать. Пока ей открыли, вся иззябла, поморозилась… Утром – температура под сорок, без памяти. Ну, что - организм ослабленный, а тут двустороннее воспаление… Так и не стало нашей Юленьки, а уж такая славная девчушка была! Я её часто с внучкой поводиться просила, мало ли, по делам куда сходить, так она лишней конфетки не возьмёт, не то что другие, лишь бы по шкафам шарить… Эх, Юленька, Юленька! Отчим-то сразу сбежал, а Надя после похорон квартиру продала и уехала куда-то. А вы как о ней узнали?
Ошеломлённые услышанным, Артёмкины родители, путаясь и перебивая друг друга, рассказали о необычной встрече.
- Господи, прости и помилуй! - перекрестилась старушка. - Так это Господь сподобил её светлой душеньке вашего сыночка спасти!
Отец поставил на стол подарки:
- Это Вам, вашей внучке…
- Ой, что Вы, зачем?!. - запротестовала старушка.
- Возьмите, пожалуйста, в память о Юленьке, ну, пожалуйста!
- Ну что вы, право! Вы бы лучше в церковь зашли, свечечку за упокой её души поставили…
- Ну, конечно, поставим, и заупокойную молитву закажем. Спасибо Вам, дорогая Анна Васильевна!
- А весной вместе на кладбище съездим, помянем, цветочки посадим, - добавила Артёмкина мама.
Когда они проезжали то место, где из-за елочки выбежала на дорогу девочка, они чуть притормозили – ни у елочки, ни вокруг на снегу не было ни одного следа. А ведь снегопада ночью не было…
