Согласно пересчитанным данным, единственным годом, когда экономика сокращалась, стал 2015. Причем масштабы спада теперь оцениваются вдвое скромнее, чем изначально.
Первые оценки Росстата показывали падение ВВП на 3,7 процента, затем цифру улучшили до 3 процентов, потом - до 2,8 процента. Последний пересчет показал уже лишь 2,3 процента.
Рецессии в 2016 году, по новым данным, не было вовсе: изначально спад оценили в 0,2 процента, а теперь довели цифру до роста в 0,3 процента. В 2017 году экономика ускорилась в пять раз, показав рост на 1,6 процента (вместо 1,5 процента по изначальным данным), а в прошлом - еще почти в 1,5 раза, до рекордных с 2012 года 2,3 процента.
«Наиболее фантастическим выглядит пересмотр по обрабатывающей промышленности», - отметил директор аналитического департамента «Локо-Инвест» Кирилл Тремасов.
По изначальным данным Росстата, несырьевое производство рухнуло на 3,4 процента в 2015 году, а затем два года стагнировало, оставаясь примерно на 3 процента ниже докризисных отметок: рост в 2016 году оценили в 0,5 процента, а в 2017 - в 0,2 процента.
По новой оценке, спад в 2015 году был вдвое меньше заявленного (1,8 процента), а уже в 2016 году начался «рывок», после чего в течение трех лет отрасль показала рост на 5,6 процента.
«Не менее фееричный пересмотр» состоялся в строительстве, которое еще недавно считалось одной из немногих отраслей, так и не сумевшей выбраться из рецессии. Теперь это в прошлом: вместо 3 процентов падения за три года строительство показывает 3 процента роста.
Неожиданно в плюс вышло образование: объем услуг, предоставленных в этом секторе, падавший на 2 процента за время кризиса, теперь растет на 3 процента (по сравнению с 2015 годом).
Тремасов сказал, что в результате тотального пересмотра статистики «как-то так получилось, что практически все виды экономической деятельности пересчитали вверх»: «Единственная отрасль, которая была пересчитана вниз - это здравоохранение. Можно, конечно, придумать множество гипотез, объясняющих столь удивительные цифры. Но, наверное, пора уже перестать удивляться. <...> Чудеса стали обыденностью».
«Сейчас и в крупнейших мировых финансовых структурах типа Всемирного банка и МВФ, агентствах ООН, аналитических структурах, консультирующих инвесторов, чешут в затылках, не понимая, что делать с публикуемыми Россией данными», - отметил экономист Евгений Гонтмахер.
По его словам, налицо открытый конфликт интересов: Росстат находится под кураторством Минэкономразвития, отвечающего за «обеспечение темпов экономического роста выше мировых». Решением проблемы мог бы стать вывод Росстата из структур исполнительной власти: ведомство получило бы статус, которым обладает Счетная палата. Ее руководство формируется с участием президента и Федерального собрания. В противном случае статистический «прорыв» обернется для РФ новыми потерями. Статистика «тоже вносит свою лепту в процесс уничтожения инвестиционной привлекательности страны - и без того находящейся в зоне отрицательных значений».
