Как свидетельствует руководитель Департамента по государственно-правовым вопросам Администрации президента РС(Я) Сардана Гурьева, подобный закон существует только в Республике Татарстан. На уровне Российской Федерации такой закон до сих пор не принят, что, конечно, может оказать влияние на эффективность реализации такого закона в республике. Например, в российском законодательстве не установлено четкое определение, что есть «коррупция», не определены границы полномочий субъектов по обеспечению антикоррупционной деятельности.
В проекте закона пять глав, двадцать статей. Вначале изложены цели, понятия, что понимается под «коррупцией», под «антикоррупционной политикой». Далее, в проекте изложена система мер по предупреждению коррупции. В числе прочего, предусматривается экспертиза документов на предмет коррупционности, планируется вести соответствующую пропаганду по выявлению фактов коррупции, воспитанию чувства ответственности за свои деяния среди госслужащих в государственных и других структурах, где возможно проявление коррупции.
Главный акцент в работе будет сделан на проведение антикоррупционного мониторинга – он включает в себя отслеживание фактов проявления коррупции, анализ факторов, повлиявших на их появление, оценку эффективности мер по предупреждению коррупции и т.д. На основе этого глубокого мониторинга будет разрабатываться «Антикоррупционная программа, которая включит в себя ряд организационных и воспитательных мер.
По проекту развернулось широкое обсуждение. Но вопрос одного из участников совещания, кто будет осуществлять контроль за исполнением закона, Сардана Гурьева сослалась на опыт Татарстана, в котором подобные функции взял на себя совещательный орган при президенте республики.
Председатель правительства Егор Борисов задал вопрос: как будет определяться мера ответственности для нарушителя? Руководитель Департамента признала, что в этой части существуют сложности, поскольку в российском законодательстве такой закон отсутствует, поэтому вопрос Егора Борисова носит системный характер. Однако, субъекты могут вносить дополнения в Административный кодекс РФ. Впрочем, республиканский закон «О противодействии коррупции в РС(Я)» направлен, в первую очередь, на предупреждение этого явления: «Речь не об ответственности за деяния, а речь идет о профилактике, о противодействии этому явлению».
Участники совещания говорили о важности принятия данного закона и, несмотря на ряд трудностей, по общему мнению, такой закон остро необходим, «существует объективная необходимость поддержать этот общественно-значимый закон». Егор Борисов подчеркнул, что в независимости от того, будет принят этот закон или нет, уже сейчас необходимо разработать «План действий по противодействию коррупции».
Приятно сознавать, что наша республика находится «в авангарде» (в России такой законопроект остается без движения последние шесть лет). В Якутии на самом высоком уровне есть понимание важности принятия такого закона и предусматривается механизм контроля за его исполнением в виде создания совещательного органа при Президенте РС(Я)… Остается вопрос, заданный, кстати, не сегодня, а тысячи лет назад древним римляном Ювеналом: «Кто будет сторожить самих сторожей?».
