По словам представителей генпрокуратуры, порядок предоставления гарантий не соответствовал принципам открытости процедур оказания поддержки малому и среднему бизнесу. Деятельность общества во многом осуществлялась исключительно через банки-партнеры. При этом все гарантии выдавались без права отзыва, что лишало корпорацию возможности воздействовать на банки, кредитующие бизнес.
Экс-руководство госкорпораций не контролировало финансовое состояние коммерческих фирм-получателей, наличие у них залогового имущества, а также соблюдения условий выдачи гарантий.