Наступающая на страны и континенты коронавирусная инфекция, всё, что с ней связано, почему-то оживили воспоминания о недавнем прошлом, начале 1990-х, распаде великой страны, сложностях эпохи перемен и надежд на лучшее будущее для всех.
... Мы, группа школьных учителей из Якутии, ехали в Ленинград: непривычно было говорить Санкт-Петербург! Я с детьми вначале попыталась снять квартиру, естественно, подешевле, нашла её где-то в спальном районе, и мои дети даже начали ходить в школу. Ощущение от спального района и школы было «ниже ватерлинии», публика печальная, ищущая, за что бы зацепиться и жить, но кругом была неизвестность, выживай сам! Коллега Любочка и все-все-все выхлопотали мне комнату в общежитии ЛГУ в Старом Петергофе и потому это мимолетное тягостное впечатление почти стёрлось из памяти... хотя вот сегодняшние дни каким-то странным образом его воскресили.
Благодаря нашей дружной компании якутян и занятиям на высших курсах психологии в знаменитом университете жизнь засветилась новыми гранями. Мы ездили из Старого Петергофа на Балтийский вокзал в битком набитых электричках, дыша друг на друга, смеясь все вместе над какими-то жёлтыми книжками и газетками, которые предлагали пассажирам шустрые продавцы, ныряли в тёплое нутро «десяточки», доставлявшей нас на стрелку Васильевского острова, а там было рукой подать до психологического факультета.
Помню ту невероятную атмосферу на лекциях, слушал которые народ из разных уголков Советского Союза, но все были свои, одного уровня образованности и культуры.
Преподаватели, некоторые, старой закалки, ещё по инерции вставляли в свои лекции цитаты из классиков марксизма-ленинизма, это звучало вполне логично, да, наверное, так и было. Были такие, кто продвигал о-о-очень модерновые взгляды на предмет. Но главное, что осталось в памяти, – та атмосфера единства довольно таки большой по количеству аудитории.
Сейчас же, в эпоху внедрения так называемой удалёнки (ужасное слово, напоминает расчленёнку, фу), на мой взгляд, обучаемые, к сожалению, не получат такого чувства единства. А может быть, так и задумано).... Ставлю многоточие, но могу и сказать словами из песни чилийских патриотов времен Сальвадора Альенде: «El pueblo unido jamas sera vencido! (Когда народ един, он непобедим!»
Начало девяностых было очень нелёгким, но почему-то не хочется даже называть его трудным. Я знаю, почему. Потому что весь народ жил свободой от всяческих ограничений и надеждой, что мы всё сможем. Наверное, найдутся люди, кто не согласится со мной, но большинство моих близких, друзей и знакомых отзываются о том времени именно так: верили в будущее. Оно и было потом, это светлое уже настоящее: пооткрывали фирмы, ездили отдыхать за границу, дома, квартиры, машины приобрели. И было чувство независимости, творчества, желание работать. Констатирую чисто грамматический факт: глаголы стоят в прошедшем времени... А жаль, что все это в прошлом. Что же в будущем? Есть еще мечты, даже планы. Но когда их удастся осуществить, всё как будто в нашем зимнем якутском тумане...
Туман уже был, хотя не очень сильный, а тут нагрянул коронавирус, и он стал таким густым, как в зимний день, когда стоит хороший, под пятьдесят градусов, мороз, или, ещё круче, в вечер. Но мы-то знаем, что, соблюдая дистанцию, можно следовать за впереди идущей с горящими фарами машиной и, ориентируясь на местности, работая своим умом, прибыть на место назначения.
Так что, сидя сейчас дома, в так называемой самоизоляции (тоже неприятное словечко), постараемся увидеть через коронавирусный морок перспективный огонёк! И пусть мы ориентируемся, двигаемся пока в мыслях; как только пройдет эта туманная напасть – тогда уже вперёд!
Анна ГОРОДНИЧАЯ,
г.Якутск.
