Василий не пошёл по стопам отца – с самого детства он мечтал о карьере военного. В те годы все мальчишки зачитывались книгами о подвигах пограничника Никиты Карацупы, о героях озера Хасан.
Мухтуйскую семилетнюю школу Василий окончил в 1936 году. Продолжил образование в Олёкминске. Оттуда в 1940 году был призван в армию.
Неожиданно для себя Василий попал в Монголию и стал десантником. Для него был настоящий подарок судьбы – возможность проявить себя и осуществить мечту детства. Поэтому новобранец со всем усердием стал овладевать военными навыками и знаниями. Старательному и исполнительному солдату вскоре предложили поступить в военное училище и стать кадровым военным. Василий с радостью согласился.
«Воинская служба для меня и моих сверстников, – вспоминал Василий Михайлович, – началась в год окончания средней школы, осенью 1940 года. Всего несколько месяцев отделяли нашу страну от начала Великой Отечественной войны. Из Олёкминска мы – вчерашние десятиклассники – Василий и Роман Габышевы, Алексей Суханов, Пётр Фридман и я шли в армию. К воинской службе все были подготовлены хорошо. У каждого – по четыре оборонных значка: «Ворошиловский стрелок», «Готов к труду и обороне», «ПВХО» и «ГСО». В то время памятны были еще события на озере Хасан и реке Халхин-Гол.
В октябре мы прибыли в Монголию (в город Чойболсан), в прославленную 82-ю мотострелковую дивизию, отличившуюся в боях против японских самураев. Командовал ею ныне известный военачальник в чине полковника И.И.Федюнинский, получивший за личную храбрость и за успехи в руководстве частями на Халхин-Голе высокое звание Героя Советского Союза.
Началась для нас солдатская служба. Учились мы старательно. В ратном труде помогала хорошая физическая закалка и теоретическая подготовка, полученная мною в Мухтуйской и Олёкминской школах. Наши воспитатели – командир взвода младший лейтенант Пушко и командир роты лейтенант Ткаченко не раз отмечали нас, якутян, и ставили в пример. Так незаметно проходили месяцы учёбы.
Грянула Великая Отечественная война. Буквально через несколько дней после её начала меня и других молодых воинов, имеющих среднее образование, направили в Сретенское военное училище. Подготовка курсантов шла ускоренно, по сокращённой программе. В октябре 1941 года я окончил училище и в звании лейтенанта прибыл в 104-й стрелковый полк 36-й воздушно-десантной дивизии. Дивизия комплектовалась из сибиряков и готовилась к отправке на Центральный фронт, где уже началась великая битва на подступах к столице нашей Родины – Москве.
Но к моменту нашего прибытия в состав войск Резервного фронта в город Киржач Ивановской области разгром немецко-фашистских войск под Москвой был в основном завершён.
В августе 1942 года гитлеровцы начали наступление на юге, и нас перебросили под Сталинград. Здесь в районе населённых пунктов Ивановка, Гавриловка, Нариман, что немного южнее Сталинграда, произошло моё боевое крещение».
От рядового бойца до гвардии майора, от стен Сталинграда до поверженного Берлина – таков был боевой путь коренного мухтуйца Василия Попова.
В 1942 году гвардии лейтенант Попов написал в адрес Олекминского райкома ВЛКСМ: «Мы, защитники города Сталина, отстоим волжскую твердыню – Сталинград…» (газета «Колхозник» Олёкминского района от 26 февраля 1942 года).
Наш земляк оборонял твердыню на Волге в составе 104-го гвардейского стрелкового полка 64-й армии генерала Шумилова. Взвод, которым командовал Василий Попов, стоял насмерть, отстаивая каждый дом, этаж, двор.
«Артиллерийские налёты, – вспоминал Василий Михайлович, – бомбёжка вражеской авиации следовали по нескольку раз в день. Мы быстро свыклись с гулом снарядов, свистом пуль, привыкли к фронтовому кладу жизни. Перед глазами, словно в калейдоскопе, мелькают события того давнего времени.
Вскоре меня назначили начальником разведки полка. Частенько приходилось лично ходить ночью в разведку за передний край, брать «языка», попадать под огонь фашистских снайперов.
На нашем участке фашисты рвались к Красноармейску, к Волге, стремясь замкнуть кольцо вокруг Сталинграда. Бомбардировщики «Юнкерс-88» с белыми крестами на крыльях непрерывно бомбили наши позиции. Налёты начинались с утра и заканчивались к вечеру. В промежутках наземные подразделения немцев неоднократно переходили в атаку.
В этих боях самым памятным для меня событием стало вступление в партию. Это было в августе 1942 года. Рекомендовали меня командир батальонов старший лейтенант Смирнов и начальник штаба полка капитан Пенин. И, разумеется, комсомольская организация. Через два дня под Бекетовкой начальник политотдела вручил мне кандидатскую карточку. К этому времени, хотя мне было лишь 22 года, пришла боевая зрелость. Я уже не рисковал зря, научился управлять своей волей, рассчитывать силы. Чувство высокой ответственности солдатского долга у всех нас – сталинградцев – было высоким. И поныне горжусь тем, что мне пришлось участвовать в обороне волжской твердыни.
После войны мне пришлось встретиться с прославленным героем Сталинграда Маршалом Советского Союза В.И.Чуйковым. Я напомнил ему о боях под Бекетовкой, о его посещении КП нашего полка, размещавшегося тогда в саду Лапшина, за балкой Короваткой. В беседе вспомнилась Песчанка, Ельшанка, другие населённые пункты, через которые проходила тогда наша оборона, где стояли мы насмерть. Во многих боях минувшей войны довелось мне участвовать. Но битва на Волге явилась самым серьёзным испытанием…»
В ночь на 10 января 1943 года штабной офицер Василий Попов возглавил группу бойцов, которая провела разведку боем в районе балки Короватки, юго-восточнее Цыбенко. Это был скоротечный бой, но в результате умелых и смелых действий старшего лейтенанта стрелкам удалось вскрыть огневую систему противника и нащупать слабые места в обороне, что дало возможность принять правильное решение и малой кровью овладеть важным стратегическим пунктом.
За участие в героической обороне Сталинграда сын учителя-орденоносца из Мухтуи был награждён медалью «За оборону Сталинграда» и приказом от 2 февраля 1943 года получил свой первый орден Красной Звезды и повышение в должности и звании.
В 1943–45 годах наш земляк воевал помощником начальника штаба в 104 гвардейском стрелковом полку 36-й гвардейской дивизии. Известно, что 12 августа 1943 года он был ранен в третий раз.
Одно из дел архива Министерства Обороны СССР свидетельствует: «В наступлении на Харьков инициативным и смелым командиром проявил себя якутянин, гвардии капитан Василий Михайлович Попов (Ленский район). Являясь помощником начальника штаба 104 полка 36 гвардейской стрелковой дивизии, он разработал план наступательных операций полка по прорыву обороны противника по рубежу реки Северный Донец, по овладению сильно укреплёнными высотами 200,9 и 198,5 и 10–12 августа 1943 года умело организовал взаимодействие с подразделениями при решении этих боевых задач, за что награждён орденом Боевого Красного Знамени».
В представлении его к награде орденом Красного Знамени написано: «Перед началом наступления полка тов. Попов …изучал оборону противника на участке полка в районе реки Северный Донец, внёс ценные предложения. 10 августа 1943 года, когда полк вёл бой за высоту 200,9, тов. Попов, будучи послан в батальон, организовал правильное взаимодействие управлением подразделений… высота была взята. 11 августа 1943 года при наступлении на высоту 198,5 тов. Попов умело повёл батальон на исходные рубежи и правильно нацелил на выполнение задачи, стоящей перед полком. 12 августа … в трудную минуту боя тов. Попов, будучи в батальоне, организовал смелое отражение врага с большими для него потерями».
«Здравствуйте, дорогие родители! – написал фронтовик домой по этому поводу после лечения в госпитале. – Сегодня приятный и радостный день в моей жизни: я получил известие из своей части о том, что удостоен третьей высокой награды. За участие в боях по освобождению города Харькова, где мы били немцев так, что они никогда не забудут, правительство наградило меня орденом Красного Знамени. В середине января я выезжаю в Кремль получать свою награду…».
Как когда-то его отец, Василий Попов получил орден в Кремле. На тот момент он уже был гвардии капитаном.
В дальнейшем наш храбрый земляк освобождал города и сёла в родной стране, воевал на землях Польши, Чехословакии, с боями дошёл до самого Берлина, стал военным комендантом одного из городов в Восточной Пруссии, был награждён многими медалями и ещё тремя орденами: Красной Звезды, Отечественной войны I степени и Кутузова III степени.
«В 1944 году, – вспоминал Василий Михайлович, – на территории Польши наш полк получил приказ форсировать Вислу и захватить плацдарм на противоположном берегу, в дальнейшем овладеть населёнными пунктами Веняры и Венярки.
Прикрываясь ночной темнотой и огнём своих батарей, два батальона десантников уселись в лодки. Враг обнаружил нас и открыл интенсивный огонь. Над рекой повисла серия осветительных ракет. Был я тогда начальником штаба полка в звании капитана. Мне и поручил командир дивизии возглавить этот десант. Успех дела решала стремительность. Счёт шёл на минуты. Пользуясь темнотой, до рассвета надо было захватить плацдарм.
Гитлеровцы били по лодкам прямой наводкой из всех видов оружия. Наши бойцы отвечали огнём. Но некоторые лодки, подхваченные водоворотом, замедляли ход. Противник расстреливал их в упор, забрасывал их гранатами. До берега оставалось совсем немного. Наша лодка, где находилась радиостанция, сумела проскочить. И на мелководье я, не раздумывая, выпрыгнул за борт. За мной соскочили солдаты. Бредя по грудь в холодной воде, мы направляли лодку в сторону дамбы, где можно было укрыться от огня. Экипажи остальных лодок также последовали нашему примеру. Вскоре оба батальона закрепились на плацдарме.
Враг неистовствовал, стремясь сбросить наши подразделения в Вислу. Но сделать этого фашистам не удалось. Десантники дрались стойко, отражали одну атаку за другой. К утру в ротах уцелели лишь десятки бойцов. Но они держались упорно, отстаивая каждую пядь отвоёванной земли.
– Подержитесь, ребята, ещё немного. Скоро пришлём подкрепление! – воодушевлял нас по радио командир дивизии, непрерывно поддерживая связь с десантом.
Мне доложили, что в батальоне капитана Михалёва вышел из строя единственный миномёт, а мины ещё оставались. Пришла мысль использовать их как гранаты. По моему указанию бойцы во время наиболее ожесточённых атак сбрасывали их за дамбу на бетонные плиты. После каждого взрыва фашисты, неся большие потери, откатывались назад. Так удерживали мы плацдарм. А в последующие дни полк значительно расширил его, сумев захватить ряд населённых пунктов, в том числе Веняры и Венярки.
Боевая задача была успешно выполнена. Все десантники, принимавшие участие в этом бою, были награждены. За проведение этой операции я был удостоен высокой награды – ордена Кутузова III степени…»
Победу наш земляк встретил в звании гвардии майора.
После войны Василий Михайлович Попов окончил военную академию имени Фрунзе. Был начальником штаба мотострелкового полка, командовал полком на южных рубежах нашей Родины, являлся заместителем командира дивизии. Закончил военную службу в Грузии.
Последние 20 лет полковник в отставке Василий Попов провёл в Новосибирске, где умер в 2002 году.
Сергей МОСКВИТИН.
На снимках: майор Василий Попов, фото военных лет; полковник Василий Попов, апрель 1970 года.
