В дорогу можно собраться по любому поводу. В командировку, по делам - для заключения договоров, сделок. Для встреч с родными, с друзьями. Почти всегда итоги этих поездок имеют конкретные результаты, они нацелены на будущее или подводят определенную черту в делах.
А у писателей и поэтов бывают поездки, которые порой невозможно объяснить рационально – позвало в дорогу нечто важное, неотложное, но на взгляд со стороны, это смахивает на некоторую блажь. Я давно мечтала съездить в Бежецк, в небольшой город в Тверской области, но как-то не складывалось, не получалось. В этот приезд в Москву между двумя серьезными мероприятиями выдалось «окошко», которое я решила заполнить поездкой в Бежецк.
В город, в который звали меня стихи Николая Гумилева и Анны Ахматовой. В город Льва Гумилева и его бабушки Анны Ивановны Гумилевой…
Моя дорога в Бежецк
Желание побывать в Бежецке, в городе, с которым связаны имена Николая Гумилева и Анны Ахматовой, также их сына Льва Гумилева, зарождалось во мне исподволь, пожалуй, в течение всей жизни.
Началось оно, вероятно, с того, что меня, рекомендованную Союзом писателей Якутии молодую поэтессу, в 1981 году не приняли в Союз писателей СССР. Председатель Союза писателей Якутии Софрон Петрович Данилов пригласил меня к себе и сообщил, что рассмотрение моего дела отложено до следующей книги на русском языке. Не сказать, что я тогда очень сильно расстроилась, ведь это было предложено мне самим Софроном Петровичем. Более всего меня тогда зацепило то, что Софрон Петрович сказал: «Приемная комиссия мотивировала тем, что подражаешь Николаю Гумилеву… Ты же не читала его?»
Я не читала его, да и как это можно было сделать в те годы! Ни одной книги Николая Гумилева с 1921 года в Советском Союзе не было издано, ведь он был расстрелян как участник контрреволюционного заговора. Но я знала его по публикациям о Серебряном веке русской поэзии, как основателя группы акмеистов, как мужа Анны Ахматовой, путешественника и воина, участника первой мировой войны, награжденного двумя георгиевскими крестами… Попадались мне отрывки, цитаты из его стихотворений, но полного представления о поэзии Николая Гумилева я не имела…
У юности почти всегда преобладает дух противоречия. Так было и со мной. Не приняли – ну, и не надо! Подражаю Гумилеву, которого не читала – найду, прочту и буду подражать! Но это оказалось не так просто, хотя стихи Гумилева гуляли по «самиздату».
Первое стихотворение, которое мне попало в руки, был «Заблудившийся трамвай». Переписанные от руки листочки дал мне почитать мой приятель, работавший в то время в ЦК комсомола, при этом попросил не переписывать. Меня это стихотворение поразило – все в нем было другим. И образ трамвая, и торговля отрубленными головами, и обращение к Машеньке в этих обстоятельствах. А сравнение «с лицом, похожим на вымя», меня просто сбило с ног! А ведь встречались мне потом такие лица…
На протяжении почти двадцати лет на мастер-классах молодых писателей я даю задание – перевести на якутский стихотворение Гумилева «Озеро Чад». Не для того, чтобы получить настоящий, совершенный перевод, а для того, чтобы они прониклись поэзией Гумилева, прикоснулись к его видению мира.
Первая публикация Николая Гумилева была осуществлена Владимиром Енишерловым в 1988 году в библиотечке «Огонька». Полуторамиллионный тираж разошелся мгновенно! И в этот же год большой том стихов Гумилева, изданный в Тбилиси в издательстве «Мерани», я сама привезла из Москвы. Грузинские издатели оказались на высоте! Ведь тогда Николай Гумилев еще не был реабилитирован, это случилось только в 1991 году.
А меня, после восьмилетнего ожидания, в 1988 году приняли в члены союза писателей СССР. Этому, как я потом узнала, предшествовало обращение Софрона Петровича в секретариат союза писателей России. Его вдова, Мария Егоровна, передала мне потом копию письма, где он просил рассмотреть мою кандидатуру на секретариате. Одним из его доводов было то, что я первая женщина, которую Союз писателей Якутии рекомендует в члены союза как поэта. В этом письме Софрона Петровича в комментарии о моем подражании Николаю Гумилеву была одна риторическая, но убийственная фраза: «А где она могла читать Гумилева?»
Таким образом, судьба дала мне возможность на протяжении всей своей осознанной жизни в литературе интересоваться судьбой Николая Гумилева и проникаться его поэзией. И у меня почти сразу появилось желание попасть в Бежецк, в Слепнёво…
Чуть позже я нашла стихи Анны Ахматовой о Бежецке, в 1911-17 годы она каждое лето проводила в Слепнёво. Здесь, по подсчетам литературоведов, изучающих творчество Ахматовой, ею написано более 60 стихов.
Лев Николаевич Гумилев почти с рождения воспитывался у бабушки, Анны Ивановны Гумилевой, в Царском Селе и Слепнёво, затем в Бежецке. Его воспоминания о детстве и жизни в Бежецке вызывали еще большее желание увидеть этот город. Я узнала, что Анна Ивановна, дворянка по происхождению, потерявшая двух сыновей в первые годы советской власти, и воспитавшая внука Левушку, похоронена в Бежецке.
Посещать родные места поэтов и писателей, на самом деле, увлекательнейшее занятие для пишущего человека. Я была на пушкинском празднике в Михайловском, в Ясной Поляне, в имении Льва Толстого, в Константиново у Сергея Есенина… Удалось мне побывать на родине Шекспира в Стратфорде - на Эйвоне в Англии, посидеть в кафе на площади Сан-Марко в Венеции, где любил бывать Иосиф Бродский…
А малые родины якутских классиков – урочище Амыдай Кулаковских, алаасы Дэлбэрийбит Платона Ойунского и Бор Семена и Софрона Даниловых! Святые места. Стоит только отойти от шумных групп, ненадолго уединиться в тиши, и творческого человека сразу обнимет духовная аура великих, незаурядных личностей...
Словом, этой зимой мне выпал путь в Бежецк. Но для этого, как оказалось, мне надо было прожить непростые сорок с лишним творческих лет…
«Бежецк и Слепнёво – это моя отчизна!»
Бежецк находится в 130 километрах от Москвы, а от Ржева часа полтора езды на автобусе. Это древний город, где очень много старинных купеческих особняков, один другого красивее. Когда-то Бежецк был центром льноторговли, здесь жили удачливые купцы, которые занимались этим уникальным промыслом.
Сегодня это небольшой город с населением в 20 тысяч, но богатый своей историей. Вячеслав Шишков, автор эпопеи «Угрюм река» родом из Бежецка. Василий Андреев, музыкант, поднявший престиж русской балалайки до уровня симфонического оркестра, тоже родом отсюда. И если об этих фактах я где-то читала, то для меня было открытием, что генерал Алексей Аракчеев тоже родом из этих мест. И что бежечане бережно сохраняют о нем память, и вовсе не как о деспоте. Он родился не так далеко от Бежецка, в селе Курганы. В Бежецке жила его тетушка, куда он часто наведывался. Говоря об Аракчееве, мы прежде всего вспоминаем юношескую эпиграмму Александра Пушкина:
Всей России притеснитель,
Губернаторов мучитель,
И Совета он учитель,
А царю – он друг, и брат,
Полон злобы, полон мести,
Без ума, без чувств, без чести…
Но мало кто знает, что повзрослевший и поживший Пушкин позже сожалел о кончине Аракчеева и писал: «Об этом во всей России жалею я один - не удалось мне с ним свидеться и наговориться»…
Но больше всего в Бежецке мест, связанных с семьей Гумилевых. Именно с семьей, ведь только здесь и в Слепнёво, Николай Гумилев и Анна Ахматова жили вместе с сыном. И потому в центре Бежецка стоит памятник семье Гумилевых работы скульптора Андрея Ковальчука. Он решен неординарно. Все три фигуры разрозненны, отдалены друг от друга. Анна Андреевна сидит в кресле, в той позе, в которой когда-то ее запечатлел художник Натан Альтман. Для Николая Гумилева установлен высокий постамент, на котором его бюст. А Лев Гумилев стоит на другой площадке и изображен в возрасте профессора, читающего лекцию. Каждому члену этой семьи выпала горькая судьба…
Лев Гумилев родился в Царском Селе, но отчизной своей считал Бежецк и Слепнёво, об этом он писал и говорил не раз. Он с пяти до семнадцати лет жил в Бежецке. В 1917 году его бабушка Анна Ивановна переехала с ним в Бежецк из Слепнево.
Крестьяне жгли и разоряли соседние помещичьи усадьбы, не было никакой гарантии, что с ними этого не случится. Хотя Анна Ивановна Гумилева была рачительной и доброй хозяйкой. Одно то, что когда родился внук Левушка, она простила все долги своим крестьянам, говорит о многом.
Пятилетний Лева помнил этот переезд: был яркий, солнечный день, на подводы загрузили вещи, пожитки. Их провожали растерянные крестьяне. В Бежецке они устроились на втором этаже деревянного дома, принадлежавшего сродственнице генерала Аракчеева. Вначале занимали весь второй этаж вместе с семьей Кузьминых-Караваевых, которые также почти бежали со своего имения.
Дом на Рождественской, где жил Лев Гумилев с бабушкой.
Позже Гумилевых «уплотнили» - они остались в трех комнатах. Вместе с бабушкой и внуком жила Александра Сверчкова, дочь Степана Гумилева от первого брака и ее дети.
Александра Степановна была человеком трудной судьбы, она рано похоронила мужа, затем и сына, и дочь. В свое время преподавала в институте благородных девиц в Петербурге, после революции она переехала в Бежецк. И так и осталась жить с мачехой, Анной Ивановной и с ее внуком. Впрочем, кормильцем семьи все эти годы была она – ее учительское жалованье в 62 рубля было почти единственным подспорьем в бюджете семьи. Хотя Ахматова присылала ежемесячно по 25 рублей, семья жила очень бедно.
В те годы жили бедно почти все. А над Гумилевыми еще и висело звание «бывших», да расстрел Николая Гумилева, обвиненного в заговоре.
Лев Гумилев вырос в этой недружелюбной атмосфере. Его не приняли в пионеры, да и он сам особо не стремился пополнить их ряды, находились и учителя, и ребята, которые его обижали, исходя из «политических» соображений. Он не любил об этом вспоминать. Двух людей из бежецкого детства он помнил и любил всю жизнь – это учитель истории Александр Михайлович Переслегин и одноклассник, друг Виктор Семенович Анкудинов.
Переслегин тоже был из «бывших», он жил и работал в Петербурге, учился в аспирантуре, после революции переехал в Бежецк. Он был знаком с Александрой Сверчковой и частенько заглядывал к ним. Между пытливым мальчиком и внимательным учителем возникла приязнь, переросшая в настоящую дружбу.
Александр Михайлович учил Леву играть в шахматы, много рассказывал про историю, философию, да так увлекательно, что они вдвоем забывали о времени. Эти разговоры происходили не только дома, но и во время дальних пеших прогулок, по окрестностям Бежецка. Александр Михайлович часто приглашал мальчика домой. Лева задавал много вопросов, а у учителя всегда находилось время и желание ответить ему.
Лев Николаевич, став позже крупным ученым, всегда подчеркивал роль Переслегина в своем раннем интересе к истории, да и в целом в своем становлении. Все свои книги, Гумилев непременно присылал Александру Михайловичу… Сегодня в Бежецке имя А.М.Переслегина по праву носит школа, где он работал. Учитель славен учениками… Впрочем, имя его ученика, Л.Н.Гумилева, также присвоено одной из школ Бежецка.
Витя Анкудинов был одноклассником Левы и почти единственным другом, который всегда был на его стороне во всех передрягах, которые случались в мальчишеской жизни. Эта дружба продлилась всю жизнь, Анкудинов никогда не отрекался от Гумилева, даже в годы огульных обвинений, репрессий, заключения, лагерей. Они переписывались, когда только это было возможно. Встречались, говорили.
Как я поняла, позже Анкудинов переехал в Москву. Он ушел из жизни раньше Льва Николаевича. Виктор Семенович был единственным человеком, с кем Лев Николаевич мог вспомнить свое детство. Оно хоть и было нелегким, не радужным, но не исключало простых мальчишеских забав – купание в речках Молога и Остречина, где росло много кувшинок и белых лилий. Прогулки и шалости в березовой роще, ведущей в Жохино.
Анкудинова поражала атмосфера дома Гумилевых – множество книг, опрятность и аккуратность обстановки, уважительное отношение друг к другу. Он вспоминал, что был удивлен услышав, как Анна Ивановна и Александра Степановна разговаривают между собой на французском…
В 2019 году архив В.С.Анкудинова был передан в архив города Бежецка. Полагаю, что в нем исследователей ждет много интересного. Ведь друг детства сохранил переписку с Львом Николаевичем, книги и фотографии, которые он дарил ему.
Детство в Бежецке было для Левушки все же мрачноватым. Он практически рос без матери, отец был расстрелян. Бабушка Анна Ивановна дала ему все, что могла – свою любовь, поддержку, память об отце и уважение к матери. Эти качества и сделали Льва Гумилева несгибаемым человеком, преодолевшим все тяготы жизни, добившимся в жизни высот, которые давались не каждому.
Лев Гумилев в молодости.
Его в период Бежецка сильно тянуло к людям образованным, неординарным, к таким, как учитель Переслегин. Об Александре Михайловиче он говорил впоследствии: «Он был европейски образованным человеком. Бесед с ним мне хватило не только на сдачу экзаменов по философии в университете и в аспирантуре, но и на всю оставшуюся жизнь. Им мог гордиться любой университет…»
Лев Гумилев в те годы достаточно интенсивно общался и переписывался с Павлом Лукницким, впоследствии ставшим биографом Николая Гумилева. Лев тогда писал стихи и отправлял их на суд Лукницкого.
В бежецком детстве Левы было все-таки место, где его всячески привечали, это была библиотека. Лев приходил туда охотно. Он вспоминал, что был завсегдатаем библиотеки.
В последние годы жизни Льва Николаевича несколько раз приглашали в Бежецк, но он отказывался, «Не хочу портить воспоминания детства», - говорил Лев Николаевич.
Лев Гумилев, Анна Ахматова и Анна Ивановна Гумилева. 1929 год.
Уехал он в 1929 году. Анна Ивановна привезла его к матери, в Фонтанный дом, где Анна Андреевна сама жила на птичьих правах. Бабушка думала о будущем внука, она хотела, чтобы Лева закончил школу в Ленинграде, так ему легче будет поступить в университет, считала она…
С тех пор Гумилев бывал в Бежецке всего три раза – осенью 1929 года, затем в 1934-м и в 1947 году приезжал на один день. Тогда он посетил могилу бабушки, Анны Ивановны.
На закате жизни Льву Николаевичу судьба подарила любовь. Он женился на художнице Наталье Симоновской, которая окружила его любовью, заботой и вниманием, чем он был все же обделен с самого детства. Она была его единомышленником и стала секретарем, помощником, добрым ангелом.
Лев Николаевич с женой Натальей Викторовной и собачкой по кличке Алтын.
Так получилось, что бежецкие долги Льва Николаевича после его ухода из жизни закрыла Наталья Викторовна. Она стала инициатором приведения в порядок могилы бабушки Гумилева, Анны Ивановны и тетушки Александры Степановны. Заказала красный гранит и сделала надпись на могиле Анны Ивановны «Бабушке от внука». Все расходы Наталья Викторовна взяла на себя, и, как пишут очевидцы, приговаривала: «Это Левочкины деньги»…
До ухода из жизни она сделала очень много для увековечения памяти великого ученого Льва Гумилева, мы обязаны просто об этом помнить. В Астане, столице Казахстана, есть Евразийский университет им. Л.Н.Гумилева. И там, в музее университета стоит московский кабинет Льва Николаевича, подаренный Натальей Викторовной… Чему я, как человек, имеющий трудно объяснимый личный интерес в увековечении памяти Гумилевых, искренне порадовалась.
Сам Лев Николаевич как-то сказал: «Некрасивых мест не бывает! Я родился, правда, в Царском Селе, но Слепнёво и Бежецк – это моя отчизна… Дело в том, что этим воздухом я дышал и воспитался, потому я его люблю». Вот так!
«Дом поэтов» в Градницах
Просто удивительно, что дом, особняк Гумилевых, который был в Слепнёво, сегодня сохранился! Революция, войны, преобразования под лозунгом «весь старый мир мы разрушим до основания» не стерли с лица земли этот дом. Имение, принадлежавшее дворянину И.И.Львову, отцу Анны Ивановны, после его смерти перешло к его сыну Л.И.Львову, а после него уже трое дочерей распоряжались этим имением – Варвара Лампе, Александра Покровская и Анна Гумилева. Ее муж, Степан Яковлевич Гумилев, всю жизнь служивший корабельным врачом, скончался рано.
Семья была патриархальной. По воспоминаниям очевидцев, придя на завтрак или обед в гостиную, все стояли за спинками своих стульев и ждали, когда придет самая старшая в доме Варвара Ивановна. Сев на свой стул, она подавала знак рукой и только тогда все садились. Молодежь за столом не имела права начинать разговор, если их ни о чем не спрашивали. Эту обстановку вначале Ахматова очень мучительно переживала…
Дом сохранился потому, что в нем в Слепнёво в первые годы советской власти открыли школу. Но учеников было маловато, да и само Слепнёво стало малонаселенным пунктом. Было принято решение перевезти дом Гумилевых в Градницы, это практически рядом со Слепнёво. Долгие годы в этом доме была школа, и только к столетию Анны Ахматовой бежечане стали задумываться о музее, Их стараниями, сегодня можно прикоснуться к стенам, помнящим Николая Гумилева, Анну Ахматову…
Здание отремонтировали, собрали по крохам вещи той эпохи, некоторые краеведы принесли сохранившиеся личные вещи семьи Гумилевых. Сегодня это вполне приличный музей, в котором есть комнаты Анны Ахматовой и Николая Гумилева, книги, карты… Меня больше всего поразила крутая, добротная лестница на второй этаж, сразу вспомнились стихи:
Течет река неспешно по долине,
На пригорке многооконный дом,
А мы живем, как при Екатерине,
Молебны служим, урожая ждем.
Преодолев двухдневную разлуку,
К нам едет гость вдоль нивы золотой,
Он бабушке в гостиной целует руку,
И губы мне на лестнице крутой…
Ахматова вначале тяготилась поездками в Слепнёво, это была самая настоящая глушь для молодой петербурженки. Тем более, что и Николай Гумилев не был в восторге от этих мест, его душа всегда тянулась к путешествиям, и не просто куда-нибудь, а в Африку. Когда он приезжал в Слепнёво, он любил организовывать встречи с живущими неподалеку в имении Борисково друзьями-родственниками – Кузьмиными-Караваевыми.
Синяя комната Анны Ахматовой в доме поэтов.
Молодежи было много. Они много гуляли по окрестностям, выезжали на конные прогулки, читали стихи, спорили, ставили домашние спектакли… Гумилев был душой этого общества.
Анна Андреевна полюбила эти места, тут к ней слетала муза – много ее стихов сохраняют реалии Слепнёво. В комнате Ахматовой стоит кушетка с тем самым изгибом, который запечатлен на известной фотографии, в кабинете Гумилева можно легко представить юношу, расстилающего карты Абиссинии на полу комнаты…
Словом, в этом доме присутствует аура творчества, некий поэтический дух… Также чувствуется основательность быта и надежда на будущее благоденствие, которые сохранялись в этом доме при жизни нескольких поколений дворян Львовых и Гумилевых…
Не сложилась жизнь у молодых господ, как говаривали в Слепнёво – Анна Ахматова и Николай Гумилев разошлись в 1918 году.
Николай Степанович был истинный поэт, он был влюбчив и после развода сразу почти женился на Анне Энгельгардт. Родилась дочь. Кто знает, если бы не его арест и скорый расстрел, может быть, жизнь у них сложилась… Вторая жена и дочь Николая Гумилева умерли в Ленинграде во время блокады. Место захоронения самого Николая Степановича до сих пор точно не установлено.
Анна Андреевна после его смерти очень ревностно и последовательно занималась его поэзией, сбором, сохранением рукописей. Об издании в те годы речи не было. Он как поэт предвидел свою смерть в стихотворении «Рабочий»:
Все товарищи его заснули,
Только он один еще не спит,
Все он занят отливанием пули,
Что меня с землею разлучит…
«Домом поэтов» в Градницах заведует Елена Полеванова, она приняла эстафету у своей матери и в ней чувствуется большая заинтересованность в расширении экспозиций музея, проведении мероприятий.
Я уезжала из музея, из «Дома поэтов» когда уже стемнело. Оглянулась еще раз на прощание на дом, где жили и были счастливы несколько поколений хозяев. Окна светились мягким теплым светом и мне, показалось, что в доме светится радость. Радость от стихов, свежего снега, выпавшего вчера, гостей из дальних мест…
Мне и до поездки в Бежецк было горько осознавать судьбу последней хозяйки имения Слепнёво - Анны Ивановны Гумилевой. Каково было ей, покидать родовое гнездо, где она сама родилась и выросла, где вышла замуж и родила детей, нянчила внука? Потом узнать о смерти сыновей и не ведать, где они захоронены…
Правда, есть молва, что Анна Ивановна до конца считала, что ее Коленька уехал в Африку и там скрывается… Она не хотела верить в его смерть. Как она пережила аресты и лагеря любимого внука Левушки, единственного, кто был утешением ее жизни? Как она приняла весть о том, что родовое кладбище Львовых и Гумилевых в Градницах, где были захоронены ее родные и муж, сравняли с землей?
Анна Ивановна Гумилева умерла в Бежецке в 1942 году. Похоронила ее падчерица Александра Сверчкова. В это время Лев Гумилев еще был в лагере в Норильске…
На могиле Анны Ивановны Гумилевой.
Я бы сочла эту свою поездку недостаточной, если бы не поклонилась ее праху… Анне Ивановне Гумилевой, матери, бабушки. В доме, где они жили втроем, с внуком и падчерицей, организован музей, но я туда не попала. Вход посетителям закрыт, поскольку внизу, на первом этаже, живут обычные люди, которым не нравится хождение туристов.
Местные власти пытаются выкупить эти помещения, но пока это не удается. На доме установлена мемориальная доска. Этот запрет мне показался символичным, Анне Ивановне Гумилевой, да и всем Гумилевым много раз в жизни приходилось смиряться с запретами, притеснением, неуважением и горькой несправедливостью…
А жизнь продолжается. В Бежецке ежегодно проводятся литературные фестивали, посвященные двум поэтам – Анне Ахматовой и Николаю Гумилеву. Проводятся чтения, посвященные Льву Гумилеву. Город помнит, боготворит и по праву гордится этими именами. А мне бы хотелось, чтобы коим-то образом в Бежецке было увековечено имя Анны Ивановны Гумилевой, матери, бабушки, подарившей нам и миру великого поэта Николая Гумилева и воспитавшей великого ученого Льва Гумилева. Она этого достойна…
Наталья ХАРЛАМПЬЕВА,
народный поэт Якутии
