«28 марта на открытии второй республиканской спартакиады зимних видов спорта в зале витал дух уныния. На трибунах то и дело слышались фразы о том, что это «последняя песня» СОК «Шахтер». 1 апреля спартакиаду торжественно закрыли, как закрыли и последний объект комплекса - универсальный зал. 19 человек, специалистов СОК «Шахтер» получили уведомления о сокращении», - описывает настроения горожан газета «Вечерний Нерюнгри».
Суть вопроса в том, что хозяин сооружения – компания «Мечел» - стремится избавиться от непрофильного актива. Для реализации этой идеи хозяин продаёт стадион. По некоторым данным, и эти слухи упорно гуляют по Нерюнгри, есть покупатели, готовые приобрести большой благоустроенный зал для организации в нем крытого промышленного рынка. Как известно, с 2013 года все «блошиные рынки», то есть торговля из контейнеров на улице, объявлены вне закона. Это означает, что единственный в Нерюнгри промышленный рынок на улице Карла Маркса будет закрыт.
Еще в 2009 году ныне экс-глава Нерюнгринского района Владимир Кожевников обещал, что новый крытый рынок будет построен до 2013 года на пустыре по улице Строителей, около здания отдела МВД. К апрелю 2012 года работа на этом месте так и не началась. По мнению некоторых представителей бизнеса, универсальный зал СОК «Шахтер» идеально подходит под крытый рынок.
«Полагаем, что Егор Борисов был готов взять СОК «Шахтер» в республиканскую собственность на безвозмездной основе, как в 2008 году стадион «Горняк» перешел в собственность района. Однако «Мечел» готов только продать этот социальный объект», - сообщает газета «Просто Нюрка».
«Сегодня нерюнгринцы собирают подписи, чтобы призвать местные власти как можно быстрее решить вопрос расконсервации уникального спортивно-оздоровительного комплекса и возобновления его работы», - пишет «Час досуга». Инициативные группы действуют в нерюнгринской библиотеке, учебных заведениях, активисты пошли по предприятиям. Групп несколько, поэтому точное количество подписей пока не подсчитано. Однако ясно, что местные жители (многие из которых своими руками строили этот стадион, сооруженный методом «народной стройки») подписываются под обращением очень охотно.
Вопреки известной пушкинской формулировке, «народ кричит, а власть безмолвствует». При весьма активных «закулисных» действиях заинтересованных сторон вокруг спорткомплекса, все они пока очень скупы на комментарии. Прошло уже 10 дней после прекращения работы (28 марта) бассейна, катка и других сооружений спорткомплекса, но официальных комментариев по этому поводу совсем немного. «Вечерний Нерюнгри» и «Просто Нюрка» обратились за пояснениями в «Якутуголь». Там обоим изданиям ответили, что «разъяснений головной компании пока нет». До сих пор никому не известны официальные мнения руководства района и города.
Из неофициальных источников известно, что муниципальные власти проводят интенсивные консультации с властями республиканскими на уровне главы правительства. Однако «завеса секретности» над этими переговорами рождает в городе новые слухи, один нелепее другого. И якобы предстоящая передача стадиона под промышленный рынок – самый невинный из них.
Единственным человеком из власти, прокомментировавшим нерюнгринским изданиям ситуацию вокруг стадиона, стал на этой неделе вице-президент республики Дмитрий Глушко.
«Вопрос по спорткомплексу обсуждался давно. Правительство работает в этом направлении. Ведутся переговоры с руководством компании «Мечел» о передаче спорткомплекса в собственность республики. Обсуждаем цену. Сегодня наша задача – сохранить объект. Уверен, что не стоит нагнетать обстановку. Спорткомплекс у нерюнгринцев останется», - сообщил вице-президент «Вечернему Нерюнгри» от 5 апреля.
«Действительно, руководство компании «Якутуголь» заявляло о том, что намерено избавиться от непрофильных активов, и с 1 апреля консервация этих объектов началась, были сокращены работники. В то же время между президентом республики Егором Борисовым и руководителем компании «Мечел» Игорем Зюзиным была достигнута договоренность о том, что эти социальные объекты отойдут республике. Буквально на днях я разговаривал с управляющим директором ОАО ХК «Якутуголь» Игорем Хафизовым, и мы договорились о том, что не будем консервировать бассейн, чтобы не нарушать его техническое состояние», - цитирует Дмитрия Глушко «Индустрии Севера» от 6 апреля.
Интервью Дмитрия Глушко породило новые вопросы. Почему, если Борисов и Зюзин будто бы договорились, потребовалось разрушать идеально налаженную систему работы стадиона? Сокращены 19 работников «Шахтера», для этого понадобились дополнительные средства для выплат по сокращению. На биржу труда пошли люди со специальным образованием: медсестры, тренеры. Коллектив развалился. Теперь, даже если решится вопрос о возобновлении работы, собирать людей придется заново. Вернутся ли они? Далее. Процесс, например, слива воды из бассейна (как и заливки катка) не так прост, как кажется: он занимает несколько суток, и тоже достаточно затратный.
С 1 марта была прекращена продажа всех видов абонементов в «Шахтер», всем посетителям четко говорилось – в апреле спорткомплекс работать не будет. В связи с этим спортсмены перестроили свои планы, а «Шахтер» потерял репутацию и т.д.
Между тем, критической ситуации с «Шахтером» в Нерюнгри можно было бы избежать. В свое время терком профсоюза угольщиков (председатель Владимир Апет) направлял письма ОАО «Мечел», ЦК профсоюзов и президенту Якутии. В обращении была, в частности, выказана просьба главе Якутии снизить налоги для спорткомплекса. «Шахтером» пользовался весь город, а налоги с него брали как с угольного разреза или обогатительной фабрики. Это, конечно, совсем не устраивало «Мечел».
В Нерюнгри говорят, что людей интересует, в первую очередь, возможность заниматься любимым видом спорта, цена услуг и их качество. И меньше всего волнует, кто является собственником спорткомплекса. Передачи спорткомплекса республике, если бы она прошла грамотно, в городе могли бы просто не заметить.
Однако ситуацию фактически прозевали. Теперь, даже если обещания вице-президента реализуются, республике придется и покупать спорткомплекс, и содержать его за счет бюджета. Все это можно было бы в свое время сделать более мягко. Но скупой платит дважды.
