ИА SakhaNews. Строительство Ленского моста, которое должно соединить Якутск с левым берегом Лены и замкнуть транспортную сеть северо-востока России, всё отчётливее превращается в финансовую головоломку для республиканского бюджета.
Общая стоимость проекта, по данным на май 2026 года, выросла до 174,8 млрд рублей, а с учётом подходов — до 175,72 млрд. Из них федеральный бюджет обещает 65 млрд, республиканский — 28,2 млрд, внебюджетные источники — 82,52 млрд. Казалось бы, доли распределены. Но проблема в том, что республика уже сейчас не может собрать даже свою часть.
Согласно данным, озвученным на заседании постоянного комитета Ил Тумэна по экономической политике в конце сентября 2025 года, потребность республиканского бюджета на текущий год составляла 9,6 млрд рублей, но в бюджете было предусмотрено лишь 4,8 млрд. Разницу в 4,7 млрд пытались закрыть казначейскими инфраструктурными кредитами. При этом федеральный бюджет выделил в 2025 году всего 1,34 млрд рублей. На 2026 и 2027 годы в региональном бюджете на мост заложено 37 млн и 385 млн рублей соответственно — суммы, которые выглядят не просто скромно, а почти символически на фоне 175-миллиардного проекта. «Будет проводиться работа по изысканию средств регионального капитального гранта», — так на казённом языке звучит признание: источника денег пока нет.
Но 12 млрд, которых не хватает сегодня, — это лишь верхушка айсберга. Основной финансовый вал официально перенесён на 2027–2028 годы: 60,47 млрд и 75,95 млрд рублей соответственно. Именно тогда республике и федеральному центру придётся найти 68,4 млрд рублей бюджетного финансирования, о которых говорил глава Якутии Айсен Николаев на встрече с Владимиром Путиным. Сможет ли республика изыскать такие средства в условиях хронического дефицита — большой вопрос. Депутат Василий Николаев предположил, что стоимость моста ещё вырастет. Его коллега Владимир Фёдоров обратил внимание на выкуп 153 земельных участков за 850 млн рублей и предположил наличие коррупционных схем, отказавшись голосовать за выделение средств без анализа.
Отдельная и, пожалуй, самая тревожная линия — это внебюджетное финансирование. Группа «ВИС», концессионер проекта, должна вложить 82,5 млрд рублей. Но откуда она возьмёт эти деньги, публично не объясняется. Депутат Александр Атласов прямо заявил, что «ВИС» не даёт чёткой информации об источниках этой суммы. Известно, что компания активно использует заёмные средства: к концу 2025 года долговая нагрузка проектной компании «Восьмая концессионная» выросла почти до 4,86 млрд рублей, а проценты к уплате за четыре года увеличились более чем в 14 раз — с 61,6 млн рублей в 2021 году до 874,2 млн рублей в 2025-м. Компания ожидает одобрения кредита от Сбербанка на 5 млрд, но процесс идёт с отставанием именно из-за задержек республиканского софинансирования. Получается замкнутый круг: республика не платит вовремя, инвестор не может привлечь кредит, стройка замедляется, а стоимость растёт.
Если раньше планировалось, что к концу 2025 года готовность объекта достигнет 21,9 процента, то по обновлённой госпрограмме она составила лишь 5,54 процента. К концу 2026 года ожидается 15,13 вместо прежних 43,33 процента, а 100-процентная готовность теперь обозначена только к концу 2028 года. При этом деньги в проект заходят быстрее, чем растёт физическая готовность: в 2025 году концессионная компания получила 11,68 млрд рублей субсидии, а готовность составила 5,54 процента.
Причины такой финансовой неустойчивости носят системный характер. Во-первых, проект изначально запускался в условиях, когда источники финансирования не были до конца просчитаны. Как отмечает «Торбозное радио», мост начали строить, «понадеявшись на волшебное авось», и только потом стали подсчитывать реальную нагрузку на бюджет.
Во-вторых, концессионная модель предполагает, что значительная часть средств — 82,5 млрд — привлекается частным инвестором, но механизм возврата этих денег остаётся непрозрачным. Для сравнения: схожий проект Группы «ВИС» — платная трасса «Обход Хабаровска» — не оправдал ожиданий, и плата по концессии вместе с расходами на обслуживание «съедает» почти 80 процентов дорожного фонда Хабаровского края.
В-третьих, постоянный перенос расходов на более поздние сроки не решает проблему, а лишь откладывает её: чем ближе к 2028 году, тем меньше времени останется на манёвр, если деньги не найдутся.
В-четвёртых, социальные обязательства республики уже страдают: депутат Елена Голомарёва прямо указала, что средства дорожного фонда «идут на зарплаты», субсидии на транспорт не найдены, а авиакомпании банкротятся из-за отсутствия финансирования. Мост строится в условиях, когда республика не может закрыть текущие расходы.
Таким образом, финансовая устойчивость Ленского моста вызывает всё больше сомнений. Республика не может собрать даже текущую долю, инвестор не раскрывает источники 82,5 млрд, а основные расходы перенесены на 2027–2028 годы, когда нагрузка станет кратно выше. Если к тому времени не найдётся дополнительных источников — федеральных, заёмных или частных, — сроки завершения проекта могут быть пересмотрены. А сумма в 12 млрд, которой не хватает сегодня, на фоне 68,4 млрд, ожидаемых через два года, рискует оказаться лишь первым звеном в цепочке финансовых разрывов.
