То, что случилось с Игорем Пахомовым, - яркая иллюстрация того, что в республике сегодня нередко превалирует не верховенство закона, а политики. "Паны дерутся, а у хлопцівъ чубы болятъ" - эта старая малороссийская поговорка как нельзя лучше подходит и к данному случаю. "Паны" - президент республики Вячеслав Штыров и бывший президент "Саханефтегаза", ныне генеральный директор компании "Сунтарнефтегаз" Афанасий Максимов. Бывшие соратники в состоянии долгой и затяжной "войны", в которую - вольно или невольно - втянуты многие люди. Больше всего досталось Игорю Пахомову и бывшему вице-президенту "Саханефтегаза" Игорю Чикачеву, правда, ему повезло: его тоже арестовывали, но потом отпустили - не оказалось зацепок, которые бы позволили и его содержать в СИЗО.
Дело это еще не закрыто, но у него явно нет перспектив. В этом убежден и сам Игорь Пахомов, о чем он рассказал в интервью газете "Якутск вечерний". "После того, как меня поместили в СИЗО, следствие официально обо мне практически забыло. Следственных мероприятий с моим участием не производилось. Я просто сидел и, скажем так, общался".
"Вы сказали, официальных следственных мероприятий не производилось. А неофициальных? Например, предложений заключить сделку со следствием?
— Ну, об этом как-то даже нужды нет говорить. Это предлагалось следователями изначально и прямым текстом. И после, когда меня посадили в СИЗО, тоже. «Дай показания на Афанасия Максимова и завтра будешь свободен, пойдешь по делу как свидетель».
"... у следствия все еще нет обвинительного заключения по моему делу. Год прошел, но они, видимо, не продвинулись достаточно. Сегодня я до сих пор точно не знаю, в чем именно меня обвинят и от чего придется отбиваться. За то время, которое я провел в СИЗО, следствие неоднократно меняло перечень статей, которые мне инкриминировались. От неуплаты налогов и незаконной предпринимательской деятельности до использования нелицензионного программного обеспечения на компьютерах… На каких остановятся в конечном итоге, я не знаю.
— Тяжело жить с такой неопределенностью.
— Мне не тяжело. Знаю, что вины моей нет, и сплю спокойно. Никакие деньги я не разворовывал. Все работы по договору были выполнены".
Издание отмечает, что Пахомов "вышел почти одновременно с подписанием президентом Медведевым закона, по которому человека, обвиняемого в экономических преступлениях, не должны лишать свободы до вынесения решения суда. На такое изменение в законодательстве российские власти пошли после того, как в ходе рейдерских войн в московском СИЗО просто-напросто заморили адвоката Магнитского…" "Пахомову за время ожидания обвинительного заключения «всего лишь» сломали руку и челюсть".
"Дело Пахомова" было заведено по заявлению президента компании "Саханефтегаз" Михаила Полякова, до этой должности работавшего помощником президента компании "АЛРОСА". Прошедий год для самого "Саханефтегаза" стал движением к банкротству, сейчас у него, по документам, только два работника: главный бухгалтер и президент Поляков, который, кстати, в Якутске давно уже не появлялся, по слухам, нет его и в России. Как же удалось новому для республики человеку - Полякову - направить "уголовную дубинку" на разрешение чисто экономического спора? Вопрос этот, сами понимаете, чисто риторический.
Пахомов же говорит по этому поводу так: "«Экономические разборки» ведутся в Арбитражном суде. Если имеет место быть спор двух хозяйствующих субъектов, один всегда может подать в суд на другого. Если президент «Саханефтегаза» Михаил Поляков считал, что мы нанесли его предприятию экономический ущерб, где-то обманули или обокрали, то почему он не подал в суд? Выиграл бы, и нас бы заставили возмещать ущерб. Однако именно «Саханефтегаз» — даже не следствие! — настаивал на уголовном деле и непременном аресте меня и Чикачева. Важнее было посадить нас, чем восстановить реальный или мнимый ущерб. Сейчас, когда действиями силовых структур мое предприятие практически уничтожено, что с него можно взять? Нет логики в таких действиях. А вопросы следствия окончательно расставили все на свои места…"
Что же осталось от того, чем руководил Пахомов до своего ареста? "Сейчас директором «Ленанефтегазстроя» назначен другой человек. Да только предприятие практически уничтожено и не работает. Вся документация изъята, техника арестована, люди отправлены в вынужденные отпуска без содержания. А ведь мыслилось, что это будет одна из лучших сервисных компаний Якутии. Опять же рынок предлагал массу возможностей. Жаль".
"Я все еще остаюсь руководителем Торгово-промышленной палаты республики. Ее развитием и буду заниматься. А дальше — посмотрим.
— Но вас арестовали через несколько недель после выборов в эти самые руководители…
— Да. И в результате палата снова не подавала признаков жизни. Но я знаю, что это может быть очень важная для республики структура как в экономическом, так и в социальном плане. В палате состоит около 40 предприятий, 40 налогоплательщиков и работодателей! А будет больше. Поэтому буду прилагать все силы, чтобы ТПП ожила и заработала. "
По словам Пахомова, попытка договориться о встрече правления Торгово-промышленной палаты республики с министром по делам предпринимательства Екатериной Кормилицыной закончилась неудачей. Был получен "ответ в категоричной форме: никто с нами встречаться не будет. А между тем в комплексе мер по развитию малого бизнеса, который подписала министр и который одобрило правительство, 11 пунктов прямо связаны с ТПП. Еще шесть предусматривают наше участие. Как работать?"
И, тем не менее, судя по интервью, Игорь Пахомов настроен оптимстично, не держит он обиду и на Афанасия Максимова за то, что вынужден был сыграть роль одного из "хлопцiв", у которых чубы "болятъ", поскольку понимает его положение: "...ему сейчас самому тяжело. Отняли или поставили на грань банкротства практически весь бизнес: «Якол», газовый завод в Кысыл-Сыре. Сейчас вот лицензию у «Сунтарнефтегаза» отозвали (одну). Идет давление на всех уровнях… Максимову сегодня себе надо помогать. Я знаю, что он мне выражал моральную поддержку через супругу".
Фото: vecherka.ykt.ru.
