Вот и государство вдруг решило, что настала пора вводить режим экономии. Для начала озаботились проблемой чеканки мелочи. Оказывается, производство копеечки влетает в копеечку, то есть обходится гораздо дороже, чем стоят сами одно- и пятикопеечные монеты.
А посему пошли заявления о том, что, дескать, пора прекратить их выпуск. Правда, пока ограничиваются только разговорами, а монеты чеканят по-прежнему исправно. Сунув руку в карман, я обнаружил в нем монетку достоинством в одну копейку, а на ней дата – 2008.
Можно, конечно, порадоваться рачительности наших финансистов. А можно вспомнить цифру – 40 миллиардов долларов. По оценке академика Сергея Глазьева, такова сумма потерь в нашем Стабилизационном фонде, которые понесло государство за последние несколько лет, вкладывая средства этого самого фонда в западные банки и иностранные ценные бумаги.
Иными словами наши отложенные на черный день запасы конвертировались в доллары, а доллар, как известно, прилично потерял в весе. И, наверное, правы те эксперты, которые считают подобные вложения разбазариванием государственных средств.
Сейчас у нас много говорится о том, что принято политическое решение о необходимости перевода страны на инновационный путь развития. Однако реально проводимая экономическая политика, по сути, блокирует такой переход.
Согласно стратегии социально-экономического развития России до 2020 года, доля расходов на научно-исследовательские и конструкторские разработки (НИОКР) в ВВП достигнет уровня развитых стран лишь к 2015 году.
А в ближайшие три года планируется сохранить двукратное по сравнению с общемировыми стандартами недофинансирование уровня расходов на образование и науку, в которых именно сейчас критически важно провести модернизацию и кардинально поднять зарплату.
«Откладывание этих мер еще на несколько лет приведет к необратимой деградации отечественной науки и образования и тем самым сделает реализацию инновационного сценария в принципе невозможной», - уверен Сергей Глазьев.
В своем аналитическом докладе «О стратегии и концепции социально-экономического развития России до 2020 года» он пишет, что «вопреки объявленной президентом стратегии развития, две трети дополнительных доходов бюджета за прошлый год решено отправить за рубеж на кредитование избыточных государственных расходов стран НАТО.
Еще триллион рублей в условиях критической нехватки средств для модернизации нашей экономики будет заморожен в стремительно обесценивающихся иностранных бумагах. По сути, мы имеем дело с искусственным сужением инвестиционного потенциала российской экономики вследствие ошибочной денежной политики».
Как видим, принятие политического решения главой государства о переходе на инновационный путь развития вовсе не означает его автоматического выполнения.
Неужели этого не понимают те, кто отвечает в правительстве за «кубышку» с финансами?
Может быть, и понимают, да только для них страшнее инфляции зверя нет, и они правдами и неправдами готовы ее держать в прокрустовом ложе своих контрольных параметров. Однако их заклинания о необходимости обуздать инфляцию пока малорезультативны.
Несмотря на то что «лишние» деньги, полученные от роста цен на нефть, отправляются на «хранение» за рубеж, инфляция все равно растет за счет внутреннего роста цен на продукты питания. Странная какая-то выходит экономия - на желудке.
И это в то время, когда в России, несмотря на экономический рост, по-прежнему остро стоит проблема катастрофической бедности населения. Такой вывод содержался, по сообщению Би-Би-Си, в докладе, представленном программой развития ООН, в 2005 году.
В докладе отмечалось, что в России, в отличие от других стран, бедными являются в большинстве своем работающие люди - они просто не могут обеспечить себе и своей семье достойное существование.
Виктор Червинский
