По его словам, основной смысл открытия АЛРОСА - это придание компании необходимой гибкости в привлечении финансов для реализации долгосрочной стратегии развития.
Признав, что компании надо совершенствовать сбытовую политику, В.Штыров подчеркнул, что все-таки «основа развития АЛРОСА – горное производство.
В планах АЛРОСА – отраслевая диверсификация, железорудный проект «Тимир». На вопрос корреспондента, «насколько реалистичен этот грандиозный план», Вячеслав Штыров напомнил, что «Производство железной руды – это те же самые открытые горные работы, на каком-то этапе тоже возникнут подземные рудники, практически сходная система обогащения. Кадровый, инженерный потенциал компании может быть востребован прежде всего на таких проектах, и это правильное решение».
«Я допускаю, что наступит время, когда железорудное направление компании будет основным, а алмазный дивизион будет иметь второстепенное значение как по масштабам производства, так и по конечной выручке».
Бывший президент алмазодобывающей компании считает, что нет необходимости привлечения в АЛРОСА стратегического инвестора. «Это не лучший вариант, и тому есть несколько причин. Это не портфельный инвестор, которого интересует рост акций – это предприятие, которое реально действует в отрасли. Неизбежно возникнет конкуренция интересов. Сырьевые рынки подвержены конъюнктурным колебаниям. В чью пользу будет их использовать такой стратегический партнер? Я не знаю ни одного положительного примера участия иностранных стратегических инвесторов в российской горной добыче. Ни одного! За исключением небольших проектов в золотодобывающей промышленности в Магадане и на Чукотке. Но не в качестве основного участника.
Могу привести пример: в августе нынешнего года состоится очень важное событие - с Эльгинского месторождения углей, одного из самых крупных на планете, будет отгружен первый уголь компанией Мечел. Если мы заглянем в историю этого проекта, во всевозможные ТЭО, которые делали иностранные компании, то увидим, что эта добыча угля должна была начаться не раньше XXII века.
Есть и неудачный опыт у АЛРОСА, когда пытались привлечь Batman на Нюрбинский проект и в результате были вынуждены неустойки заплатить, лишь бы избавиться. Даже российским крупным компаниям трудно создавать альянсы между собой.
Когда шла речь об освоении нефтяных месторождений Якутии, предполагалось, что будет работать альянс Газпрома, Сургутнефтегаза и Роснефти, это был 2003 год. Но как только дошло дело до практической реализации, сразу сказалась разность интересов, разность подходов к освоению, финансированию и т.д. А вот компании, которые полностью контролируют проект – Мечел, Сургутнефтегаз, - добиваются успеха, предпочитая привлекать средства без прихода стратегических инвесторов.
Участие стратегических инвесторов страшно замедляет процесс принятия решения. Когда несколько крупных игроков рискуют деньгами и при этом никто не хочет брать на себя основной риск, все вязнет в бесконечных согласованиях».
На вопрос, не целесообразно ли в перспективе слить АЛРОСА и «Нижне-Ленское», Вячеслав Штыров сказал, что «если рассмотреть скрупулезно минерально-сырьевую базу этих компаний, то вывод следует один – они должны объединиться. Потому что порознь им не хватает минерально-сырьевой базы для поддержания существующего уровня добычи. Их зоны деятельности постоянно пересекаются. Раньше мы эту проблему решали административным путем – разводили как боксеров по углам: ты будешь работать здесь, а ты – здесь. Но жизнь течет, россыпи отрабатываются, интересы сталкиваются, это и приводит к таким ситуациям, когда они, борясь друг с другом, доводят платеж за месторождение до умопомрачительных высот.
У «Нижне-Ленского» есть территории, на которых потенциально могут быть крупные коренные месторождения, там надо вкладывать большие деньги в геологоразведку, а у предприятия их нет. Кроме того, эти предприятия работают на огромных территориях в Арктике и дублируют друг друга в завозе топлива, в транспортных схемах, что также приводит к непроизводительным затратам. Это тот случай, когда конкуренция не на благо. Им нужно объединяться. Как? Это вопрос переговоров руководства Якутии и АЛРОСА. Я за них не берусь решать. Но гипотетически – идет процесс выпуска бумаг АЛРОСА, у республики вдруг стало 22,1% - республика может внести «Нижне-Ленское» и поднять свою долю до блокирующего пакета в головной компании. А может быть, эти предприятия будут слиты в рамках отдельной компании по работе на россыпных месторождениях, и АЛРОСА и РС(Я) там определят свои доли. Но в любом случае объединять их нужно».
В интервью Вячеслав Штыров посетовал, что «К сожалению, сегодня правительство России отстраненно относится к интересам наших компаний за рубежом. Разговоров много, а протекционизма никто не оказывает, в отличие, скажем, от китайских госструктур».
«Я высоко ценю нынешнее руководство АЛРОСА, президента Ф.Б.Андреева, который проявил себя энергичным и творческим профессионалом, успешно вывел компанию из кризиса. И надеюсь, что скоро АЛРОСА проявит интерес к африканским проектам».
Законодательная база, регулирующая оборот драгоценных металлов и камней, считает Вячеслав Штыров, «изрядно отстает от требований действительности».
"Пришло время дальнейшей либерализации внутреннего рынка, движения алмазов. Уже не надо говорить, что это не в интересах АЛРОСА. АЛРОСА вообще может прекратить продажи на внешнем рынке, продавать только на внутреннем, при этом разрешив любому купить и везти куда угодно. Цены уже почти сравнялись с мировыми, и АЛРОСА отказывается от роли покровителя – источника преференций для гранильных предприятий.
Рынок сильно изменился, и требуются изменения в законодательстве. Понимание этого родилось не сегодня. Еще два года назад по поручению Министра финансов, вице-премьера А.Л.Кудрина была создана специальная рабочая группа, в которую вошли специалисты Минфина, Минэкономики, правительства Якутии, алмазодобывающих и алмазогранильных предприятий по анализу ситуации и подготовке предложений к изменению законодательства. Эта группа подготовила интересные предложения, в силу разных причин они не были рассмотрены, в том числе и из-за кризисных явлений.
Теперь, по согласованию с Минфином, мы к этому вопросу вернулись, и 31 января в Совете Федерации было большое совещание с участием этой рабочей группы и других специалистов; было принято решение, что мы уже созрели к подготовке конкретных изменений к закону о драгметаллах и камнях, которые описывают движения алмазов и алмазный рынок, но пока еще не готовы рассматривать вопросы, которые касаются недропользования в алмазной и золотодобывающей промышленности. И пока, я считаю, еще не актуально ставить вопрос об изменении системы налогообложения. Вопрос разбили на три части и, исходя из протокольных решений от 31 января, начинает работу одна из групп, которая будет готовить конкретные изменения в Закон о драгметаллах и камнях, которые касаются оборота драгметаллов и камней».
«К сожалению, не движется закон об особой экономической зоне по огранке алмазов и производству ювелирных изделий в Якутске. Сначала возник спор – что является переработкой алмазов? Минэкономразвития сперва дало заключение, что огранка алмазов является первичной обработкой сырья, а по закону создание особых экономических зон для первичной переработки сырья запрещено. Потребовалось почти два года, чтобы доказать, что производство бриллиантов – это не первичная переработка, первичная заканчивается на этапе сортировки. Бриллианты - это уже готовый продукт, и он может попасть под разрешение на создание зоны. Сейчас этот барьер преодолен, зато другие возникли. Разрешение на создание таможенного поста, например. По результатам последней встречи Президента Якутии с Председателем Правительства РФ вопрос сдвинулся с мертвой точки и, может быть, будет решен. И тогда мы сможем вернуться к этому проекту».
