Сейчас она уступает по вычислительной мощности обычному персональному компьютеру, стоящему на столе. А тогда счастливые обладатели чудо-машины – геофизики специализированной Иреляхской экспедиции (ИГФЭ) были, что называется, «впереди планеты всей».
Ими, вслед за геофизиками-нефтяниками «Якутскгеофизики», был создан Вычислительный центр, который со временем стал крупным подразделением Ботуобинской геологоразведочной экспедиции – Геологическим информационно-компьютерным центром.
Рассказывает инженер-геофизик Сергей Данилович Фейгенберг, стоявший у истоков создания Вычислительного центра Иреляхской экспедиции:
- Я приехал в Мирный из Якутска в 1980 году по приглашению начальника недавно созданной Иреляхской экспедиции Тотрбека Рамазановича Кусова для организации вычислительного центра. Дело в том, что обработка геофизических методов не может проводиться без применения вычислительной техники большой мощности. В восьмидесятые годы она была в дефиците. Ее не имел тогда даже «Якуталмаз»!
А вот геофизикам мощные по тем временам вычислительные машины выделялись в первую очередь, но они требовали особых условий для установки и монтажа: были необходимы большие площади, с кондиционированием воздуха, звукопоглощением, стабильным напряжением и так далее. Для вычислительного центра требовалось строить специальные помещения, на что ушло бы немало времени, а технику надо было внедрять быстро.
Благодаря хорошим контактам с трестом «Якуталмаз» и институтом «Якутнипроалмаз», мы смогли договориться об установке своей вычислительной техники в их машинном зале.
И вот в 1982 году нам удалось через Министерство геологии СССР, что было очень непросто, получить большую вычислительную машину ЕС-1055 производства ГДР. Пришлось преодолеть массу сложностей – и технических, и организационных: транспортировка многотонного груза, особые требования к перевозке, договоры с фирмой по наладке оборудования. Но, несмотря на все «но», в 1983 году ЕС-1055 была запущена!
Запуск этой машины считался успехом Иреляхской экспедиции. Параллельно шла подготовка кадров, подбор программных средств для обработки, закупка периферийного оборудования для графического вывода сейсмических материалов.
Поначалу специалистов не хватало. Но услышав, что в Мирном разворачиваются перспективные работы, из Иркутска, где уже был геофизический вычислительный центр, приехало много специалистов.
И со временем в экспедиции сложился большой коллектив, который получил название Ахсанская партия. Она до сих пор так и называется. В ней насчитывалось порядка 150 человек. Работали круглосуточно. И надо сказать, что со временем этот коллектив приобрел хорошую квалификацию и уровень обработки сейсмических и других геофизических материалов был приличным.
К сожалению, в 1985 году Т.Р.Кусов скоропостижно скончался. Вечером он провел планерку, на которой присутствовал и я, а утром мы узнали о его смерти. Вскрытие показало, что сердце было все в рубцах. Тотрбек Рамазанович никогда не жаловался на здоровье, все переносил в себе. Он прожил только 49 лет…
Иреляхская экспедиция была своего рода редчайшим, уникальным явлением в геологии Советского Союза: такой комплекс геофизических исследований, который в ней удалось сосредоточить, редко тогда можно было найти. Причем применялись все существующие геофизические методы – это и традиционная для алмазной геофизики магниторазведка, в том числе аэромагнитная съемка, гравиразведка и электроразведка различных модификаций – как глубинная, так и поверхностная. И, конечно, мощно развилась сейсморазведка, что было совершенно непривычно для рудных, алмазных экспедиций – это был новый вид работ. С их помощью мы решали задачи поиска не только алмазов, но и нефтяных, газовых месторождений.
Так, были открыты и переданы нефтяникам структуры, на которых впоследствии обнаружили нефтегазовые месторождения. Кроме того, существовали эффективные геофизические исследования скважин – тоже большой комплекс работ, который охватывал все существующие методы, применяемые и в рудном, и в нефтяном каротаже. Так что Иреляхская экспедиция могла решать любые геофизические задачи, и такой организации больше в Союзе не было.
Я проработал в Иреляхской экспедиции до 1988 года. Нельзя не отметить тех людей, с которыми довелось трудиться. Борис Степанович Парасотка – легендарная фигура для Ботуобинской геологоразведочной и Иреляхской геофизической экспедиций. В 1960 году после окончания Днепропетровского горного института он приехал в Мирный, и до выхода на пенсию других записей в трудовой книжке не имел.
Это энциклопедически образованный человек с колоссальным опытом: он держал в голове практически всю геологию и геофизику алмазоносной провинции. Уникальный специалист, который почему-то не писал статей, не защищал диссертаций, но авторитет имел непререкаемый. Игорь Александрович Погудин работал главным геофизиком, уважаемый, заслуженный человек. Сергей Давыдович Черный – сильный специалист, главный геолог Иреляхской экспедиции, был очень дружен с Т.Р.Кусовым. Будучи чистым геологом, впоследствии стал патриотом геофизических методов и очень ценил роль геофизики, всячески поддерживал нас.
Вся техническая часть деятельности вычислительного центра лежала на плечах Сергея Борисовича Иогансона. Не могу не назвать Александра Сергеевича Трофимова, который, как говорится, головой отвечал за обработку геофизических данных.
К сожалению, трудно перечислить всех замечательных специалистов разного профиля и прекрасных людей, которые трудились на совесть в Ахсанской партии в тот период. Все понимали сложность ситуации, были готовы на лишения и очень дорожили своим дружным, сплоченным коллективом. Печально, но многие из них уже ушли из жизни. Светлая им память…
Ирина ПАНТЕЛЕЕВА
