Рассказывает сотрудник пресс-службы Федеральной авиалесоохраны Анна Баскакова:
– Вертолет опускается у подножия сопки, густо покрытой лесом. Парашютисты-пожарные и десантники пожарные федеральной авиалесоохраны за считанные минуты вытаскивают груз - тяжеленные мешки с оборудованием, - "мабуты", рюкзаки, спальники. Вертолет взмывает вверх, и когда смолкает рев его винтов, наступает невероятная тишина. Совсем рядом с нами - крыши эвенкийского сельского поселения Тяня. В четырех–пяти километрах от Тяни, на вершине сопки, горит пожар, возникший из-за молнии, ударившей в лес. Недавно прошел дождь, и сейчас пожар почти не распространяется, но если внезапно подует сильный ветер - огонь может пролететь расстояние до деревни за считанные минуты. Поэтому с ним необходимо справиться как можно быстрее.
Группа воздушных пожарных отправляется на разведку. Огонь действительно "прибило" дождем, но во многих местах дымит, кое-где – открытое пламя. Якутские пожары очень коварны. Они обладают свойством "прятаться" в густой лесной подстилке, внутри упавших деревьев, под корнями, и порой возобновляются через несколько недель. Поэтому надо работать очень тщательно и аккуратно, не пропуская ни одной дымточки.
Ребята взяли с собой тяжелые топоры-мотыги - "поляски", ранцевые лесные огнетушители, лопаты, бензопилы. Кажется, что это совсем простые орудия труда, а между тем именно небольшая по размеру мобильная техника наиболее успешно применяется на труднодоступных пожарах, куда невозможно доехать автотранспортом. Каждая дымовая точка обрабатывается долго и тщательно: вальщик распиливает упавшие дымящиеся стволы, которые руками откатываются на сгоревшую территорию, откуда огонь не сможет распространиться, разбивают полясками тлеющие корни, заливают горячую золу водой из ранцевых огнетушителей, раскапывают землю лопатами, окольцовывая опасные участки. При малейшем сомнении кромку пожара трогают рукой: если она теплая, тушение продолжается.
...Работа идет уже несколько часов. Под ногами - заросшие мхом кочки, шагать по ним очень трудно, потому что они прогибаются и пружинят под ногами. Порой приходится перешагивать и перелезать через упавшие стволы, идти без тропы по зарослям можжевельника. Температура воздуха - около сорока градусов, футболка и противоэнцефалитный костюм на мне насквозь промокли от пота, волосы под каской влажные, как после купания. Кажется, словно мой фотоаппарат весит килограммов двадцать. Все незакрытые одеждой участки тела постоянно кусают насекомые - комары, оводы, мошка, от которых толком не помогает ни один репеллент. А лесные пожарные на такой жаре, невзирая ни на что, умудряются выполнять тяжелейшую физическую работу. Один только заправленный ранцевый огнетушитель весит килограммов двадцать, и с ним нужно пройти многие километры по очень и очень сложному маршруту.
Наконец перерыв возле маленького лесного ручья. Ребята с наслаждением скидывают на землю каски, расшнуровывают берцы. Из рюкзака достают нехитрый перекус - консервы, хлеб, конфеты, кипятят на огне чай. Тем для разговоров немного: самая актуальная - "сколько мы тут пробудем и не пойдет ли дождь" - уже ясно, что пробудем несколько дней и дождя не ожидается. Вспоминают разные интересные истории, случавшиеся на пожарах - и страшные, и веселые. Старший группы звонит руководству по спутниковому телефону и отчитывается о проделанной работе, заказывает продукты и воду, потому что источников питьевой воды на вершине сопки нет, есть только почти пересохший ручей с грязно-желтой водой, которую можно использовать только для технических нужд.
На следующий день над вершинами сосен показывается вертолет, под брюхом у него висит огромная оранжевая емкость с водой. Вертолет зависает над площадкой, емкость быстро отцепляют, быстро выгружают продовольствие - и он снова поднимается в воздух.
В тяжелой работе дни проходят незаметно. Дымточек становится все меньше и меньше, и наконец звучит желанное: "Наверное, завтра дадут локализацию". Словосочетание "локализованный пожар" не означает, что он не может возобновиться - это пожар, который перестал распространяться, теперь его будет необходимо окарауливать. Часть людей вывезут с пожара, остальные останутся и будут продолжать работу.
...Мы улетаем. Внизу - фантастически красивые пейзажи, тайга, похожая на пушистую зеленую шкуру. Кое-где она перерезана извилистыми линиями небольших рек. И я думаю о лесных пожарных авиалесоохраны, которые посвятили свою жизнь работе спасению нашей дивной природы. И о том, что, пожалуй, это один из лучших известных мне способов прожить жизнь.
