Пролив барашками покрылся,
Пошел ко дну корреспондент.
Редактор очень удивился
И тут же выслал документ:
«Вернуть его со дна морского,
Как это он на дно попал?
Ведь я задания такого
Ему как будто не давал!»
Но, как известно, в каждой шутке есть доля правды. В связи с созданием в Якутии в 1973 году уникального разведочно-эксплуатационного предприятия «Севморолово» журналистам все же довелось вести свои репортажи «со дна морского», а точнее – из залива Ванькина губа, где не просто горняки, а морские горняки первой в СССР экспериментальной плавучей установки добывали олово со дна залива в море Лаптевых.
Одним из первых на Ванькиной губе побывал журналист газеты «Социалистическая Якутия» Анатолий Панков: «Лишь на шестой день погода, наконец, смилостивилась, и вертолет прорвался к побережью Ледовитого океана… Мне уже приходилось здесь бывать. Зимой. Тогда вокруг была ослепительная белизна снега. И лишь на одном черном предмете могли отдохнуть глаза: на льду залива стояла буровая установка. Это геологи Полоусненской партии Янской экспедиции вели разведку Чокурдахской прибрежно-морской россыпи касситерита. А сейчас на этом месте стоят несколько судов. Разведочно-эксплуатационное предприятие «Севморолово» проводит эксперимент: изучается возможность и эффективность добычи оловянного камня с морского дна.
Чокурдахское месторождение было известно еще в первые послевоенные годы. Но приступили к его освоению лишь 20 лет спустя. Плавучей обогатительной фабрикой стал морской лихтер «Горняк», который несколько месяцев переделывали на Жатайском судоремонтно-судостроительном заводе, а затем уже в Тикси наполнили технологическим оборудованием. Плавучей базой разведочно-эксплуатационного предприятия «Севморолово», где жили горняки и рабочие, стал теплоход «Петродворец».
Об истории этого уникального теплохода и о том, как крупному тогда производственному объединению «Якутзолото» удалось заполучить «Петродворец» мне рассказал многие годы бессменный генеральный директор «Якутзолото», Герой Социалистического труда Тарас Гаврилович Десяткин:
- О теплоходе «Петродворец», бороздившем водные просторы Якутии в 70-е годы и корпус которого до сих пор покоится в Ванькиной губе, ходили тогда легенды. Считалось, что он принадлежал лично бывшему президенту Финляндии К.Маннергейму, был его яхтой в годы войны. В 1945 году Советский Союз забрал его у финнов в счет репараций, после чего он и стал «Петродворцом». Прежнего его названия у нас никто не знал, что немудрено, ведь тогда Интернета не было, доступ к иностранной литературе и архивам был закрыт.
Когда такие возможности появились, выяснилось, что «яхтой Маннергейма» мы окрестили по незнанию обычный пассажирский пароход. Дубовая и медная («президентская») отделка, инкрустация по дереву, прекрасная мебель для западного пассажира уже тогда были нормой. Пароход «Боре-11», построенный фирмой «Крейтон-Вулкан» в Турку (тогда еще Або), вступил в строй в декабре 1938 года и перевозил пассажиров вокруг Финляндии, ходил с рейсами до Швеции и Германии.
В годы войны неоднократно осуществлял воинские перевозки. В СССР он пришел после ремонта в 1950 году, был вначале приписан к Одессе, затем «перешел» к Балтийскому морскому пароходству. В 1958 году в Ленинграде с него сняли маломощную паровую машину и поставили шведские дизели, очень надежные и мощные.
Теплоход, переживший второе рождение, использовался даже для круизов, но в 60-е годы, в связи с поступлением на флот новых современных лайнеров, был передан в Мурманск, где и работал до 1972 года.
Паспортные технические характеристики судна впечатляли: водоизмещение - 2442 тонны, длина - 77,5, ширина -12, осадка - 5,24 метра. 2 дизеля развивали мощность в 2500 лошадиных сил. Скорость -13,2 узлов (чуть более 20 километров в час).
Когда встал вопрос о плавучей базе для «Севморолово», то оказалось, что лучшего судна для нас и желать нельзя. Но получить его оказалось делом непростым. Министерство морского флота не могло его передать «Минцветмету» по той причине, что в этом случае морякам не хватит 2 тысяч тонн металла... к плану сдачи металлолома. В результате министры договорились, что вместе с судном «Минцветмету» перейдет и обязанность сдать его как металлолом.
Но на этом препоны не закончились. Представитель Регистра, который находился в Тикси, не разрешал «Петродворцу» даже разовый переход к месту его новой стоянки - Ванькиной губе, где и предполагались основные работы РЭП «Севморолово». Пришлось его спрашивать: в каком бы случае он разрешил переход? Ответ прозвучал примерно в таком духе: «Мы слышали, что «Якутзолоту» выделили автобусы. Вот если бы один «ПАЗик» вы нам отдали, вот тогда судно стало бы годным для разового перехода»...
Так, с приключениями, бывший «финн» оказался на южном побережье Арктики.
Ирина ПАНТЕЛЕЕВА.
