Накануне появления сообщения о возбуждении в отношении ее уголовного дела в редакцию газеты "Эхо столицы" обратились больные РБ №1 - Национального центра медицины, получающие лечение на протяжении многих лет в отделении гематологии. "Суть их обращения сводится к тому, что вот уже два года заведующей отделением, главному внештатному гематологу при Министерстве здравоохранения РС(Я) Инне Мулиной не дают спокойно работать правоохранительные органы".
Постановление о возбуждении уголовного дела подписал заместитель руководителя Иркутского следственного отдела Восточно-Сибирского следственного управления на транспорте следственного комитета при прокуратуре РФ (ВС СУт СКП РФ) Хаптанов А.А. "Видимо, с неизвестных нам пор Медцентр стал объектом то ли водного, то ли воздушного, а, может, и железнодорожного транспорта, раз врачом данного лечебного учреждения заинтересовался следователь транспортной прокуратуры. Или же есть другой вариант объяснения этого парадокса - Мулина лечит своих больных, страдающих смертельным недугом, исключительно в самолете, или теплоходе, или ж/д вагоне, а, может, вообще в здании вокзалов", с иронией пишет автор публикации.
В статье поясняется, что порядок распределения лекарств утвержден приказом Минздравсоцразвития РФ и согласно Федеральному регистру больных гемофилией, муковисцидозом, гипофизарным нанизмом, болезнью Гоше, злокачественными новообразованиями лимфоидной, кроветворной и родственных им тканей, рассеянным склерозом, а также после трансплантации органов и (или) тканей. А это - составление поквартальных заявок на поставку дорогостоящих лекарств и контроль над лечебно-профилактическими учреждениями по их применению. Лекарства по регистру поступают в республику адресно, и каждый больной получает их лично в аптеке по месту жительства по рецепту, выписанному участковым терапевтом.
Федеральная программа лекарственного обеспечения действует с 2008 года. А Мулина приказом Минздрава РС(Я) была отстранена от исполнения обязанностей главного внештатного гематолога с октября 2008 года, правда, восстановлена в августе 2010 года. Главного гематолога все это время в республике просто не было. Все функции выполняли специалисты Минздрава.
Что же установил следователь Хаптанов? Оказывается, Мулина Инна Ивановна, пользуясь своим служебным положением, в 2008 году якобы производила лечение "Варжапетяна Соcо Вардгесовича дорогостоящим лекарством «Велкейд», которое предназначено для лечения больных, страдающих множественной миеломой. А в список пострадавших вошли ныне покойные Александр М-в, Геннадий М-в, Харитина Андреева и Ольга Ш-а. Как утверждает следователь Хаптанов, эти люди в 2008 году ни разу не получали данный препарат в качестве лекарства, а передавали Мулиной на общую сумму около четырех миллионов рублей".
Сам Варжапетян и его адвокат Андрей Клыков 4 октября направили письмо руководителю Хаптанова непосредственно в Иркутск: «Мы возмущены и не собираемся это дело оставлять. Будем добиваться истины сначала у руководителя ВС СУТ СКП РФ, а если там не добьемся, то добьемся ее через суд! - говорит адвокат Андрей Клыков. - С каких таких пор делом врача занимается прокуратура на транспорте?»
Соcо Вардгесович пояснил, что он "действительно проходил лечение в отделении гематологии в декабре 2009 года в течение 20 дней. Но в период лечения препарат «Велкейд» не получал, а прописанные ему лекарства покупал там же, в Медцентре, на первом этаже в аптечном киоске. И вообще, он не болеет той болезнью, для лечения которой применяется злополучный «Велкейд», тем более что лекарства, которые получают больные отделения гематологии по регистру, по словам самих же больных, весьма болезненные, и не каждый добровольно станет себя мучить без всяких на то серьезных оснований".
В ходе предварительного оперативного расследования в августе 2009 года появляется оперработник Николай Ребров, который, посещая на дому больных и родственников умерших, убеждает людей, что Мулина лечит неправильно - "вместо дорогостоящего лекарства им вводит другой препарат или вообще... воду. Во время рабочего времени в 2008 году также в отделении комиссией Минздрава изымались все истории болезней, амбулаторные карты, все их сложили в мусорные мешки и вывезли за пределы Медцентра, в РБ №2. И только после возмущения больных вследствие нарушения их конституционных прав и врачебной тайны, обращения в следственный отдел прокуратуры республики, к Президенту республики, карты и истории были возвращены в отделение".
Однако Ребров по заданию следователя Хаптанова 27 сентября этого года провел обыск в отделении и вновь изъял теперь уже все истории болезни, начиная с января 2008 года по настоящее время. Кроме того, были изъяты все документы и журналы, необходимые для нормальной работы отделения. В том числе и журнал учета и расхода психотропных и наркотических средств. И все без описи! А ведь каждое получение инъекций даже обезболивающего препарата записывается в данные журналы", пишет "Эхо столицы".
Газета приводит отклики больных и их родствеников на ситуацию, сложившуюся вокруг Мулиной.
Антонина Андреева, дочь умершей Харитины Аркадьевны Андреевой:
- Моя мама на протяжении одиннадцати лет лечилась в отделении гематологии и всегда вовремя получала лекарства. Умерла она 27 марта этого года в возрасте 75 лет, причиной смерти явился туберкулез, которым она заболела в 2009 году, а не из-за того, что ей не давали лекарства.
Пациентка Клавдия М-ва:
- В отделении гематологии я лечение получаю с 2002 года. Меня лечат лекарством, одна ампула которого раньше стоила 100 тысяч рублей, сейчас меньше. На курс мне нужно 32 ампулы, и я всегда их получала вовремя. Но тут ко мне начал приходить домой Ребров, чтобы я написала заявление о том, что мы обижены на Инну Ивановну, что даем ей взятку. Я честно признаюсь, что за все время я ей подарила на 8 марта цветы и большую открытку.
И вообще, откуда он взял мои данные? Может, я скрываю свою болезнь от родных и коллег на работе? Какое он имеет право расспрашивать меня, чем я болею и чем лечусь? Ведь у нас среди больных есть и большие начальники, а потому есть понятие - врачебная тайна. А эту тайну сейчас сделали достоянием общественности.
Был среди нас больной - руководитель республиканского уровня. Так вот Ребров все время расспрашивал о нем не только нас, но и медсестер, врачей. Это нам - пенсионерам - все равно, а молодые-то скрывают свою болезнь. Им ведь работать надо. И потом - прежде, чем заводить уголовное дело, независимый гематолог должен был осмотреть больных на предмет обнаружения в их организме каких-то изменений или нарушений. Умершие больные умерли от других болезней, ведь по каждому случаю работает комиссия. Да и потом, продолжительность нашей жизни - это вопрос времени. С моим диагнозом обычно люди живут четыре года, при хорошем лечении - шесть лет. А я живу восемь лет благодаря новым лекарствам.
Пациент Станислав К-н:
- Я получаю лечение пятый год, и все у меня нормально, ведь Инна Ивановна нам жизнь продлевает. А Ребров, когда пришел ко мне домой в очередной раз (а приходил много раз), вырзился открытым текстом, что если даже я не напишу заявление, то все равно он Мулину посадит (видимо, с некоторых пор, опера теперь сажают преступников, а не суд - прим. авт.). Если они считают, что Мулина нас лечит ненормально, то пусть следователь сам нас лечит.
Вот так! Получается - был бы человек, а статья найдется?" - этим риторическим вопросом завершается статья.
