Свою позицию Курапин изложил в частном постановлении, приложенном к приговору по делу мелких взяточников. Подсудимые — некие Аббасов и Ахмедов — полностью признали свою вину и попросили об особом порядке рассмотрения их дела, без исследования доказательств, который гарантировал им смягчение наказания. Однако против этого выступил представитель обвинения — прокурор. Он настоял на том, чтобы дело рассматривалось в обычном порядке с изучением всех документов дела, что привело к затянутости процесса — суд продлился больше двух месяцев.
После вынесения приговора судья Курапин обратился к генпрокурору Юрию Чайке: «Вы вынуждаете делать никому не нужную работу. Суд без очевидной необходимости был вынужден выполнять никому не нужную, но весьма трудоемкую работу, что при запредельной загруженности судей не может не вызывать справедливого возмущения действиями прокурора. Его доводы были бессмысленными, явно надуманными и ничем не обоснованными».
По мнению Андрея Курапина, бессмысленное упорство гособвинителя было вызвано неким внутренним распоряжением, «незаконным указанием одного из руководителей генеральной прокуратуры», который по каким-то причинам саботирует рассмотрение дел в особом порядке.
«Порочная практика беспричинного и бессмысленного препятствования особому порядку распространилась по всей стране и доходит до абсурда. Должностным лицом Генеральной прокуратуры установлен процент рассмотрения дела в особом порядке, превышать который не допускается ни при каких обстоятельствах. За превышение этого процента прокуроры несут очевидно незаконную дисциплинарную ответственность. Процент установлен произвольно. Он не имеет никакого смысла и цели, не основан на научных исследованиях и анализе судебной практики. Прокуроры вынуждены любыми способами, в том числе и противоречащими процессуальному закону, обеспечить соблюдение выдуманного процента», — написал в своем постановлении ярославский судья.
