Доказательство теоремы - «на пальцах»
- Ну, банальный, в общем-то, вопрос: с детства мечтали посвятить себя просвещению?
- В мое время никакой профессиональной ориентации не было. Годы были – военные, послевоенные - голодные. Мать хотела, чтобы мы поскорее «встали на ноги», начали помогать семье. Самая большая мечта у молодых была - стать учителем. У учителя в те годы был большой авторитет, на селе учитель был, как бог! И после 7-го класса меня отправили учиться в Вилюйское педучилище им. Чернышевского по специальности учитель русского языка в начальных классах.
- А разве у первоклашек не по всем предметам – один учитель?
- В те годы русский язык в начальных классах национальной школы преподавали отдельные учителя. В 50-60-е были серьезные проблемы с языком, с разговорной речью. В нашем, Сунтарском районе, русский человек – редкость, двое-трое на весь район! А что уж говорить про наше маленькое село Арылах, где я родилась, население в нем тогда было всего человек триста. Так что по-русски я могла общаться с трудом. Из-за этого чуть не «провалила» экзамены в училище.
- Миру мог и не явиться талантливый педагог?!
- Когда я приехала поступать в Вилюйское педучилище приемный экзамен по геометрии принимал Василий Александрович Александров, молодой, красивый русский, только что приехавший из Тамбова. Он ни одного слова по-якутски не знает, а я плохо по-русски говорю. Я теорему-то отлично знаю и как доказывать тоже, но объяснить толком по-русски не могу! И вот я объясняю доказательство теоремы двумя словами, как могу: «Надо так, так и вот так!». Ну, он мне, конечно, тройку поставил… Но я все равно поступила в педучилище и стала учительницей. Меня направили работать учителем русского языка в родную Тюб-Жарханскую школу Сунтарского района. Когда начала работать, мне было всего 17 лет.
- Сейчас к «семнадцатилетним» относятся как к детям - инфантильное поколение…
- Мое поколение рано «повзрослело», но иногда с нас требовали слишком строго. Однажды вызывает меня секретарь партийной организации Николай Иванович Обоюков – мой первый учитель и говорит: «Варвара Сергеевна, ты сейчас уважаемый в селе человек – учительница! Завтра состоятся выборы в Верховный Совет СССР и, как молодой избиратель, (мне тогда лишь недавно исполнилось 18 лет), ты должна выступить перед народом. Смотри не опаздывай!». Ну, назавтра выборы, в шесть утра - торжественное открытие избирательного участка (я в половине шестого уже была на месте). Сначала выступил сам Николай Иванович, поздравил избирателей с праздником …
- С праздником?
- В советское время это был настоящий праздник, люди целую ночь, до утра гуляли перед выборами! Сказал приветственное слово и сразу передал слово мне, объявив: «Нашей молодой учительнице…». Я взяла бюллетень, подошла к избирательной урне и бодро начала «Советская власть…Э-э… …». А что дальше говорить – не знаю! Помялась: «Ну-у… Э, чэ!», да и положила бюллетень в урну! Николай Иванович всю жизнь потом надо мной подшучивал: «Вот, ты, Варя, выступила, так выступила!». А мне даже в голову не пришло, что речь-то заранее подготовить нужно.
- Ну, нельзя же «объять необъятное»
- Тем не менее, мы, комсомольцы, для населения устраивали разные концерты, проводили фестивали, спартакиады, мы постоянно агитаторами были на выборах … А еще вели очень важную общественную работу – в селе были безграмотные бабушки, дедушки – мы их обучали читать, писать. У меня была очень хорошая подшефная - старенькая бабушка, лет за 60. Я приходила к ней по вечерам, после работы учить читать по букварю, бесплатно, конечно. И она в таком преклонном возрасте научилась читать и даже сама подпись могла поставить под документом!
- По нынешним временам, это называется репетиторство и весьма дорого стоит…
- Сейчас, конечно, такое невозможно, сейчас все на деньги «переводится» … А тогда нам казалось, что это в порядке вещей - так жить… Да что там говорить, даже доярок на ферме, нам, молодым учителям, заменять приходилось! Все как положено - коров доили, телят кормили, корм заготавливали. Даже в летние каникулы – никакого отдыха - работали на заготовке сена, начиная со школьных лет. И все это, помимо основной работы и совершенно бескорыстно! А самое главное, я еще работала в школе пионервожатой, и тоже бесплатно. Приходила в школу в 8 утра и уходила оттуда в 8 вечера и так каждый день...
- Ничего себе, «общественные нагрузки»-перегрузки!
- Каждое лето в Сунтарском улусе проводили районную детскую спартакиаду. И вот из райцентра приходит депеша: подготовить шесть детей для участия в спартакиаде. Мне как пионервожатой и поручили это дело. А надо сказать, на переменах вместе с ребятами, моими учениками, мы играли в разные игры – в лапту, прыгали, бегали, скакали, вот такая своеобразная тренировка. Наверное, мне самой хотелось поиграть, ведь мне и было-то тогда 17-20 лет, а в детстве было не до игр – с малых лет работа в колхозе… Ну, собрались в дорогу, а добираться до места, до п.Сунтар, нужно - три дня пешком!
- А на машине?
- В том-то и дело - не было никакого транспорта! Да и дороги-то как таковой не было: лесные тропинки, да речки вброд переходили. Так и шли сто километров пешком – я и шестеро детей. Слава богу, местные жители помогали: чаем поили, да на ночлег пускали. Вот так и добирались. Три дня туда, да три дня обратно. «Ну, вы и смелая девущка, детей в такую даль на «свою голову берете!» - старики мне говорили. И, несмотря на все трудности в пути, два года наша школьная команда занимала первые места! Это очень отдаленная сельская школа, но мои выпускники стали хорошими людьми, отличными специалистами. Я горжусь своими первыми учениками: Пантелеймон Петров - он старший научный сотрудник ИГИ, (кстати, составитель книг о городе Якутске), кандидат исторических наук; Григорий Иванов - кандидат философских наук, работает в Институте экономики. Вот так я и проработала в родной школе около пяти лет. Кстати, сейчас она носит имя моего отца Сергея Зверева …
Зарплата… в лепешках!
- Вы дочь того самого, легендарного олонхосута, сказителя, якутского народа?!
- Да, мой отец - знаменитая личность. Это певец, импровизатор, олонхосут, тойуксут – «глыба таланта» у старика! Сейчас Государственный театр танца носит имя Сергея Зверева Он широко известен не только в республике, но и в России. У него есть очень известное произведение, поэма «Сказание о Великой Москве», посвященное 800-летию Москвы. Но отец нас почти не воспитывал…
- Был слишком занятой человек?
- Отец ушел в другую семью, я тогда была еще дошкольницей. А ведь в семье нас было детей семь человек - мал-мала меньше. Мама к тому же была беременна восьмым ребенком … Отец ушел к женщине, моложе мамы. И мама, и отец были неграмотными - не умели ни писать, ни читать. Отец сочинял свои талантливые произведения, а записывать их было некому! Вот он и женился на «грамотной» женщине – у нее было шесть классов образования. В новой семье у него тоже родилось много детей – семь человек.
Мама была гордым человеком. И, конечно, нам, детям, говорила, что отец плохой, не помогал, бросил нас в трудную минуту…
- И больше с отцом не виделись?
- Встретились с отцом, когда я уже была взрослой. Мне было лет двадцать, я работала учителем, когда из райкома комсомола пришло сообщение, что мой отец собирается поставить оперу-балет. Для участия в спектакле собирает по всему району 50 молодых людей, пригласили и меня. Отец сам сочинил музыку, слова песен, придумал танцы. Для каждого из пятидесяти человек придумал свою роль и у каждого был свой неповторимый танец! Причем, он строго следовал всем старинным традициям, символам, заложенным в якутском танце.
- Наверно это был грандиозный проект!
- Участников освободили от работы, и мы начали двухмесячную подготовку в селе Сунтар. Отец был очень физически подготовленным человеком. Несмотря на свой возраст, ему тогда было около 60 лет, он с нами, молодыми, «на равных» репетировал, танцевал – с утра до вечера. Когда было необходимо изобразить новый элемент танца, то он легко, как молодой, вскакивал на табуретку (чтобы всем было хорошо видно) и показывал. Я танцевала в массовых сценах и исполняла роль одинокой женщины с грудным ребенком.
- Кадр из семейной истории: когда отец оставил вашу маму она тоже осталась с грудным ребенком… Как же Ваша мама сумела самостоятельно «поднять на ноги» восьмерых детей?
- С нами жила мамина мама - наша бабушка Ульяна, в те годы уже старая женщина Я очень благодарна матери и бабушке – это великие женщины! Как они нас выкормили, как вырастили, до сих пор удивляюсь! По сути, они выполняли мужские обязанности: сами дрова рубили, да на быке из лесу привозили, сами траву косили, даже хотон сами строили! Да мама еще успевала в колхозе работать. Очень тяжело было – голод послевоенный. Мне пришлось с шести лет пойти работать в колхоз.
- Какую работу в колхозе может выполнять шестилетний ребенок?!
- На полях в тот год ничего не выросло - одна саранча… И вот, нам, детям, давали задание – собирать саранчу. Затем «урожай» взвешивали: кто сколько собрал в граммах, в килограммах. Кто больше саранчи собрал, тому повезло - лепешку дадут побольше! Вот так, за кусок лепешки в колхозе и работали… А с первого класса, уже работа была уже посерьезнее: «стогование сена». Мама поднимала нас, детей, и мы шли со взрослыми на поле – солнце, пекло. Короткий перерыв на скудный обед – лепешка, да вода... И снова изнуряющая работа: собирали вилами траву в стога, и на быке отвозишь сено, и так целый день до позднего вечера. А назавтра надо вставать опять рано-рано - в пять утра! Я хоть и маленький ребенок, а трудилась в колхозе наравне со взрослыми. А ведь еще и домашняя работа ждет, тоже нелегкая…
- Да, не до игр…
- Детства мы, дети, практически не видели! Игрушек не было. Стеклышко найдем в земле – вот и игрушка! Да и играть-то некогда, трудились: дрова в лесу заготавливали, воду с реки таскали, за коровой ухаживали - молоко очень нужно было малышам… Даже муку для хлеба сами мололи. Были так называемые «жернова» – два крупных камня, в середине – дырочка, в которую насыпается зерно. Это очень тяжелая работа, поэтому муку мололи по очереди, парами!
- И учиться, наверное, было некогда…
- У нас была очень сильная тяга к знаниям, и не знаю, отчего так, может быть от природы? В детстве мы хоть и голодали, но учились! Во втором классе у одной девочки, моей одноклассницы, появился учебник русского языка П.Н.Самсонова - выдающегося якутского учителя. Не знаю, откуда у нее был учебник, у меня такого не было. Бумага в книге - хрустящая, белая! И рисунки черно–белые нравились - дети нарисованы, школа! Мне так понравилась эта книга! И вот, я хожу вокруг, да около этой девочки: «Зоя», - говорю, «Мне так хочется эту книгу иметь!». А Зое очень нравилась моя юбка, которую мне сшила мама. Мать у меня была хорошая швея – даже шубы, шапки шила. Юбка была простенькая - из какой-то грубой ткани, скомбинированная с другой тканью. Поскольку материала на юбку не хватило (дефицитный товар!) – волан был другого цвета. И я предложила Зое: «Давай поменяемся: я тебе юбку, а ты мне – учебник». Так и сделали, Зоя с радостью отдала мне книгу.
- Прямо как в сказке про Буратино: он тоже духовную пищу променял на «материальную»!
- Домой я пришла в одних шкерах (в те времена, были такие штаны), а дело было весной - еще довольно холодно. Мама меня спрашивает: «Варя, а где же твоя юбка?» «Юбка? А я ее на учебник обменяла!». Ну, мама меня, конечно, пожурила, повздыхала и простила. А могла бы и «покрепче» наказать, ведь время послевоенное - ни тканей, ни холстов. По тем временам каждый кусок ткани, что называется, «на вес золота» – не найдешь! А в семье восемь детей мал-мала меньше. Уж не знаю, откуда она их только брала, эти ткани, чтобы нас, детей, одевать… Мать умерла, когда ей шел 95-ый год…
- При такой-то тяжелой жизни так долго прожила?!
- У нее и зубы все целы были! Может быть, и еще бы пожила, да астма «замучила»…
Вырастила нас детей, все образование получили – сейчас нас пятеро осталось: двое педагогов, врачи и брат Дмитрий – писатель. Мать нас учила трудиться с малых лет, трудиться честно, уметь зарабатывать на хлеб! Потому мы, наше поколение, и знаем цену хлеба, цену рубля…
«Учитель – учителей»
- Глубокое знание истории системы образования республики – это и ваш личный опыт, и серьезная работа в архивах…
- Да, недавно издана летопись истории столичного образования «От первых школ до наших дней», вышедшая к юбилею города. Я являюсь автором-составителем этой книги. Материал собран начиная с 17 века, с петровских времен – это цифирные, навигацкие, гарнизонные школы, духовная школа, японская...
- Японская школа?!
- В том далеком 1748 году, в мире существовали всего две японские школы, где детей обучали японскому языку (кроме, разумеется, самой Японии). В столице Российской империи - в блестящем Петербурге, и на окраине Российской империи – в Якутске. А, кроме того, я являюсь составителем «Педагогической энциклопедии», вышло уже три тома. Подготовка книги началась с 1998 года, с этого момента я начала фактически собирать материал. На идею создать такую энциклопедию повлияло и то обстоятельство, что я некоторое время работала в Музее истории образования, где и пришлось столкнуться с интереснейшими архивными документами, фактами нашей истории. Там я и начала свою поисково-исследовательскую работу. Почти десять лет кропотливого труда –приходилось часами сидеть с лупой. Состояние документов – ветхое, да еще на старинном языке…
- Наверное, повлияло на зрение…
- С большим трудом удавалось найти старинные фотографии. Я старалась найти материал обо всех педагогах, забытых, давно работавших. Целыми днями сидела в архивах, в библиотеках. Поиски материала иногда продолжались очень долго. Например, об Иване Николаевиче Винокурове, 2-м Наркоме Просвещения, здравоохранения и Собеса, который работал в 1923-24гг. Работа продолжалась очень долго, почти семь лет – начала собирать факты, еще до того как вышел 1-ый том, а закончила только к выходу 3-го тома. Вела консультации со знающими людьми, успешно сотрудничала со специалистами министерства просвещения, с инспекторами-интеллектуалами, я бы сказала, с инспекторами высшего сорта! Это Иосиф Иосифович Чарин, Андрей Леонидович Кугаевский, Валериан Никодимович Софронеев, которые много лет посвятили себя образованию, прошли все ступени карьерной лестницы, всю систему образования знают основательно, «изнутри», и потому, очень помогли в моей работе.
- Звание «учитель-учителей» связано именно с вашей работой в Институте?
- Да, ЯРИУУ был создан в целях повышения квалификации учителей, ведь в те времена, в республике было очень много учителей без специального образования. Создан Институт в 1939 году Степаном Спиридоновичем Гурьевым. Там работали грамотные, компетентные, авторитетные педагоги, чей опыт работы был известен всей республике. Прежде чем стать наставниками, они прошли все ступеньки карьерной лестницы с самых низов. Сначала работала в кабинете начальных классов, через два года - заведующим кабинетом. Моим наставником был Николай Васильевич Егоров – выдающийся педагог-методист, человек высочайшей культуры, настоящий интеллигент!
- Почти четверть века вы проработали в Якутском республиканском институте усовершенствования учителей…
- Если быть точной, двадцать три года. Я была завучем в Нюрбинском улусе, когда Андрей Николаевич Анисимов, директор института, пригласил меня на работу в институт. Тогда это считалось очень престижной работой. Андрей Николаевич был прекрасный директор этого института – он создал мобильный, интеллектуальный коллектив. В институте работали маститые педагоги, опытные методисты, а ведь я была еще довольно молодым специалистом - 29 лет. Но мне пришлось отказаться от этого предложения. Мой супруг в это время уехал учиться в очную аспирантуру, а я осталась одна с пятимесячным ребенком на руках. Мне казалось, что ребенок может помешать моей работе - «подведу» институт. Но мама неожиданно согласилась поухаживать за дочерью: «Пока приглашают – надо соглашаться работать!». И я решилась! Начались частые командировки. … Гостиницы – холодные… А в северных улусах в гостиницах даже отопления приличного нет - железные печки!
- В пятьдесят градусов и с железной печкой?!
- Да что там, в гостиницах, даже в некоторых школах дети в таких условиях учились! Из железных бочек делали печки, и дети грелись возле них после уроков. А на уроках ученики в пальто сидели, а иной раз и в шапке – настолько холодно! А ведь в холоде мышление не развивается, в народе говорят: «Башка не варит!»
- Неужели действительно так было?!
- Да, тяжелые времена были - 50-60 годы. В нескольких школах республики дети в таких экстремальных условиях учились, учителя работали... Что делать, жизнь такая тяжелая, трудная... А современную молодежь мне жаль. Видимо, это веление времени – дети по-другому мыслят, абсолютно друг друга не понимаем. Ценности настолько изменились, что сейчас учителям очень сложно дать детям правильные нравственные ориентиры. Мы воспитаны на примере Зои Космодемьянской, Александра Матросова, а сейчас таких позитивных образов нет. Необходимы вот такие нравственные кумиры, надо воспитывать на примере старшего поколения.
- Наверное Вам, как «учителю-учителей», приходилось видеть рождение новых руководителей системы образования…
- В институте, я тринадцать лет заведовала кабинетом руководящих кадров. В числе прочих обязанностей я курировала двухмесячные курсы «Резерва организаторов образования». В 1979 году среди слушателей курса выделялась молоденькая, худенькая, активная девушка из Мегино-Алданской школы Томпонского улуса. Я еще тогда подумала: «Далеко пойдет!». И не ошиблась: этой активной девушкой была Евгения Исаевна Михайлова, нынешний вице-президент республики. Кстати, идея издать «Педагогическую энциклопедию» принадлежит именно ей.
- Вам вновь пришлось встретиться со своей знаменитой, впоследствии ученицей...
- Евгения Исаевна возглавляла городской отдел образования, и в 1991 году она пригласила меня заместителем заведующей гороно. Я работала там до 1996 года. Евгении Исаевне в те смутные 90-е годы пришлось очень нелегко. В системе образования, в условиях развала страны, тоже начался «разброд»: педагоги «пачками» уходили в другую сферу, за большой зарплатой гонялись! Работали они в тандеме с Будимиром Дмитриевичем Слепцовым, тогдашним министром образования. И неудивительно, у учителей – зарплата «мизерная», жилищные условия трудные. Евгения Исаевна со своим аппаратом буквально «гонялись» за учителями, чтобы стабилизировать ситуацию. Пожалуй, им удалось сделать невозможное – сохранить нашу систему образования. В основном, учителя, конечно, остались в своей системе, они любят, уважают свою профессию и до сих пор творчески верой и правдой системе образования, а те, кто не выдержал, стали «челночниками» и по сей день «челночат». Жизнь такая…
- Ваш кредо, жизненный принцип…
- Трудись честно, на славу! А еще есть такая старинная китайская притча: «Если планируешь на один год – расти рис, на двадцать лет - выращивай деревья, на века – воспитывай детей!».
Беседовала Наталья Богданова
