Прежде всего, создалось впечатление, что разговор был практически беспредметным, поскольку выступления участников носили, в основном, эмоциональный характер. Журналисты, к примеру, называли фамилии «коррупционеров», о которых некоторые издания пишут с методическим постоянством, и выражали возмущение тем, что в отношении них не возбуждены уголовные дела, забывая при этом о презумпции невиновности, что только суд может определить, совершил человек то или иное преступление или нет.
Конечно, СМИ имеет право (и должно!) добиваться возбуждения уголовных дел по фактам коррупции, которые содержатся в их публикациях, но это делается явно не в режиме круглых столов. Создавать же структуры типа «антикоррупционный совет из числа журналистов и представителей правоохранительных органов» - значит, отвлекать тех же сотрудников правоохранительных органов от непосредственной борьбы с этой же самой коррупцией.
Каждый должен заниматься своим делом. Механизм взаимодействия СМИ, общественности и правоохранительных органов прописан в законах. Чтобы он работал, нет надобности создавать надстройки. Но для того, чтобы обсуждать (в том числе и на круглом столе), почему такой механизм не работает, нужен анализ, по каким основаниям не возбуждены уголовные дела в отношении тех, кто, убеждены журналисты, является коррупционером, на сколько запросов редакции СМИ не ответили правоохранительные органы, за что, кстати, можно с них спросить по всей строгости закона.
В то же время трудно не согласиться с журналистом Викторией Габышевой, которая сетовала на то, что от представителей местных правоохранительных органов невозможно получить комментарий даже по резонансным делам, не говоря о других. Хотя тот же Следственный комитет РФ демонстрирует совсем другое отношение к этому делу, реагируя немедленно на происшествия, имеющие общественный резонанс, сообщая о ходе расследований. Правоохранительные органы Якутии же ограничиваются сверхлаконичными информационными сообщениями на своих сайтах о возбужденных уголовных делах, а о том, что по результатам проверок отказано в возбуждении уголовных дел и на каком основании, об этом предпочитают умалчивать, хотя публикации в прессе на эти темы были. Дефицит информации и создает впечатление, что никого из тех, кого заподозрили в коррупции, вообще не проверяют.
Старший помощник прокурора РС(Я) по взаимодействию со СМИ Тимур Никифоров, отвечая на вопрос одного из журналистов, сказал, что ведомство отслеживает публикации ведущих средств массовой информации республики. В 2011 году в прокуратуру РС(Я) поступило более 2,5 тысячи обращений антикоррупционной направленности. Еще 1,5 тысячи было зарегистрировано за шесть месяцев 2012 года.
Директор издательского дома «Норд-пресс» Леонид Левин, в частности, сказал: «Силовые структуры должны быть по-настоящему независимыми, кто бы ни был у власти. А у нас борьба с коррупцией сама стала коррумпированной. За последние годы на эти цели потрачено немало бюджетных средств, но ситуация не улучшилась. Сегодня в республике есть много структур, в которые выстраиваются огромные очереди. И пока ситуация не изменится, даже хорошие люди будут стремиться «побыстрее» решить вопрос».
