"Суд находит ходатайство следствия подлежащим удовлетворению. (...) Суд постановил избрать в отношении Абызова меру пресечения в виде заключения под стражу на срок до 25 мая 2019 года", - огласила решение судья Наталия Дударь. Защитник экс-министра Александр Аснис заявил, что решение суда будет обжаловано.
Басманный суд также отправил в СИЗО фигурантов дела Абызова - бывшего гендиректора группы Ru-Com Николая Степанова и директора по экономике и финансам АО "РЭМиС" Галину Фрайденберг.
Экс-глава администрации президента Александр Волошин, глава фонда "Сколково" Аркадий Дворкович и другие выступили в суде в качестве поручителей за бывшего министра Открытого правительства Михаила Абызова, сказал Аснис, передает ТАСС.
Среди поручившихся также - бывшая пресс-секретарь главы правительства, заместитель председателя Внешэкономбанка Наталья Тимакова, актриса Чулпан Хаматова, председатель правления УК "Роснано", председатель правления Фонда инфраструктурных и образовательных программ Анатолий Чубайс, основатель и президент фонда помощи хосписам "Вера" Нюта Федермессер, совладелец сети региональных российских аэропортов "Новапорт" Роман Троценко.
Ранее адвокаты просили суд отпустить бывшего министра Открытого правительства Михаила Абызова под залог в размере 1 млрд рублей. "Мы просим избрать нашему подзащитному меру пресечения, не связанную с заключением под стражу, - домашний арест либо залог в размере 1 млрд рублей", - сказал адвокат Александр Аснис.
«Коммерсант» пишет, что ситуация с задержанием Абызова стала неожиданностью для сотрудников правительства, хотя некоторые из них рассказали изданию, что информация «об определённом интересе силовиков к деятельности бывшего министра обсуждалась в кулуарах с момента его отставки». Один из федеральных чиновников также говорит, что эта ситуация крайне неприятна для премьер-министра Дмитрия Медведева: Абызов на протяжении двух с половиной месяцев думской избирательной кампании в 2011 году возглавлял Общественный комитет сторонников, впоследствии трансформировавшийся в «Открытое правительство». А в целом премьер-министр всегда считал «что они с Михаилом Абызовым находятся на одной волне».
Уверенность практически всех в том, что Михаил Абызов задержан в результате коммерческого спора, является главной политической проблемой происходящего. Фактически это означает одобрение российской властью права силовых структур вмешиваться в коммерческие споры, предъявляя уголовные обвинения их участникам. Такие же проблемы возникли в феврале вокруг спора совладельцев Восточного банка, завершившегося арестом главы Baring Vostok Майкла Калви. Регулярное появление по обвинениям ФСБ таких дел демонстрирует, что публичные требования власти к силовым структурам не участвовать в «спорах хозяйствующих субъектов» исключительно декларативны.
Старший партнер АБ “Коблев и партнеры” Кирилл Бельский рассказывает, что Абызов давно находился в поле зрения силовиков, и считает, что «обвинения в хищениях из «Новосибирскэнерго» скорее повод, чем реальная причина ареста». Бельский отмечает, что Абызов – один из близких к Чубайсу топ-менеджеров РАО «ЕЭС», кто заработал значительную часть капитала, приняв участие в реформе электроэнергетики, сообщает «Право.Ru».
«Схемы ведения бизнеса в «Новосибирскэнерго» мало отличались от стандартных, господствовавших в то время в отрасли. И аналогичные обвинения могут быть предъявлены ещё многим. Однако реального юридического базиса у таких обвинений нет. Инкриминируемые сделки являлись частью обычных для того периода бизнес-процессов и не были направлены на хищение. Тем более очевидно, что является абсолютно избыточным обвинение Абызова в создании преступного сообщества по ст.210 УК», – комментирует он.
Некоторые СМИ связывают дело в отношении Абызова с тем, что бывший министр вел многолетний судебный спор с олигархом Виктором Вексельбергом. Ранее миллиардер решил перевести спор из-за опциона на акции «Т Плюс» с Британских Виргинских островов в Россию. Это произошло за 1,5 месяца до ареста Абызова по уголовному делу.
Речь идет о споре из-за опциона на акции «КЭС Холдинга» (позже переименована в «Т Плюс») между Абызовым и Вексельбергом, рассказал РБК источник, близкий к одной из сторон спора. Абызов, который до 2005 года был зампредом правления «РАО ЕЭС», и Вексельберг подали друг к другу встречные иски в 2013–2015 годах в суд Британских Виргинских островов из-за акций КЭС. Юристы Абызова утверждали, что в 2011 году он заключил опционное соглашение с Вексельбергом, касающееся акций КЭС, из-за нарушения которого Вексельберг должен был компенсировать ему ущерб на 488,4 млн долларов.
А в иске Вексельберга сообщалось, что в 2006 году между ним, Абызовым и занимавшим тогда пост гендиректора КЭС Михаилом Слободиным было заключено устное соглашение об условиях вхождении в капитал холдинга. Согласно этой договоренности, они должны были инвестировать в компанию пропорционально целевым долям в ней: у Вексельберга — 48,45 процента, у Абызова — 36,55 процента и у Слободина — 5 процентов. Однако в 2011 году оказалось, что Вексельберг инвестировал 1,3 млрд долларов в компанию, а Абызов — 475 млн долларов, что предполагает значительное перераспределение долей между партнерами (Вексельберг должен был получить 69 процентов, а Абызов — только 26 процентов).
У бывшего министра есть еще один оппонент в бизнесе — Альфа-банк. На прошлой неделе, 20 марта, стало известно, что этот банк и кипрская Redeliaco Holdings, являющиеся конкурсными кредиторами Е4, потребовали взыскать 33,6 млрд рублей с Абызова, его бывшей жены Екатерины Сиротенко и экс-президента Е4 Андрея Малышева.
