Напоминаем читателям, что предприниматель из Якутска Юрий Козий обвиняется в поджоге дачи бывшего прокурора г. Якутска Николая Яковлева - в январе 2005 года и склада ТЦ «У Виктора», принадлежащего предпринимателю Виктору Федорищеву, - в январе 2007 года.
Начальник ГУ «Отряд противопожарной службы» Сергей Лыщик приехал на утро после пожара склада ТЦ «У Виктора». Приезд его не входил в прямые обязанности, но в этот раз он решил проверить работу своих подчиненных на месте происшествия.
Вопросы к свидетелю нашлись у пострадавшего Яковлева. Оказывается, сразу после пожара на его даче Козий позвонил Лыщику, с которым у него были довольно приятельские отношения, и спросил, как идет расследование пожара «на даче у прокурора». О том, что сгорела дача бывшего прокурора, Лыщик до этого момента не знал. Следствию о звонке Козия он сообщать не стал. Яковлев зацепился за тот факт, что следствие еще не знало о том, чья сгорела дача. Неужели, спрашивал Яковлев, Лыщик не задался вопросом, откуда Козий знает, чья именно дача сгорела? Лыщик ответил, что не придал значения этому факту, а потому этим вопросом не задался. Рукава, с помощью которых склад Федорищева был залит горючим, а затем подожжен, были взяты на одном из пожарных участков, но, по утверждению Лыщика, без его ведома. Позвонил Козий Лыщику и после пожара на складе Федорищева, но лишь для того, чтобы сообщить, как он, Козий, пострадал при тушении пожара.
Продавец ТЦ «У Виктора», работавшая в ночь пожара на складе, сообщила, что Козий за пятнадцать минут до взрыва, после которого начался пожар, заходил в торговый центр и разговаривал с охранником, спрашивал, как отключаются газовые котлы в экстренных ситуациях.
Пострадавший Федорищев выступил в суде очень эмоционально. Рассказал, что впервые увидел Козия, когда тот поздно вечером постучался к нему в дверь дома и попросил хлеба. Это было тогда, когда Козий только-только вышел из тюрьмы. Но очень быстро Козий стал предпринимателем и развернулся вблизи территории ТЦ «У Виктора».
Постепенно отношения между двумя предпринимателями стали портиться. Как-то раз Федорищев прогнал Козия со своей насыпи, которую приготовил для строительства, и которую хотел захватить Козий в отсутствие Федорищева. Через несколько дней после этого загорелся вагончик бригады рабочих, работавших у Федорищева. Как-то Козий пришел в гости к Федорищеву. А через несколько дней квартиру Федорищева ограбили, причем, открыли квартиру ключом. По его словам, Козий, будучи в гостях, незаметно взял слепок с ключа от квартиры Федорищева. Как-то бригада рабочих Козия расчистила снег возле складских помещений Федорищева и через несколько дней туда бросили гранату. Следствие по этим уголовным делам длится до сих пор.
Также, по словам Федорищева, Козий постоянно занимался захватом территорий, прилегающих к его базе. Присваивал автомобили, случайно оказавшиеся на его территории или поблизости от нее, электро- и водоснабжающие коммуникации, после чего обязывал всех платить ему, Козию, за их использование.
Причем, со временем Козий становился все смелее и наглее. Для большей убедительности, Козий звонил Федорищеву по телефонуам из кабинетов бывшего министра МЧС господина Сухоборова, начальника Городских электрических сетей господина Иванова и других высокопоставленных лиц.
Незадолго до пожара Федорищев заключил крупный контракт с одной фирмой и завез на склад импортные аккумуляторы и другой котирующийся на рынке товар. Козий, по утверждению пострадавшего, знал об этом.
Даже после того, как Козий был взят под стражу, он звонил Федорищеву и угрожал ему. Однажды Федорищев нашел записку с угрозами в дверях своей квартиры.
После выступления Федорищева Козий представил судье справку, что в следственном изоляторе подследственным не разрешают пользоваться телефоном.
- Я тебе угрожал? – спросил Козий у Федорищева прямо в зале суда.
- А ты будешь отрицать? – эмоционально ответил пострадавший.
В целом, Федорищев оценил свои потери в сто миллионов рублей. Это только та сумма, которую удалось подтвердить документально.
Следующим выступил Аял Левин, в то время бывший заместителем начальника УБОП. В его кабинете была сделана видеозапись, на которой бригадир Козия Вячеслав Астакуров рассказал, что Козий обещал заплатить ему 1 300 тысяч рублей, если тот вину за поджог склада Федорищева возьмет на себя. Однако Астакуров в зале суда стал утверждать, что эта запись была сделана после того, как следователи применили к нему недозволенные методы убеждения. Адвокаты подсудимых принялись доказывать, что видеозапись сделана незаконно, а потому не может рассматриваться, как улика. Козий интересовался ее местонахождением.
Таким образом, рассмотрение этого дела в суде продвигается медленно, поскольку прямо в зале суда открываются обстоятельства, упущенные следствием и требующие подтверждения.
