Из-под его пера вышло немало книг, первая из которых, выпущенная в 1976 году, называется “Ньургуhуннаах сурук” (“Подснежник в письме”). Талантливый переводчик, Мигалкин перевел на якутский язык стихи Константина Симонова, Сергея Смирнова, Евгения Долматовского, Льва Ошанина, Николая Старшинова, Егора Исаева.
В нелегком 1993 году вместе с женой З.Мигалкиной Иван Васильевич создал Литературный музей-комплекс им. В.А.Протодьяконова-Кулантая, где собраны несколько тысяч редких книг, рукописи писателей, уникальные старинные вещи, картины, фотографии и скульптурные работы известных мастеров.
В «Полярной звезде» опубликована подборка стихов Ивана Мигалкина «Пусть счастьем дышит все – земля и высь...»
Горда и недоступна, и во сне
ты от меня за сотни верст: в ответ
на крик не улыбнешься даже мне,
лишь по губам прочту все то же «нет».
Как без тебя я в мире одинок!
В мою любовь не веришь – я о том,
что столько лет она уже у ног
твоих лежит и жалко бьет хвостом.
Здесь, где нет места счастью моему,
пусть счастьем дышит все – земля и высь,
и ты, уж коль не можешь наяву,
молю, хотя б во сне мне улыбнись.
***
Когда поговорю с тобой
Когда поговорю с тобою, право,
мне будто в душу входит не спеша
весна: в небесной сини птиц орава...
И снова пробуждается душа.
Еще скажу, мне кажется порою,
что – лето, и средь белой ночи – мы,
когда поговорю чуть-чуть с тобою
во мраке о превратностях зимы.
И зимний день, белесой пеленою
прикрывший чуть оконное стекло,
уйдет, сопровождаемый Луною
печально к тем, чье время истекло...
Когда поговорю с тобою, снова
мне кажется, что я уже в раю.
И все же в мире нет такого слова,
Чтоб выразить к тебе любовь мою.
Перевод Евгения Каминского.
В рубрике «Юбилей» напечатана подборка стихотворений «Я не стихи пишу – приметы века» народного поэта Якутии, прозаика и переводчика Михаила Тимофеева, которому в этом году исполнилось 80 лет. Михаил Елисеевич в содружестве с Саввой Тарасовым является автором текста Государственного гимна Республики Саха (Якутия).
Поэтический сборник «Первый снег» Тимофеева был издан в 1960 г., затем увидели свет книги «Песня – лучший спутник», «Ааныс», «Первый снайпер», «Бабушкин алас» и другие.
Михаил Елисеевич перевел на якутский язык стихи М.Джалиля, Т.Шевченко, Токтогула, Р.Гамзатова, поэтов Крайнего Севера, Монголии, Тувы, Индии и Японии. Его произведения переведены на русский и другие языки, пишет редакция журнала.
Поздний цветок
Сколько красок в цветке,
Что расцвел запоздало!
От людей вдалеке
Полыхает он ало.
Дышат стужей ветра,
В них цветам – не прижиться.
Белый иней с утра
По низинам ложится.
Не успел он расцвесть
В лета краткие сроки.
Не успел он расцвесть –
И стоит одинокий.
Но другие цветы,
Что давно уже ссохлись,
Шепчут: «Радуйся! Ты –
Дольше всех дружишь с солнцем...»
***
Ода авторучке
Мне авторучку подарила дочка,
С ее пера слетают в мир слова.
И, значит, рано в жизни ставить точку,
Коль зреет песня радостно нова.
И вот теперь я, даже спать готовясь,
С собой ту ручку рядышком кладу.
А вдруг приснится звонкий стих иль повесть,
А я пера в потемках не найду?
Она, как меч мой обоюдоострый,
Должна всегда быть около меня –
Чтоб ничего, что сложно или просто
Не позабылось в суматохе дня.
Она мне – что топор для дровосека
Или коса в лугах для косаря.
Я не стихи пишу – приметы века,
Чтобы ничего не ускользнуло зря.
Перевод Николая Переяслова.
Впервые на русском языке в «Полярке» опубликованы стихи Маяка Абрамова. Маяк Герасимович – скульптор, прозаик и поэт. Родившемуся в 1937 году, Абрамову пришлось испытать в детстве голод и холод, что позднее отразилось на здоровье и заставило оставить занятие скульптурой. Писать Абрамов стал в 1980 году, автор рассказов, стихотворений, поэтического романа-мифа «Атлантида», романа «Нарьян-Мар».
Сказитель
Несколько юрт приютились
В темноте – снежными комьями.
В камельках горит огонек,
И прыгающие тени – кругом.
Запотели ледяные оконца,
Вылетают из труб тысячи
По-зимнему ярких искр –
Чтобы тихо погаснуть в снегу.
Радость великая, волнение в крови:
Наконец-то взлаяли псы!
И слезает с саней, там, у сэргэ
Сам почтенный сказитель – старец седой.
Ты
Холодный ветер
Вот-вот повалит
Старые сосны.
Как будто спасаясь
От козней бури,
Ты вдруг оказалась
В моих объятиях.
Ох!
И лютый же мороз!
Скорее, милая,
В теплый дом.
Ты вся – холодная.
Только губы твои – горячи!
Общаясь с горами, молодеешь душой, утверждает народный писатель Якутии Андрей Кривошапкин, чьи заметки о путешествии на север родного ему Эвено-Бытантайского улуса опубликованы под рубрикой «Дневники писателя». «Панорама гор впечатляет. Такая оглушительная тишь вокруг, прямо на душе становится привольно. Здесь ни о чем постороннем не думаешь, просто как бы уединяешься с таинственным миром этих сказочных гор», – пишет Кривошапкин.
Андрей Васильевич сообщает и такую забавную новость: с тех пор, как в Эвено-Бытантайском районе побывала съемочная группа ВВС, одну из гор – ту, на которую наперегонки взбирались оленевод Егор Слепцов и телевизионщик-англичанин, называют Горой Би-Би-Си.
Журнал заканчивает публикацию романа Виталия Гадиятова «Черная дыра». Главному герою, Кеше Кашкину, удается-таки выпутаться из множества немыслимых передряг, получить миллионы в швейцарском банке, заслужить любовь красавицы Эльзы и зажить тихо-мирно в Златой Праге. «Не будет счастья, если человек приобретет даже весь мир, а потеряет свою душу», – почти по апостолу Матфею говорит в эпилоге герой своей бывшей возлюбленной Кате, нажившей богатство неправедным путем.
А вот приключения героев романа Екатерины Звягинцевой «Пропавшее эхо колымской шаманки» продолжаются. В руку молоденького археолога Володи, обнаружившего в тайге человеческий череп «с сохранившимися присохшими участками плоти», вонзается прилетевший откуда ни возьмись нож «привет из зоны»: наборная ручка с кожаным покрытием, на которой не остаются отпечатки пальцев, никогда не скользит и не прилипает в морозы рука. А потом и вовсе неподалеку объявляется трехметровый детина – то ли снежный человек, то ли черт...
Под рубрикой «Дружба литератур – дружба народов» опубликован написанный в 1987 году рассказ «Как Герася у нехристей ночевал» известного алтайского писателя Дибаша Каинчина.
«Как Герася у нехристей ночевал» это не просто рассказ о том, как русский крестьянин переночевал в русско-алтайской семье. Внутренняя фабула рассказа построена на конфликте двух культур, двух мировоззрений – русской христианской и традиционной алтайской. Писатель в ненавязчивой форме новеллы показывает, как мешают людям искусственно сооружаемые в их же головах барьеры между культурами, а жизнеутверждающая сила любви семьи Марьи и Бедура, воплощенная в их прекрасных детях, еще ничего не подозревающих о сложностях этого мира, смывает эти преграды», – предваряет рассказ Иван Шамаев.
Однако трудно согласиться с Шамаевым в том, что барьер здесь возник из-за различия в культурах. Скорее всего – из-за предрассудков, о преодолении которых, как мне кажется, и написан этот рассказ.
В разделе «Литературоведение» напечатана статья «Поэтические миниатюры. (Опыты литераторов Якутии, пишущих на русском языке)»] Владимира Шеметова.
В стихотворных миниатюрах Рудольфа Соина (1937-1976) ясно видна еще одна грань его творчества. «Если его лирике свойственна углубленность, то тут прежде всего отметим проницательный глаз неравнодушного к отрицательным проявлениям в обществе человека. Здесь свершено иная стилистика художественного оформления мыслей. Явно сквозит ирония», – пишет автор.
Заблудший
Он мог бы стать художником, и сносным,
Когда б своих традиций не берег:
На всех его полотнах только сосны,
Одни лишь сосны. И не больше трех.
Миниатюры Петра Конкина, продолжает автор, – это по сути короткие басни, казалось бы, незамысловатые, но они заставляют невольно задуматься.
Усмешки
Пень-идеалист
Пень полагал:
Его-то уважают,
Коль на машинах
Объезжают.
Олег Чернецов (1945-1999), кроме баллад и сонетов, писал рубаи, в них, по утверждению искусствоведа Луизы Габышевой, «безупречно выражены каноны жанра и точно переданы традиционные образы поэзии Востока».
Рубаи
Подражание Омару Хайяму
Повеселись, коль счастьем обуян!
Под песню сердца лей вино в стакан,
Но помни, что вино весельем правит
До той поры, пока не будешь пьян.
О прошлом тосковать не дай нам Бог!
Кто загрустил – тот сердцем изнемог.
К чему грести давно остывший пепел
В надежде, что появится дымок?
Талант Ирины Дмитриевой, по мнению Владимира Шеметова, достиг полного развития. «А примером же того, что она хорошо владеет словом, может служить смелое ее обращение к разным формам стиха», в том числе к танка.
Танка
Время ль разгонит
Тучи печали? Смотрю:
Сияют лучи
Меж ветвей – паутина,
Небо латает паук.
2-3 сентября 2008 г.
В хаосе звуков
Слышать гармонию снов...
Видеть значений
Пейзажи в сумраке слов,
В святости чувствовать смысл...
25 сентября 2008 г.
«Мэри Софианиди – известный очеркист и сценарист, автор нескольких книг о людях и делах алмазного края. Но прежде всего – истинный поэт», – пишет Владимир Шеметов.
Акварели
Шиповник у дороги
протягивает ягоды
прохожим.
Но их никто
не собирает.
Роняет пыльный куст
красные бусинки слез.
Констатация факта
Прежде и теперь
Партия говорила: «Надо!»
Вся страна отвечала: «Есть!»
А ныне, помимо НАТО,
Указчиков не перечесть.
В небольшой заметке «Человек огромного обаяния» краеведа Натальи Сивцевой в разделе «Память» рассказывается о Марии Кирюшиной (1906-1987), видном полярном исследователе, авторе многих научных статей, соавторе геологических карт. Человек разностороннего дарования, Мария Кирюшина писала рассказы, сказки и стихи.
Анабарье
Мы идем путем нехоженым. Навстречу нам
расстилаются лиловые снега.
Всеми красками закатными расцвечена
анабарская бескрайняя тайга.
Для одних, тайга, была ты мачехой
им готовила дорогу в никуда...
Сколько их, безвестных неудачников,
затерялось в глухомани навсегда!
Нас же встретила затишьем.
Сухостоя вволю на дрова...
Под тугой брезентовую крышей
будет чай и сон до самого утра...
И оленям – рай! Вдали и рядом
рыхлый снег, густая «лабухта»...
Пусть копытят под бессонным взглядом
нашего Софрона-пастуха.
Будет он, попыхивая трубкой,
коротать часы среди неясных теней,
будет впитывать в себя, как губка,
шорохи, дыханье дремлющих оленей...
Сколько чаю выпьет он, прихлебывая шумно!
Сколько передумает в ночи!
Только не с кем разделить те думы...
Наблюдай, раздумывая, и – молчи!..
А под утро он подымет стадо...
Вот он – учуг, стоя спит и ждет
под седлом, на привязи. С ним вместе надо
проследить, чтоб сытыми олени шли
в сегодняшний бродный переход.
И опять заря, проснувшись, заалеет.
Новый день встает, набравшись сил.
Нынче он – Софрон – весь аргиш
Провести сумеет
Там, где до него никто не проходил!
Анабар, 1947
В очерке «Мне подарили жизнь» Лии Сахаутдитновой рассказывается об Анне Аврамовне Деревской из приволжского села Отважное, которая взяла в свою семью двадцать пять сирот разных национальностей, среди которых были и чуть живые дети из блокадного Ленинграда, которым она дала вторую жизнь. Более двухсот детей, внуков и правнуков, живущих и на якутской земле, хранят память об этой удивительной женщине. В советское время о ней был снят документальный фильм «Роменская мадонна», завоевавший первое место и премию «Золотой голубь» в Лейпциге.
В разделе «Музейное дело» напечатана статья Петра Троева «Большое видится на расстоянии», в которой автор подробно разбирает достоинства и недостатки книги П.В. Винокурова «Музеи Якутии». «В целом, книга «Музеи Якутии» наряду с положительными наблюдениями автора имеет много поверхностных суждений, не подкрепленных аргументами, фактами», – утверждает Троев.
Ольга СЕРГЕЕВА
На снимках:
1.Слева направо: писатели Юрий Сергеев, Иван Мигалкин и Евгений Каминский.
2.М.Е.Тимофеев.
3.А.В.Кривошапкин на горе Кюн тааhа.
