«Сейчас я отвечаю за передачи. Причем, всем троим, — жены Пахомова и Чикачева заняты, они работают. У меня больше свободного времени, и мне нужно чувствовать, что я занята. Что я тоже вношу свой вклад в освобождение Афанасия. Да, я сейчас знаю, сколько килограммов должна весить передача, что в ней должно быть, в какое окошко передавать, когда прием у начальника СИЗО. На свидания сейчас пускают только адвоката и прямых родственников. Это единственный случай, который заставляет меня жалеть, что я не законная жена».
Когда Афанасий Николаевич сидел в камере один, говорит Сардаана, «мы очень волновались, потому что помним, какое давление оказывалось в СИЗО на Игоря Пахомова... А сейчас он в камере с главой Нюрбы Пан-Си-Хэ».
С.Корякина убеждена, что Афанасий не совершил чего-либо противозаконного: «Я знаю, что он встал на ноги и всего добился сам. Ему никто не оставил наследства, не было высоких покровителей, он ни копейки не украл у государства, никого не убил, не обманул. Я вижу, какое множество благородных, честных людей его поддерживает, верит в его невиновность, выступает против его незаконного заключения. Ведь если бы это было не так, как бы нам удалось собрать более пяти тысяч подписей в его защиту?»
По словам Сардааны Корякиной, она будет ждать Афанасия Максимова «Хоть семь, хоть сто лет, я буду его ждать! Столько, сколько нужно. Я не вижу себя рядом с другим мужчиной. Мне не нужен никто другой».
