«К половодью Якутия готовилась. Но природа грозно выступила не так, как ожидалось, и не в тех местах. Она сработала по своему сценарию, который, в общем-то, частично был предугадан. Основные работы по смягчению последствий паводка заранее проводились на могучей Лене - ослабляли лед чернением, пилением в районе Ленска. Даже пытались сделать ледовые дамбы, чтобы пропускать ледоход участками через наиболее опасные места с точки зрения образования заторов. И эти меры сыграли свою роль. Там ледоход прошел спокойно, как и в районе Олекминска. Ожидалось, что и столицу республики он минует столь же благополучно.
Но природа обманула всех, в том числе и гидрологов, руководителей всех рангов. Председатель республиканской паводковой комиссии, заместитель Председателя Правительства РС(Я) Артур Алексеев накануне половодья заявил на пресс-конференции, что нас ждет ординарный паводок, поскольку из-за обильных снегопадов реки промерзли незначительно, а ранняя оттепель еще больше сократила запасы влаги. «Серьезных подтоплений, - сказал тогда заместитель премьера, - мы не ожидаем».
Природа начала накапливать влагу с осени. Она изобиловала дождями, которые длились с 17 августа почти беспрерывно до самого ледостава. В этот период серьезно пострадали автодороги республики. Все помнят, как печально прославилась тогда федеральная трасса «Лена», которую то вообще перекрывали, то ограничивали грузоподъемность движущихся по ней автомобилей, чтобы не погубить ее окончательно.
Потом на не успевшую как следует промерзнуть почву повалили мощные снегопады. С небывало ранней оттепелью все это вкупе с необыкновенной быстротой стало накапливаться в низких местах. Так что подтапливать Якутск начали малые речки, которые в предыдущие годы летом могла перейти даже курица. Теперь они превратились в мощные потоки, моментально прорывавшие ранее построенные дамбы, сносились участки автодорог, да так, что асфальтовое покрытие вырывалось огромными кусками, которые исчезали на глазах. К 17 мая были затоплены пригороды Якутска – Энергетиков, Кирзавод, улица Заводская. Подтоплено около трехсот домов.
Но последствия могли быть серьезнее, если бы еще с пятого мая не велись усиленные работы по смягчению водосброса на подступах к Якутску, на прилегающих речках и озерах в районах от поселка Маган до самого города.
Так уж случилось, что в «бой» пошла молодежь. Со своими амбициями, без опыта, сообразуясь лишь с разумом и чутьем. Решения принимались порой на свой страх и риск. Доходило до того, что люди просто залезали на гору и оттуда рассчитывали, где надо будет строить новые дамбы, где будет пролегать обводной канал, чтобы пропустить миллионы кубометров воды с наименьшим ущербом.
В этот период в городе не было министра по ЧС и его заместителя по спасению людей на водах (ГИМС). Так что все управление столицей и самой республикой осуществлялось на уровне заместителей и и. о. И надо сказать, что на этом этапе половодья они прошли проверку боем достойно.
Работы были организованы на удивление четко. Позже, когда генерал МЧС, прилетевший из Хабаровска, осмотрел «поле сражения» с вертолета, он сказал, что если бы не был проделан этот титанический труд днями и ночами без перерывов, не был бы сооружен обводной канал, смыло бы и Кирзавод, и СИЗО, и части Мархи.
Портовскую плотину наращивали непрерывно, а вода все поднималась. Сифоны не могли ее пропускать. Сбрасывать было необходимо, но и чрезвычайно рискованно. Мобилизованы были все городские службы, привлечены все предприятия, мощно сработали студенты- добровольцы, которых набирали прямо в общежитиях, их вклад еще будет оценен по достоинству. Этим занимался заместитель мэра города, руководитель аппарата Евгений Федоров. В тело плотины уложено до десяти тысяч мешков с землей, которые здесь же, неподалеку в тайге, и затаривались.
Вода в проранах заглатывала их запросто. Скальную породу везли даже из Мохсоголлоха - за полтораста километров. На местах было организовано горячее питание. Здесь же, на дамбе, обедали водители, бульдозеристы, крановщики, землекопы …
Председатель паводковой комиссии Артур Алексеев ситуацию понимал так, что может сработать принцип домино. Прорвет эту дамбу - вода сдержится ниже, на седьмом километре Маганского тракта. Сдерживание в Магане позволяло подготовить «позиции» ниже, на очередных подступах к городу. Пропаривались дамбы, строился обводной канал. У мест возможного дополнительного пропуска воды дежурили бульдозеры и краны, наготове лежали трубы большого диаметра. Цель - моментально сделать проран, уложить трубы, чтобы пропустить поток с наименьшими разрушениями.
Наращивать портовскую бесконечно было невозможно. Подготовили лоток для слива. Но принять решение никто не осмелился. Дамбу прорвало посередине. Вода неслась в клубах пыли, сметая все на своем пути. Дорогу прорвало моментально, и водопад понесся в Марху, к Кирзаводу.
И здесь сработал канал «имени Трофимова». Позже Максим Макарович, первый заместитель мэра города, скажет, что принимали решение о его сооружении шесть человек. Плотина как мина, она все равно когда-нибудь взорвется. Поэтому и решено было отвести потоки от города. Ответственность взял на себя и. о. мэра города Игорь Тресков. В момент общей мобилизации в мэрии он заявил своим подчиненным: «Ругаться буду только я. Вы исполняйте, помогая друг другу» . И каждому дал задание: дамбы, транспорт, горючее, оповещение, связь, эвакуация. Не хватало людей, все заменяли друг друга. Тресков сам, не спавший, небритый, обходил дворы в Мархе, на Белом озере, предупреждая людей об эвакуации в случае беды.
Так же работали и все дорожные службы - от руководителей департамента и Дирекции строительства автодорог до руководителей предприятий, все были на спасательных работах, их можно было застать там в любое время дня и ночи. Четко координировал работу подразделений зам. премьера Артур Алексеев, внушавший спокойствие всем своим поведением. Он не вмешивался в частности, но координировал работу, весьма демократично вырабатывая решения коллегиально, а чаще, когда не было времени на «демократию», решительно принимая их самостоятельно.
Сил не хватало, так что на Намском тракте можно было увидеть, как рядом работают студенты и заключенные, поселенцы, таджики и китайцы. Все понимали, чего будет стоить их работа. Здесь неоценимый вклад внес директор УК «Арсенал» Вячеслав Шульгин, отвечавший за работу на объектах. Он перекрывал поток воды, которая шла по озерам в направлении Намского тракта, четыре дня без перерыва, открыл аварийный проезд в Намцы, минуя провал, образовавшийся на двадцать первом километре.
Конечно, свою роль сыграла подготовительная работа, многое из того, что делалось в период паводка, сработало. Дамбы были сооружены заранее, но пришлось их наращивать—слишком много воды оказалось в тайге.
Точно так же случилось и во время начавшегося ледохода на Лене. Вода наступала быстро, а 15 мая дошла до критической отметки. Достаточно сказать, что лед вытолкало прямо к крыльцу речного вокзала. В городе затопило район Даркылаха, пристанские улицы в районе порта. Но дамба, сооруженная вдоль береговой линии города, все-таки сыграла свою роль. Столь большой прибыли ленской воды способствовало образование затора льда в Намском районе, ниже Якутска. Ликвидировали его и взрывами, но наиболее важную роль сыграла работа ледокола, беспрерывно утюжившего лед затора. И вода пошла на убыль. И опять же, наряду с подразделениями профессиональных спасателей, всех добровольных работников, отличились наши студенты, занятые на тяжелых земляных работах по предупреждению и ликвидации прорывов дамб в районе ГРЭС.
Сейчас уже на Средней Лене формируется вторая волна половодья, пойдет «черная вода». Все мы помним, что она натворила в Ленском районе несколько лет назад. Будем надеяться, что это не повторится.
Но еще бушует вода на реках и озерах республики во всех центральных районах. Уже показали свой настоящий норов тихие Амга и Татта. Идет ледоход на Яне, Индигирке, Колыме, Оленьке, Анабаре. Расслабляться рано. Пока город мы все-таки отстояли с относительно малыми потерями. Будем надеяться, что так будет и дальше».
