«Сегодня многие инвесторы в мире задаются вопросом, <...> кто несет риски по этой сделке. Мне тоже это неизвестно. Очевидно, что риски распределены каким-то образом, но мы не видим как», — заявил глава ЦСР.
«Даны кредиты [под сделку], а они имеют риски, связанные, например, с ценами на нефть, капитализацией компаний, ценой акций, которые продавались. Мы видим, что эти риски не вполне понятно разложены», — сказал Кудрин, добавив, что сделки государства по приватизации должны быть «понятны и прозрачны».
Отмечается, что государственный «Роснефтегаз» в декабре 2016 года заключил соглашение о продаже 19,5% акций «Роснефти» консорциуму англо-швейцарского сырьевого трейдера Glencore и катарского государственного инвестфонда QIA за €10,2 млрд. Сделка была закрыта 3 января 2017 года, когда итальянский банк Intesa Sanpaolo предоставил покупателям кредит на €5,2 млрд. До этого банк ВТБ дал промежуточное финансирование на 692 млрд руб. сингапурской структуре консорциума QHG Shares (позже переименована в QHG Oil Ventures).
Эти деньги в середине декабря поступили в федеральный бюджет, но об участии ВТБ стало известно только спустя месяц. Приватизированный пакет «Роснефти» принадлежит QHG Oil Ventures, которая контролируется Glencore и QIA через цепочку из, по меньшей мере, пяти компаний, среди которых есть QHG Cayman с Каймановых островов. €2,2 млрд кредита консорциуму выдали российские банки, чьи названия держатся в секрете.
