ИА SakhaNews. История с гидрозащитным сооружением в посёлке Нижний Бестях Мегино-Кангаласского района Якутии – не просто очередной случай халатности при освоении бюджетных средств. Это, на наш взгляд, образцово-показательный пример того, как можно потратить более полумиллиарда рублей из федерального и республиканского бюджетов, построить объект, который с первого же года начал разрушаться, и при этом сделать так, что по закону никто не виноват.
Дамба, возведённая в 2021 году компаниями «ДорСтрой» и «Кинг-95», трещит по всем швам. Каменную наброску смывает, геотекстиль торчит наружу, склон продолжает обрушаться, а в некоторых местах обвал подобрался к жилым зданиям, автомобильной и железной дороге.
Счётная палата Якутии зафиксировала нарушения ещё в 2022 году, но вместо оперативного устранения аварийной ситуации началась долгая и показательная бюрократическая тяжба, которая закончилась парадоксальным судебным решением. Подрядчики ничего не должны, проект признан изначально нерабочим, а бюджету, помимо потраченных 580 млн рублей, придётся заплатить ещё 1,5 млн за проигранный суд и искать новые деньги на совершенно новый проект.
Как такое могло случиться? Мы полагаем, что ответ лежит на поверхности, но он настолько системный, что впору говорить о своего рода «идеальном шторме» коррупционных рисков, профессиональной некомпетентности и полного отсутствия контроля.
Первый и главный звоночек прозвучал ещё на этапе организации торгов в 2017 году. Как выяснили проверяющие, для проведения аукциона использовалась проектно-сметная документация, разработанная аж в 2015 году на основе изысканий 2013 года. За четыре года до начала работ линия берега реки Лены изменилась, а значит, объём необходимых работ должен был быть иным. Этот факт уже тогда, по мнению аудиторов, создавал коррупционные риски, но никто не забил тревогу.
В итоге проект, который изначально не соответствовал реальной гидрологической обстановке, был утверждён и положен в основу строительства. Это решение стало фундаментом для будущей катастрофы, но виновные в его принятии, тогдашние чиновники Минстроя РС(Я) и Минэкологии РС(Я), остались безнаказанными.
Вторая критическая точка – это полное отсутствие контроля на всех этапах строительства и приёмки объекта. Проверка Счётной палаты вскрыла вопиющие нарушения: толщина укладки скального грунта в реальности составила 26 см вместо предусмотренных проектом 60. Очевидно, что экономия на материалах была колоссальной, и это напрямую повлияло на хрупкость сооружения.
Но кто принимал работу и подписывал акты? Кто закрывал глаза на то, что объект строится из рук вон плохо? Ответ на этот вопрос упирается в ту же систему, где контроль, как мы считаем, зачастую является лишь формальностью, а финальная приёмка – просто бумажной процедурой, не имеющей отношения к реальности.
Гидрозащитное сооружение до сих пор не имеет декларации безопасности и даже не включено в Российский регистр гидротехнических сооружений, хотя уже два года находится в госсобственности. Это ли не свидетельство того, что для ответственных лиц важнее отчитаться о потраченных деньгах, чем обеспечить безопасность людей и инфраструктуры?
Кто виноват? В отчётах Счётной палаты фигурируют конкретные фамилии: виновными названы Сахамин Афанасьев, Павел Аргунов, Пётр Кушкирин. Кто-то из них получил повышение, кто-то просто сменил место работы. Прежний министр строительства Павел Кылатчанов, оштрафованный за бездействие на смешные 20 тыс. рублей, сегодня трудится гендиректором в строительной компании. Нынешний руководитель ГКУ «Служба государственного заказчика» Гаврил Скрыбыкин также был оштрафован мировым судом на 20 тыс. Эти мизерные штрафы не являются наказанием, это цена за формальное несоблюдение сроков, но уж никак не компенсация за полумиллиардные убытки.
Вся конструкция ответственности выстроена таким образом, что персональной вины чиновников как бы и нет: они действовали в рамках закона, подписывали бумаги, передавали объект. Но именно их бездействие, их нежелание вникать в суть проекта и контролировать его исполнение привели к тому, что дамба, которая должна была защищать посёлок, сама превратилась в источник опасности.
Что же делать в этой ситуации? Во-первых, необходимо прекратить бесконечную судебную волокиту и признать, что проект «Спецводстроя» изначально был нежизнеспособен. Это признали и судебные эксперты, и апелляционная инстанция в Чите, которая дважды отказала госзаказчику в исках к подрядчикам. Пытаться переложить ответственность на строителей, которые возвели то, что было начерчено, и то, что принимал госзаказчик, — это бесполезный путь, который только затягивает время и увеличивает ущерб.
Пока чиновники ищут виноватых, берег размывается дальше. Нужно срочно разрабатывать новый проект укрепления с учётом реальной нагрузки течения, ледовых явлений и волнового воздействия реки Лены, а также с обязательным учётом оврагообразования, которое было проигнорировано в предыдущей документации. Это потребует новых, совершенно колоссальных бюджетных вливаний, но откладывать их нельзя — дальнейший обвал может привести к настоящей чрезвычайной ситуации.
Во-вторых, необходима полная и прозрачная проверка деятельности всех должностных лиц, причастных к этой истории, с постановкой вопроса об уголовной ответственности. Сумма ущерба превышает полмиллиарда рублей, и она с каждым годом только растёт из-за разрушения объекта. Мизерные административные штрафы несоизмеримы с масштабом бедствия, и они только дискредитируют саму идею наказания. Нужно отвечать не за формальные нарушения сроков, а за неэффективное использование бюджетных средств, за халатность, которая поставила под угрозу безопасность целого посёлка. Счётная палата выявила факты, прокуратура должна дать им правовую оценку.
В-третьих, и это самое сложное, — нужно менять саму систему госзакупок и контроля за строительством стратегических объектов. Использование устаревшей проектной документации, отсутствие должного надзора, формальная приёмка — всё это звенья одной цепи, которая позволяет раз за разом повторять одну и ту же схему: деньги освоены, объект разрушен, виновные на повышении. Пока ответственность будет оставаться размытой, а наказание — символическим, мы будем наблюдать всё новые и новые «Титаники», построенные на казённые деньги, которые тонут в прямом и переносном смысле. А река Лена может смыть не просто дамбу, а целый посёлок вместе с его жителями.
